Верни меня к жизни, волк - Светлана Ворон

только-только помирились, когда случился этот инцидент с моим превращением!

— И ты снова исчез… — кивнула я, теперь осознав все мотивы матери.

— И ты поехала к Халле, чтобы отвлечься от боли после разрыва. Расстроенная, развила слишком большую скорость…

— Мне очень жаль, — пробормотала я, переживая о несправедливости. И невозможности сказать маме правду, чтобы она перестала злиться. — Но она уже простила тебя. И еще она взяла твои деньги!

— В конце концов мы заключили договор, — кивнул Крис, — что я не стану вмешиваться в твою жизнь хотя бы до тех пор, пока ты полностью не поправишься. Шарлетт позволила мне помогать, оставаясь вне зоны видимости.

Следующее воспоминание заставило Криса грустно улыбнуться.

— Я нарушил обещание, данное Шарлетт, в тот же день, как дал его. — Золотые глаза не отрывались от моих ни на мгновение, чтобы я смогла прочувствовать все, что ощущал тогда он. — Я вернулся к тебе палату, чтобы заявить, как сильно люблю. И надеяться, что ты примешь меня обратно таким, какой я есть. Но ты… открыв глаза, ты меня не узнала.

Я решила тогда, что Крис врач. Никто еще не понял, что моя память повреждена, это выяснилось позднее, когда я не узнала даже отца с матерью.

Представляю, как Крису было больно узнать, что я забыла не только нашу любовь, но и все, что было после этого — все его метания, страхи и наше неожиданное воссоединение, мое безоговорочное прощение, которого он совсем не ожидал.

Он встал перед выбором: на этот раз не врать и рассказать правду сразу или оставить все как есть и не ворошить прошлое.

— Ты не узнала, и я посчитал это знаком, — судорожно выдохнул Кристав, теперь ненавидя себя за бездействие. — Решил, что судьба отняла мой шанс, чтобы дать его тебе. Шанс на нормальную жизнь. Линет считала это ошибкой, — хищные глаза полыхнули гневом, — уверяла, что моих сил не хватит, и это заведомо провальное решение. Но как я мог заново вторгнуться в твою жизнь после всего, что ты пережила по моей вине?!

Зажмурив глаза, Крис потер ладонями лоб, возвращая контроль.

— Халле, — он поперхнулся на имени, но мужественно продолжил, — уверял, что ты почти разлюбила меня еще до аварии. Уступить тебя ему, позволить добиваться твоей взаимности, а самому оставаться в стороне… это стало одним из самых трудных испытаний за все месяцы. Но я решил, что ради твоего благополучия должен попытаться.

Желтые глаза наполнились теплом такой силы, что эта нежность будто бы прошла сквозь меня, заряжая каждый нерв, оголенный до предела.

— Разве я знал? — выдохнул оборотень, кончиками пальцев очерчивая линию моей скулы. — Что даже амнезия не станет помехой для того, чтобы ты полюбила меня снова! Я сожалею обо всех своих ошибках, Флоранс, и хочу исправить их, сделать тебя счастливой снова — неважно, будешь ты волчицей или останешься человеком…

Сердце пело от его слов. Я тонула в них, как в сладкой тягучей карамели. Наша любовь была непостижимой, но признания чарующей волной проникали в самое сердце, завладевали разумом, отодвигали тьму. Барьер разрушился, но вместо боли за ним оказался свет.

— Значит, ты меня любишь?

Глава 55. Я тоже тебя люблю

— Любил, люблю и буду любить всегда. Обычными словами и не объяснишь… Я — оборотень. Мои чувства гораздо сильнее, чем в человеческом понимании. Эта любовь никогда не иссякнет, не потускнеет со временем, — поделился Кристав, лаская мое лицо пылающим нежностью взглядом. — Ты — мое сердце, Флоранс. Мое дыхание…

— Все это так… фантастично, — судорожно всхлипнула я, чувствуя жгучие слезы в глазах.

— И, тем не менее, это — правда, — улыбнулся Крис, обжигая поцелуем кончик моего носа и краешки губ.

Сердцу стало тепло, в нем вспыхнула неугасимая надежда. Чувства рвались из груди, и не осталось уже причин, чтобы замалчивать их.

— Как ты, наверное, знаешь, — застенчиво опустила я глаза, стряхивая невидимые пылинки с одежды парня, — я тоже тебя люблю.

Протяжно выдохнув, Крис медленно прижал меня к себе и несколько секунд удерживал в жарких объятиях, и я ощутила связь с ним как никогда крепкой. Будто две разделенные половинки воссоединились, став, наконец, единым целым.

Больше никакого напряжения, печали или страданий. Потребность, которая притягивала нас друг к другу с невыносимой силой, была удовлетворена, как только мы признали ее существование и перестали бороться.

Это было так хорошо, словно выздоровление после тяжелой, затянувшейся болезни. Словно тело отравлял яд, и только что нам обоим дали противоядие.

— Как ты можешь быть уверена, что твоя любовь настоящая? — отстранился Криставиан, в его глазах и приподнятых уголках губ заиграло веселье.

Такое шутливое настроение парня мне нравилось. Довольно трагедий.

— Ну, я же все-таки человек, — усмехнулась я, перенимая шуточную эстафету. — На меня ваши волчьи премудрости не действуют.

Користав скептически задрал бровь, но губы продолжали улыбаться.

— У нас же все по-другому, — напомнила я, хихикнув. — Я любила тебя еще до аварии. Мозг забыл, но сердце помнит. Сойдет?

— Сойдет, — усмехнулся парень и потянулся к моим губам, чтобы скрепить наш вновь заключенный союз ласковым и горячим поцелуем.

Но остались еще вопросы, которые вступали в спор с моим убеждением. Нужно было что-то предпринять, если я меняю решение.

— Я подумала… — размышляла я, задумчиво следя за отблесками света на стенах.

Фильм давно кончился, но про нас будто забыли. До следующего сеанса было примерно полчаса, в зале мы остались совершенно одни, и это было прекрасно. Я не стремилась вернуться в реальность. Моя бы воля, я бы осталась здесь и сейчас навсегда.

— Да? — поторопил Крис, убирая волосы мне за спину, чтобы они не прятали от него мое лицо.

Имея цель, я готова была идти к ней, невзирая на средства ее достижения.

— Я все еще инвалид, наша любовь этого не изменит. И моего отношения к этому — тоже.

Я думала, может, Крис обнадежит меня прямо как Халле, мол, в истинной паре возможны всякие чудеса. Но, то ли Кристав не слышал о случаях исцеления, то ли полукровки были лишены привилегии полноценных, он смолчал.

Парень прикрыл глаза, подбирая ответ. Плечи непроизвольно напряглись.

— Я смирился с судьбой, Флоранс, и тебе придется, — голос пропитался твердой решимостью. — Я совершил много ошибок, но больше их не допущу. Моя любовь достаточно сильна, чтобы помочь тебе справиться с любым выбором. Я буду рядом, куда бы ты ни шла. Я с тобой. Навсегда.

— Значит, ты в любом случае никуда не уйдешь? — пробормотала я, осознавая величину трагедии, случившейся с нами. — Даже если я попрошу?

Его побег и