Шелест моря! - Тата Шах

Он предупреждал, что в моем положении разлеживаться в ванной долго не надо. Послушалась, да и слабость никуда не делась. Мужчина не стал помогать мне вытираться от влаги, у него в руках не было даже полотенца, а осторожно накинул махровый халат, укутав всю в него, понес в комнату. Меня встретили хмурым взглядом и нелицеприятным высказыванием.

— Вижу, тебе намного лучше.

Хмыкнула и ответила. С этого момента молчать не намерена. Доотмалчивалась уже.

— Ты же не помог мне, поэтому приняла помощь доктора. И ревность здесь неуместна. Лучше скажи, нашли виновного, наказали?

Он отвел глаза. Значит, покрывает ее и будет продолжать делать так всегда.

— Что вы хотели, вожак? Зачем пришли? Узнать, как мое самочувствие, могли бы и у доктора. К сожалению, я еще долго не смогу исполнять обязанности амины. Но вам-то что! У вас имеется невеста. Раз у вас нет ответов для меня, попрошу выйти. Не готова я как-то к приему гостей.

Алексей, стоявший до этого у двери со мной на руках, резко переместился к креслу.

— Я бы рекомендовал Рите пару недель воздержания, организм еще слаб. И хорошо бы ее переместить к ней домой.

Он не подошел, не спросил, как чувствую себя, а начал с подколок. Не сомневаюсь, что две недели не услышу и не увижу его. Слова вожака подтвердили мои предположения.

— Что ж, раз вам лучше, то отдыхайте от своих обязанностей. Доктор, займитесь ее переселением и проследите, чтобы она восстановилась полностью.

Он исчез с поля зрения мгновенно, только хлопнула дверь в комнату. Вот и поговорили, вот думай теперь, достоин он этого шанса или нет. Самым правильным будет исчезнуть сейчас, и оправдания сам придумает, почему я бросила его. Например, что я испугалась нового покушения. Звучит вполне реалистично и подходит к случаю. Почему пытаюсь дать ему шанс исправить все? Зачем? Так ли он нуждается в этом?

Ответила честно, перед собой-то могу быть откровенной. Я бесповоротно влюбилась в него. Нужна ли ему моя любовь? Как показывает время — совсем не нужна, он не знает, что с ней делать.

Пока я приходила в себя, вокруг произошли изменения. Появился старейшина Хирос с мужчиной, которого представили экономом дома, а затем и вереница посетителей.

Доктор рассказал старейшине о приказе вожака. Тот попросил у меня прощения, заверил, что обеспечит компенсацию за доставленные неудобства и обязательно позаботится обо мне. Даже предложил кандидатуру в помощницы, пока я слаба.

Вежливо отказалась ото всего, лишь попросила поторопиться с переселением. Хотелось уже вздохнуть свободно. Только они ушли, нагрянула Александра с двумя подругами. Ее слова о том, что они не оставят покушение так, согрели израненную душу. Навряд ли у них что-то получится, ведь вожак покрывает свою невесту, но их забота была приятна. Затем пришел Альбинос.

Он долго молчал, силясь что-то увидеть, а потом вынес вердикт.

— Ребенка не видно. Что ж, раз это твое решение, поддержу. Но если бы он знал о нем, то отравители поплатились бы жестоко.

Ответила, что не уверена. Я-то знала, в животике совсем не наследник. А будет ли он справедливым ради девочки? Так что пусть все остается так.

Приход Валда стал неожиданностью. Этому-то что надо? Пришел завершить начатое? Но он удивил.

— Рита, приношу свои извинения за то, что недоглядел. Не знал, что она готова дойти до такого. Впредь огражу тебя от нее.

Ух ты, так это благодаря ему я находилась в изоляции. Но теперь я не сердилась. Так я смогла остаться в живых.

Я одевалась при помощи двух чужих женщин. Они не были ласковыми, но дело свое знали. Одели быстро в одежду, которую, видимо, успели принести из дома, и помогли устроиться на странное кресло. Оно было удобным, но вызывало недоумение. Одна из них пояснила.

— Сейчас придут мужчины, перенесут вас к машине. Никто не осмелится взять вас на руки. Знаете, какой он разнос устроил уважаемому доктору?

Прыснула в кулачок, вызвав недоумение уже у них. Им не понять, почему веселюсь, а причина была банальна. Михай лютовал из-за ревности. Значит, не все потеряно! И отведенный взгляд означал вину передо мной, в которой сильному мужчине признаваться было тяжело. Но я не обманывалась. Он мог ревновать неосознанно, не признавая то, как ему дорога, что он испугался за меня.

Переезд в дом прошел с удобствами. Старейшина расстарался и предоставил самую удобную машину. Меня из кресла левитировали на сидение, его же прихватили с собой в багажнике. Двое мужчин, не считая водителя, ухаживали за мной, чуть ли не сдувая пылинки. Размечтаться о несбыточном и представить, что так будет всегда. А ведь если бы Михай признал меня, то так бы и было.

Перед тем, как машина тронулась, доктор напомнил, что будет посещать меня, пока не поправлюсь, и добавил.

— Договорился с вожаком, что и через две недели буду наблюдать за вашим здоровьем, — при этом потер рукой скулу, где я разглядела наливающийся синяк. Плодотворно уговаривал, — назначу вам сеансы терапии у себя в клинике. Они пойдут на пользу и общему здоровью.

Поблагодарила его. Не бросил, несмотря на недовольство вожака, позаботился о возможности наблюдать мою беременность.

Автомобиль домчал до ворот особняка вожака быстро. Охрана без предупреждения распахнула ворота. Залюбовалась садом, в котором царил беспорядок после прошедшей бури. Никто его не убрал, что говорило о занятости вожака. Он был занят расследованием или отмазыванием от наказания Асурии. Меня это не волновало, а вот то, что мы подъехали к парадному входу большого дома, очень даже волновало.

— Это не мой дом, вас, наверное, не предупредили, но я живу в домике в саду.

— Предупредили, амина. Так велел вожак.

Они начали меня пересаживать в кресло, несмотря на сопротивление. Угнездившись в нем, приказала.

— Отнесите меня ко мне домой.

Но ответили не они.

— Нет, — его голос был твердым, а я поняла, что мне предстоит нешуточная борьба за право жить обособленно.

— Буду жить в доме или уеду отсюда, — взглянув прямо на него, поняла, что слабость никуда не ушла. Неожиданно подкатила тошнота. Да нет, это меня от него воротит. Наконец-то клеточки мозга прозрели, без тумана наваждений разглядели его суть.

— Я бы не объяснял, но поясню. Тебе опасно оставаться одной. Не все к тебе относятся доброжелательно.

— Говорю же, если не можешь обеспечить безопасность, хотя сам опустил на дно вашей иерархии, так отпусти! А если нет, то прими мои скромные пожелания. Еще и днем выносить твое присутствие не намерена.

Он зарычал, а я рассмеялась, крича мужчинам, замершим столбом.

— Чего замерли?