Связка и дракон - Анна Цой

тоном, — может ей немного горячего шоколада и поспать?

Он кивал каждому моему слову! Система, насколько же ты мерзкий и… несчастный человек, если можешь так реагировать на девушку младше твоей дочери?!

— Конечно — конечно, — он даже улыбнулся опешившей Оннике, — почему ты не сказала мне, что тебе нехорошо?

Девушка округлила глаза.

— Сенатор Риигс, — отлепил мужчину от моих рук папа, — нам пора, к… счастью. Ая, — зыркнул на меня, — кыш.

Тут очнулась Фрея:

— Тебя сейчас от ярости порвёт, потому что я передумала к тебе лезть или… нет, ну ругается папка на любовь всей твоей жизни, ну и что теперь? — она хихикнула, — Онника, иди уже отсюда, пока крокодил не лопнул!

Теперь они сверлили глазами друг друга.

— Всего доброго, — кивнул исключительно мне отец Онни, — еще увидимся, Аямако.

И они теперь степенно и совсем без ругани направились на выход. Всё время их прогулки в коридоре стояло молчание.

— Ну и зачем ты это сделала? — смотрел на меня свысока папа.

— Мне её жалко, — пожала плечами я.

— А мне жалко тебя, Ая, — с осуждением, — не приближайся больше к нему. И избегай по возможности. Он… очень взрослый и…

— Нехороший дядя, — продолжила со смешком, шагая к крокодилу и его злости, — ты же понимаешь, пап, что я всё осознавала и делала так специально. И я повторю — мне было очень жалко Онни, что он мог сделать с ней, — я обернулась и взглянула ему в глаза, шагая вперед спиной, — и не говори, что я нехорошая. Ты тоже, как я уже поняла, не особо святой, пап.

Мужчина закатил глаза.

— Я пекусь о твоей безопасности, Ая, — фыркнул папа, — никак не о чистоте помыслов. Поэтому шуруй к психологу и проконсультируйся с ним ещё и на тему своей хитрости.

Я махнула Фрее, чтобы она шла в комнату.

— Семейной хитрости! — поправила отца.

И помахала ему рукой, выходя на улицу перед несносным капитанским носом.

Глава 13

— И чего я удивляюсь? — пробурчал Оз, обогнав меня и шагая ровно так же рывками, как отец Онни две минуты назад, — ты невыносимо фальшивая, Фиджез, — смешок, — как…

— …будто тебя это волнует, — схватила его за локоть я, — ты мне сам говорил, что всем на меня плевать. Не будь Фратрии, то мы бы с тобой никогда не пересеклись, так что подумай над тем, что не будешь со мной разговаривать и видеть меня уже через несколько недель.

Парень хмыкнул. Но отбирать у меня свою руку не стал, даже слегка сбавив темп передвижения.

— Уповаю на это с самого начала, — хмыкнул он, относительно успокоившись.

Я пожала плечами.

— Вот и поговорили, — довольное от меня, — да, и ещё — не знаю насколько у вас здесь прошаренный психолог, так что обсудим до того, как он начнёт спрашивать, — мой кивок, — у меня к тебе претензий ноль. Можешь рассказывать про свои, но я вполне доброжелательно… — презираю тебя, — отношусь ко всем в команде. Никакого негатива и всё такое.

Он посмотрел на меня снисходительно.

— Сознаёшься, что твоя привычная позиция — лгать и притворяться? — словно и не спрашивал он.

— То, что было сейчас, тебе прямо ни о чём не говорит? — я открыла перед ним дверь, — прошу.

Его это выбесило ещё сильнее, о чём он пусть и молчал, но скрывать даже не пытался.

— Знаешь, что самое… низкое во всей этой болтовне? — в этот раз он опередил меня и постучал первый, как и не дал мне потянуться к двери, пропустив вперед, — меня раздражает не то, что ты делаешь — не сам результат, потому как он в большинстве случаев положительный. А способ его достижения, — он кивнул поздоровавшейся женщине на диване, — ты выбираешь неординарные по этическим нормам приёмы.

— Вы начали без меня? — улыбалась нам психолог, перебирая пальцами страницы на экране своего планшета, — может успели добиться каких-либо результатов? Буду рада если вы озвучите их. Аямако и Озерфир.

Я села рядом с ней, закинула ногу на ногу и откинулась на спинку дивана, пока Оз важно опускался в кресло напротив. Пыль на его волосах, лице и одежде добавляла антуража.

— Только то, что наш капитан хочет, чтобы я и в обычной жизни, помимо Фратрии, поступала так, как он считает правильным, — смотрела в глаза женщине я.

— Сейчас у тебя нет жизни, Фиджез, — скрестил руки у груди Оз, — пока игры не закончены — ты под прицелами видеокамер, а значит должна быть подобающе одета, накрашена, улыбаться, когда просят и следовать общим правилам.

— Правилам школы и Фратрии, помимо законов Костны, — сообщила ему я, — не твоим личным.

Он скрипнул зубами.

— Я капитан, — напомнили мне, — а значит твоего мнения никто не спрашивал.

Говорил он прямо, спокойно и без тени эмоций на лице. Это выводило ещё больше, потому как я так не могла.

— Давайте поступим более разумно, — остановила нас психолог, — спор для нас мало что способен решить. Согласны? — она дождалась моего кивка, — тогда начнём с простого вопроса: Аямако, как ты думаешь, это личная неприязнь к тебе от капитана?

Я помотала головой. Оз задумался.

— Он со всеми так обходится, — под поднятой бровью Лакмаара, — всех называет только пофамильно, на всех рычит, со всеми груб и…

— Это личная неприязнь, Фиджез, — перебил меня дьявольски усмехающийся Озерфир, — признаю заранее, чтобы ты не строила себе ребусов из пустоты.

Возмущение добралось до груди.

— Тогда вопрос следующий: Озерфир, объясни, будь добр, что Аямако по-твоему делает не так? — спросила психолог, пока обида подступала к моему горлу.

Да почему так обидно-то?!

— Что не так? — повел головой капитан, разглядывая моё лицо, — всё не так. Абсолютно каждый её шаг противоречит моему приказу. Она делает так, как ей хочется. Хитрит и подбивает на это других, — смешок от него, — полное несоответствие образу члена настоящей команды. Для неё не существует правил.

Я поджала губы.

— Которые были установлены..? — хотела, чтобы он дополнил её фразу, женщина.

Оз нахмурился.

— Мной, но это не отменяет того факта, что Фиджез их попрекает, — кивнул он, — она не умеет работать в команде.

— Я не умею?! — фыркнула я, — найди хоть одного из наших, кто готов будет сказать тебе доброе слово!

Он закатил глаза.

— Какое к чёрту «доброе слово», Фиджез? — растянул губы в высокомерной насмешке Озерфир, — команда не должна видеть друг в друге друзей на век. Вы напарники. Прими этот холодный факт — вы «дружны» только на момент Фратрии. После обоюдное использование качеств перестанет быть необходимым, поэтому все твои попытки показать какая ты хорошая будут тщетны. Ты сыпешь блёстки в