Никого нельзя обижать! Семестр І - Yelis

чтобы подставить свою башку под обрушившуюся вентиляцию. Причём обрушение произошло только в этом зале и именно в тот момент, когда наш фигурант попытался с ней познакомиться. А как её лицо-то кровью Счастливчика залило! Прям одного цвета со своей матроской стала. Такое впечатление, что парень половину своей крови на неё вылил.

– Да, сосуды на голове они такие: по виду – катастрофа, а на самом деле – царапина. – кивнула головой Ярая-Шевцова. – А по красной девице – сирота, воспитанница приюта для детей, не имеющих обоих родителей, уровень успеваемости – выше среднего, увлечения – стандартные для их подростков, эфирные способности не зарегистрированы. Я помню всё, что мы на тот момент о ней накопали.

– Но теперь нам её представляют, как дочь, пусть и приёмную, императрицы Японии! – продолжила государыня. – Нет, я ещё могу понять, что по какому-то капризу монаршая особа удочеряет несчастную сироту. Чего на свете не бывает? И то, что после этого вся информация о девушке исчезает из свободного доступа, тоже вполне объяснимо – японский императорский двор, впрочем, как и остальные, никогда не был замечен в особой публичности. Но теперь меня просят принять эту «золушку» именно в тот в класс, где учатся два значимых человека. Тебе не кажется это странным?

– Ну, информация о том, где учится твоя Огнеслава, никогда не была особым секретом, – пожала плечами министр. – Половина родов центрального и части других регионов страны об этом знает.

– Думаешь на уме у самураек установление контактов на будущее? Так сказать создание агента влияния на самом верху страны?

В ответ на этот вопрос собеседница лишь молча пожала плечами.

– Ладно, это только часть проблемы, – тяжело вздохнула Антонина. – Что не менее важно и непонятно, откуда вдруг у девчонки в её-то возрасте появилась способность к магии, которой раньше и в помине не было?

– И на этот вопрос я тебе ничего не могу ответить, – новый вздох последовал от Надежды. – Но на кон поставлен мирный договор и решение проблемы спорных восточных территорий. Пусть и при условии организации совместной экономической зоны вокруг них. Да и престиж твоей гимназии взлетит. Она, получается, выйдет на международный уровень.

– Морковку, конечно, перед нами повесили хорошую. Но вопрос остаётся – на кого они нацелились: на Огнеславу, Счастливчика или на обоих сразу. Или есть ещё что-то, о чём мы даже не догадываемся?

– Принимать предложение японок или нет, в этом я тебе ничем помочь не могу, – развела руками министр внутренних дел. – Это твоя зона ответственности. Я просто не обладаю все полнотой информации по международной тематике.

– Хорошо! – после недолгих размышлений стукнула ладошками по столу государыня. Я распоряжусь, чтобы японскую делегацию уведомили о моём согласии. Будем выходить, как ты сказала, на международный уровень нашего среднего школьного образования. В конце концов, и с нашей стороны открывается возможность влияния на особу, приближённую к императрице Японии. Но теперь в вашей с Катериной зонах ответственности объём работы, как ты понимаешь, кратно увеличится!

И после последовавшего тяжёлого вздоха министра вдруг спросила:

– «Фермерский» каравай твоих рук дело?

– Моих, – призналась собеседница после недолгой растерянности от неожиданной смены темы разговора и удивления скоростью информирования главы рода.

– А надпись на нём что означает? – снова полюбопытствовала Антонина.

– V – победитель гимназического соревнования, II – охраняемое лицо номер два, – честно ответила Надежда.

– Иди уже отсюда, любительница шарад! – устало махнула рукой государыня.

***

Глава 11

Москва, Кремль, рабочий кабинет государыни. 17 октября 2086 года. Раннее утро.

– Это опять ты? – несмотря на то, что секретарь сообщила о посетительнице, государыня разыграла небольшую сценку удивления от лицезрения вошедшей в кабинет женщины. – Вчера же только виделись.

– И не говори! Что-то сильно часто мы встречаемся на этой неделе, – отзеркалила «радушное приветствие» министр внутренних дел.

– Ну, ещё немножечко до выходных потерпеть тебя я смогу, – Антонина указала рукой на места для посетителей за рабочим столом. – Хотя действительно лимит совместного времяпрепровождения уже давно исчерпан.

– Везёт! У тебя даже выходные есть! – говоря это, Надежда смотрела, как подруга достаёт свою любимую клюквенную настойку на коньяке и выставляет на стол миниатюрные рюмочки.

– С утра? – удивлённо изогнула бровь гостья.

– С кем поведёшься … – наигранно вздохнула гостеприимная хозяйка. – Тем более, как я чувствую, без этого мы сейчас не обойдёмся. Катерина будет?

– Должна, я ей звонила. Но она территориально была дальше, чем я. Так что немного опоздает, – подвинула к себе предложенную порцию угощения министр, отвечая на заданный вопрос. – Как я вижу, ты уже в столе всё держишь, а не как раньше, в личных покоях. И без закуски?

– Надоело бегать туда-сюда. Так намного удобнее и быстрее. А что без закуски, так я никого в такую рань не ждала. Так что, чем богата, тем и угощаю. Или ты не будешь? – после сказанных слов Ярая вопросительно посмотрела на посетительницу, отодвигая в сторону одну рюмку из трёх.

– Буду! – возмутилась Ярая-Шевцова. – Когда я «не была»?

– За что пьём? – прозвучал новый, но такой же лаконичный вопрос.

– За работу внутренних органов! – последовал такой же ответ.

– Замечательный тост! – согласилась хозяйка кабинета, неспешно опрокидывая в себя несколько миллилитров сладкого алкоголя и наблюдая за таким же действием напротив.

– И что выработали наши внутренние органы? – спрятала после дегустации всё лишнее со стола Антонина.

– Девки раскололись, подтвердив все наши предположения, – несмотря на двусмысленность вопроса, Надежда поняла, что разговор перешёл к серьёзной его части, и ждать третью «собутыльницу» хозяйка кабинета не собирается.

– Где и как получили семенной материал, сообщили? – всего несколько мгновений понадобилось государыне, чтобы сообразить, о каких девках пошла речь.

– Одна из этих дур … – начала было докладывать министр, но потом, замолчала, ненадолго призадумавшись.

И пока она это делала секретарь наивысшего должностного лица страны, после очередного полученного разрешения, впустила в кабинет главу службы безопасности Ярого рода и Государственной службы охраны.

– Хотя знаешь, не такие уж они и дуры, как мне представлялось раньше, – после взаимных приветствий и усаживания за стол новой собеседницы проговорила министр. –