Специалист по нечисти - Дмитрий Билик

– Вот только русалкам и верить, – нахмурился леший. – К тому же, с лица воду не пить. Что до вопроса твоего, то Грыцу правда так лучше будет. Он на этом свете, как собака подле будки. И умер он давно. Если душу отпустить, успокоится она.

– Тогда что, не будем затягивать?

Леший кивнул. И не говоря ни слова, зашел за дерево и растворился. Значит, отправился к Грыцу и станет ждать меня там. Поэтому я запрыгнул в машину.

– Вот в голодный год будешь свою доброту на хлеб намазывать, – ворчал бес. – Говорят тебе, старый артефакт.

– Гриша, ты в одном шаге от того, чтобы катапультироваться в окно, – отрезал я.

Бес засопел, но до нашего пункта назначения больше не произнес ни слова в мой адрес. Разве что ворчал по поводу музыкального вкуса черта. С чем я был в корне не согласен. Митя будто чувствовал мой настрой и подбирал музыку, исходя из него.

К примеру, сейчас мне хотелось просто чего-то спокойного, чтобы не вслушиваться в слова. Вот черт и ставил все зарубежное. В колонках сменяли друг друга: Dua Lipa, Capital Cities, Tunstall, Caravan Palace, Metronomy и прочее. Все, что было в моем собственном плейлисте.

А что, хорошо. Моих познаний в английском хватало только на то, чтобы притоптывать незанятой левой ногой и качать головой. Поэтому до стройки мы буквально долетели, будто на всю дорогу ушло не более пяти минут.

Первым делом я заехал сюда, чтобы поглядеть, правда ли Петрович внял голосу разума и сдержал обещание? Судя по тишине, бандос сделал правильный выбор. Что не могло не радовать.

А уже после я проехал чуть дальше, оставил машину в лесу и со всей своей шоблой отправился в гости к Грыцу. Забавно, что нежить вышла к нам, одновременно поздоровавшись с лешим. Так как от последнего Грыц не чувствовал опасности, то решил не восставать, чтобы охранять клад.

– Приветствую, – чуть кивнул я.

Обычай все время жать руки как-то постепенно сошел на нет, как только я стал рубежником. Благо, все все понимали.

– Ну, вроде как сегодня все должно получиться.

А как еще? Четвертый рубец в кармане. Благодаря бесу, каким бы дурным спортсменом тот ни был, хист заполнен до отказа. Я, кстати, узнал, откуда большей частью Григорий берет промысел – от соседки. И приказал ему не халтурить, да не «кормиться» в одном месте. Сильно положительных эмоций Людмила не испытывала, поэтому бес немного кошмарил ее по ночам. В прямом смысле. А это вредно для психики. Надо же бедной женщине давать небольшую передышку, какой бы противной теткой она ни была.

– Пойдем? – спросил я лешего и Грыца.

Митя послушно остался здесь, уже воткнув в уши наушники. И тут же получил замечание – надо оставаться на стреме, иначе выйдет все как в плохих боевиках.

Следом свою порцию люлей получил Григорий. Который решился прикинуться шлангом и «не услышал», как я попросил его покинуть портсигар и присоединиться к черту. Нет, доведут меня, я так жестить начну. Армия покажется детским садом. Хотя эти же остолопы там не были. Ну, вот и побывают. Только сразу на дисбате!

Мы отправились к печати, и я не мог не заметить, как дергается Грыц. Видимо, несмотря на все, что мне довелось для него сделать, он все равно напрягался, когда человек находился возле сундука. Действительно как собака на привязи.

– Пришли, – сказал я, сам уже заметно волнуясь. – Ну что, с чего начнем?

– Давай сначала я, Матвей, – вышел вперед леший.

Он подошел к самому дереву, видимо, выросшем на месте спрятанного сундука. По мне – идеальный схрон. Если не знать, где искать, то никто сроду не найдет. Из обычных людей, понятное дело.

Я чувствовал артефакт. Множество чужих, переплетенных хистов. Принадлежащим явно уже мертвым людям. Думаю, пройди здесь опытный ведун, ему не составит большого труда обнаружить его. Правда, я точно не мог сказать, где именно находится сундук – печать сбивала настройку.

Леший положил руку на траву и на секунду закрыл глаза. Вдали, под землей, послышался какой-то странный шум. Будто оползень прошел или множество мелких камней провалилось. И все, сундук пропал.

В смысле, я больше не ощущал его, вообще. Я одновременно с Грыцем посмотрел на лешего. А тот объяснил:

– Теперь он так глубоко, как только возможно. Ни одна живая душа не доберется.

– Ты говорил, что в лесу много такого добра.

– Много, – согласился тот. – К некоторым ходят рубежники, проверяют, на месте ли. К другим и вовсе дорогу забыли.

– А покажешь, батюшко?

Леший серьезно поглядел на меня. Но все же не удержался, улыбнулся:

– Ежели на то воля хиста будет, сам найдешь. Я же тебе чужие богатства открывать не стану. Нечего себе беды множить. Лучше делом займись.

Я кивнул. Собственно, волновался, поэтому болтал сейчас лишь для того, чтобы отсрочить неизбежное. Больше всего я боялся, что ничего не получится. Я как-то поверил в себя и решил, что четвертый рубец откроет двери к печати. Сейчас как вдарю всей силой своего хиста и все получится. Или нет, как пел Слепаков в одной из своих песен.

В любом случае, не разбив яиц не приготовишь торт Наполеон. Я еще раз посмотрел на толстенные нити, уходящие к печати и вложил в них свой хист. Прежний мой опыт походил на