Путь Рода - Иван Дмитриев

— Цикуёми, богиня луны и покровительница моего рода. Сказала, что ты пришлый, что ты несёшь в этот мир большие изменения. Что ты, потомок Идзанами. Богини смерти.

— Вот так пришла и сказала? — скептически поднял бровь. Знавал я людей, к которым голоса приходили и говорили всякое.

— В храме! Глупый мальчишка! Мы говорили с ней! — разозлился японец.

— Хорошо, хорошо. Как скажете. И что дальше? Ну потомок я Инзанами, что это меняет?

— Идзанами! — прошипел он.

— Как скажете. Извините.

— Это меняет всё. Ты должен своей богине полторы тысячи смертей.

— Ха-а-а? Это в честь чего такие расценки?

— Это не расценки. Это слова Идзанами! Каждый день полторы тысячи мёртвых она должна получать.

— Каждый день? Серьёзно?

— Именно. А потомки Идзанаги, дают этому миру тысяч пятьсот новых душ. Это равновесие, мальчишка! Но теперь появляешься ты. И лично должен ей эти души. Сколько уже смертей, на твоей совести?

А я задумался… Я ведь даже не знаю, сколько человек, я убил лично.

— А в этом мире? Или в моём тоже считается? — поинтересовался я.

— Во всех! — прокричал Акено.

— Тогда не знаю. Много, очень много. А по пальцам, я не могу ответить.

— Значит так, постарайся никого не убивать. А про мою дочь, забудь. Мы разорвём свадьбу. По-тихому. Все наши обязательства по карьерам и союзнические останутся.

— А зачем так резко-то? — опешил я.

— А тебе разве Шина, не сказала? Вы должны были получить благословений в храме нашей Цикуёми. Без этого, брак в Японии недействителен. А в связи с открывшимся обстоятельствам, сам понимаешь… Она вас не благословит.

— А Надя?

— А, что Надя? Она у тебя в поместье уже давно. — пожал он плечами, но увидев сознание на моём лице, добавил:

— Прости, я забыл. Ты тут уже два месяца Дамир. Сегодня второе Апреля.

— Что будет, если богиня смерти получит свои души? — задал я главный вопрос.

— Она приедет в этот мир. И мало не покажется всем. Прямых потомков её мужа нет. Пока нет. И дать полторы тысячи новорождённых, за один день не сможет никто.

— Потрясающе… То есть убивать можно бесконечно долго, а родить нужно сразу?

— Ну да. Глупо, но такой у них договор. Так гласят наши мифы. А как на самом деле? Кто знает…Боги об этом не скажут.

— Но я же не японец, — проговорил я.

— Конечно, не японец. Что ты знаешь о Чингисхане?

— Что он захватил полмира. Создал крупнейшее государство. Что есть теории, что каждый в Азиатских странах, это его потомок.

— Верно. Чингисхан, лично не пытался завоевать Японию, но его внуки дважды пытались это сделать. И вполне возможно, что несмотря на поражение, тысячи японцев были захвачены в плен. Вот и думай, могли десять веков назад, твои предки познакомиться в монгольской империи и сбежать в княжество Российское?

— В теории могли, в теории не могли. — пожал я плечами.

— Суть ты понял, остальное лишь догадки. Вы не привыкли хранить и создавать архивы вашего рода, в отличие от моей страны. Поэтому ты и не знаешь. Всё, отдыхай. Мне нужно уехать, пока меня не увидели в твоей палате. Удачи.

Оставшись один, я задумался. Японские боги… Сны, которые реальность и реальность, которая сон. Но больше всего обидно, за два месяца впустую. И ведь не только дел рода, но и княжество и этот конфликт с орденом. Подняв руку, я создал ураган. Он вырос. И он стал меня слушаться. Теперь я мог контролировать его движение взглядом. Тогда я попробовал водную технику… И чертыхаясь вылез из кровати, которая теперь стала полностью сырая.

А через пару часов зашёл доктор и проведя осмотр, отпустил меня домой. Ну а я и не был против. Не найдя среди своих вещей телефон, я сел в такси, что стояли у больницы. А район, где располагался мой квартал, очень преобразился. Он всё ещё напоминал большую стройку, но дома, которые планировались как таунхаусы. Уже в большинстве своём были заселены. Магазины одноэтажные и двухэтажные, попадались очень часто. Виднелись и рестораны, и закусочные рода. И везде ходили люди. С детьми, молодые и старые. Район развивался. Доехав до границы своего квартала, я попросил заплатить меня охранников и не сообщать в усадьбу, о моём прибытии. Сам же отправился пешком домой. Хотел посмотреть, что изменилось. И Безухов, и Распутины, да и Багратионы уже полностью отстроили своё жильё. А вот у Юсупова стройка не кончалась. Что странно. Виднелся уже и парк готовый. Появились ряды таунхаусов. Хотя я вроде не просил их. Или просил? Но не став ломать голову, я попросту свернул к ним. Через заборы виднелись детские площадки у многих подъездов, во дворах играли и сами дети с мамами. Навстречу мне попался молодой, незнакомый парень с ребёнком, который, посмотрев на меня, поклонился. А пройдя ещё пару таких домов, я убедился, что тут живут гвардейцы, а также слуги моего клана. Ну вот и славно. Нужно, будет узнать. За какие заслуги люди получают тут жильё.

Дойдя до своего поместья, я встретился с широко открытыми глазами охраны. Не ждали. Значит, на границе района ребята, молодцы. Сделав наказ, чтобы о моём прибытие ни узнали в доме, я отправился туда. Открыв дверь, я погрузился в шум и гам. На весь дом играла какая-то сумасшедшая клубная музыка, а мимо меня пронеслась Анжела, в чёрном белье. Которая даже не обратила на меня внимание.

— Интересно, девки бегают, — лишь хмыкнул я. Провожая её взглядом.

А сам направился на кухню. Может покушать есть. В больнице так и не покормили.

Заглянув в холодильник, я ничего не нашёл. Вскипятив чайник, сделав себе кофе и соорудив бутерброд из колбасы с сыром, отправился в гостиную. А там меня ждал интересный сюрприз. Анжела в чёрном белье, которая держала в руках штук семь вешалок с разноцветным бельём. Надя, которая сидела на кресле в красном белье и с уже хорошо заметным животиком, в центре комнаты, напротив огромного зеркала на колёсиках из моей спальни, в синем кружевном стояла Настя. Шина же сидела в зелёном на диване, сложив ноги друг на друга. Которая увидев меня в отражении, завизжала и подобрав с пола тапочки, стала швыряться в меня. И весьма успешно. Пока я стоял и пытался осмыслить увиденное, её тапок прилетел ровно в мой стакан и опрокинул содержимое на меня. Зашипев от боли, я уронил и стакан, и бутерброд. И вышел в коридор. А из комнаты раздались крики.

— Дами-и-и-ир! — кричала Надя.

— Милый! — визжала Анжела.