Гамбит Бессмертных - Эйрин Фаррон

пока мы с ней общались. Как ты себе представляешь, что демоны, которых все считают монстрами из-за поступков давних лет, которых они даже не совершали, но за которые их племя до сих пор несет наказание, придут к колдунам и попросят решить проблему с янтарным месторождением? Я согласен, что они могли бы это сделать и это было бы логично, но посмотри на ситуацию с их точки зрения!

– Они озлоблены, живут как на пороховой бочке вот уже восемьдесят лет, – задумчиво добавила Алиса. – Они могли даже не подумать о такой возможности.

Драгунов закивал, но больше ничего не сказал. Похоже, отношения с Дианой Зарецкой повлияли на его мировоззрение, заставив проникнуться к демонам куда большим сочувствием. Не то чтобы Дан и раньше был каким-то черствым, вовсе нет, но сейчас, очевидно, он видел и знал такие вещи о положении нечистых в магическом мире, о чем другие могли лишь строить догадки.

Как бы там ни было, но жалость к демонам в преддверии операции по поимке преступников могла сыграть с ним злую шутку. И как только он поднялся со своего места с жизнерадостной формулировкой: «Схожу-ка за кофе!» – Алиса сразу же вышла за ним.

Закрыв дверь, она увидела, как удаляется напарник по коридору в сторону лестницы. Девушка быстро зашагала следом.

– Дан! – чуть повысив голос, позвала она.

Драгунов дернул плечом, словно в первую секунду не хотел оглядываться, а потом все же остановился вполоборота к девушке. Алиса ждала, что он ей скажет прямо, будто рассчитывал на несколько минут одиночества, однако напарник промолчал.

– Что тебя гложет? – спросила девушка в лоб: за два года их дружбы она знала, когда можно идти напролом, а когда стоит расспросить аккуратно.

– Думаю о том, как пройдет завтрашняя операция.

– Тебе же уже доводилось участвовать в похожих операциях, чего ты волнуешься? – удивилась Алиса, хотя на самом деле она понимала, что именно с ним не так. Ей лишь хотелось услышать это от самого Драгунова и подтвердить свои догадки.

– Все дело в демонах, – туманно ответил он.

Они спустились на лестничную клетку этажом ниже, и Дан остановился. Он огляделся, проверяя, не идет ли кто-то по лестнице сверху или снизу, но вокруг царила тишина.

– И во мне, – тихо добавил напарник.

– Ты не хочешь выступать против них?

– Не пойми меня неправильно, Алиса. Они опасны в десятки раз больше, чем простые нечистые. И мне кажется, мы недооцениваем их силу. Последние пятьдесят лет после того, как был уничтожен последний монстр, никто не сталкивался с ними.

Слушая его, Алиса отчасти соглашалась и понимала, что Драгунов боится не столько за себя, сколько за нее и остальных – Марка, Женю и Стаса. Да и судьба других участников операции не могла не волновать его в определенной мере. И все же девушка чувствовала – есть кое-что еще помимо ожиданий завтрашней операции.

– Ты им сочувствуешь, – заявила она.

И в ответ в глазах Драгунова не появилось удивления или недоумения. Зато вспыхнули настороженность и даже недовольство.

– Если и так? – с вызовом спросил Драгунов. – Я их понимаю. Как бы ты себя ощущала, будь твоя жизнь на волоске? Если бы ты всегда, каждую минуту знала, что в любой миг можешь перестать существовать? Я не сочувствую их лидеру. Он – убийца. А вот те, кто находится рядом с ним, всего лишь несчастные существа, обстоятельствами загнанные в угол.

– Почему ты думаешь, что они с ним не заодно?

– Потому что для превращения из нечистого в чудовище нужен эмоциональный скачок. Любое убийство – именно такой всплеск. А у нас по городу пока не разгуливает перевоплотившийся монстр.

– Но тогда почему сам убийца не превратился?

Драгунов не смотрел на нее. Он поковырял пол носком ботинка и ответил:

– Подозреваю, он либо очень хорошо себя контролирует, либо, что наиболее вероятно, ел алатырь перед встречами с жертвами. Помнишь, в зубах Красы был камень? Значит, он был у убийцы с собой.

Он договорил, и повисла тишина. Только теперь Алиса поняла, почему сотрудникам УСК запрещалось строить отношения с представителями других вервей. Раньше она не задумывалась об этом.

– Дан…

Девушку вдруг затопила печаль. Разрыв отношений с Дианой, внезапное сочувствие к нечистым и противоречие, возникшее из него, – все это наверняка заставляло Драгунова думать, что он предает и УСК, и вервь колдунов. Алиса отругала себя за невнимательность и чрезмерную увлеченность собственной личной жизнью. Дан не проявлял желания поговорить по душам, наверняка не желая грузить подругу своими проблемами, а она даже не подумала спросить у него.

Алиса взяла напарника за запястье и сжала его, показывая, что она рядом и готова помочь. Взгляд Драгунова внезапно потеплел.

– Не волнуйся. Мне просто нужно время. Я обязательно разберусь в себе, и все будет хорошо.

– Может быть, тебе завтра пропустить операцию? – предложила Алиса.

– Ага, сейчас! И оставить тебя одну?

– Но там же и Муромцев будет!

– Даже слышать ничего не хочу! – проговорил напарник, превращаясь в привычного и любимого Дана Драгунова. Потом он печально вздохнул и добавил: – Мне надо там быть, хочу избавиться от тех мыслей, которыми с тобой поделился. Я – колдун и сотрудник УСК, должен защищать и охранять тех, кто страдает от произвола. И если это значит, что я должен выступить против тех, о ком узнал много нового и к кому проникся симпатией… так тому и быть.

Алиса чуть сильнее сжала руку Драгунова, радуясь, что он был с ней искренен. Если ему нужно доказать себе, что он не предатель и по-прежнему верен колдунам и УСК, она готова помочь ему в этом и быть рядом.

– Думаешь, завтра будет жарко? – спросила она.

– Кто знает? Не хотелось бы… Ладно, это будет завтра. Давай лучше и правда за кофе сходим. Мне нужен этот допинг.

Алиса ухмыльнулась и потащила напарника за собой.

– Пошли, угощаю!

Друзья принесли кофе и остальным. Марк с горящими глазами чмокнул Алису в щеку в знак благодарности, Женя блаженно улыбнулась, а Стас кивнул со взглядом, полным признания.

К концу рабочего дня их к себе вызвал Муромцев – сообщить, что к завтрашней операции все готово. План, конечно, пришлось немного подкорректировать в самый последний момент, после того как Стас сообщил, что нечистые могут в любой момент превратиться в монстров. Колдовства, способного эффективно бороться с такими чудовищами, не существовало, и Муромцев решил увеличить число колдунов в специальном магическом отряде, который должен был стать основной ударной силой на случай, если демоны перевоплотятся.

– Нельзя этого допустить, – вещал Муромцев, заложив руки за спину и расхаживая