Законник Российской Империи. Том 6 - Оливер Ло

* * *

Лучи заходящего солнца окрашивали стены ресторана «Славянский базар» в теплые золотистые тона, когда юный граф Альберик Серентийский отложил салфетку и с удовлетворением откинулся на спинку стула. Перед ним стоял настоящий пир: остатки запеченного поросенка с яблоками, несколько видов рыбы, ассорти из закусок, три разных десерта и бутылка редкого вина.

— Превосходно, — произнес он мелодичным голосом, обращаясь к склонившемуся метрдотелю. — Особенно свинина. Расчудесный баланс соли и пряностей. Передайте мою благодарность шеф-повару. Все же, если в этом мире и есть что-то хорошее, то ваша способность хорошо готовить.

— Господин граф оказывает нам честь, — метрдотель поклонился еще ниже, не слишком обращая внимания на его слова и странности. — Возможно, что-нибудь еще? Десерт?

— Нет-нет, — юноша погладил плоский живот, словно удивляясь, как в нем уместилось столько еды. — На сегодня достаточно. Запишите на мой счет.

Метрдотель кивнул, хотя его глаза выдавали легкое беспокойство. Молодой господин уже третий день кутил в их заведении, оставляя щедрые чаевые, но пока не оплатил ни одного счета. Впрочем, его манеры и одежда не оставляли сомнений в статусе, и никто не осмеливался напоминать ему о деньгах. В конце концов, все аристократы имеют свои причуды.

Выйдя из ресторана, «граф» неторопливо двинулся по вечернему Петербургу. Его походка была легкой, почти танцующей, а взгляд с любопытством скользил по фасадам зданий, вывескам магазинов и лицам прохожих.

Внезапно он замер, словно охотничья собака, учуявшая дичь. Его темные глаза сузились, взгляд сфокусировался на высокой фигуре, мелькнувшей в толпе на противоположной стороне улицы.

— Не может быть, — прошептал юноша. — Эдвард?

Не обращая внимания на проезжающие экипажи, он стремительно пересек улицу, не отрывая взгляда от удаляющейся фигуры. Человек, за которым он следовал, был одет в строгий черный сюртук, на его глазах были темные круглые очки, скрывавшие глаза. Двигался он уверенно, но с какой-то странной грацией, словно постоянно прислушивался к окружающему миру.

«Граф» ускорил шаг, но сохранял дистанцию, не желая спугнуть свою цель. Эдвард (если это, действительно, был он) свернул в менее людный переулок, затем — в еще более узкий проход между домами, и наконец вышел к заброшенному пустырю на окраине города.

Здесь он остановился и, не оборачиваясь, произнес:

— Тот, кто следит за мной, должен знать, что я замечаю любую тень.

— А тот, кто бежит от меня, должен знать, что от меня еще никто не убегал, — ответил юноша, выходя из тени.

Эдвард резко обернулся. Даже сквозь темные очки было видно, как расширились его глаза.

— Не может быть, — прошептал он. — Учитель?

— Ты узнал меня, — с легкой улыбкой кивнул «граф». — Впечатляет, учитывая мою внешность. Твоя наблюдательность всегда была твоей сильной стороной, ученик.

Эдвард принял боевую стойку — незаметную для непосвященного, но свидетельствующую о готовности атаковать или защищаться в любой момент.

— Зачем ты здесь? — его голос был напряжен. — Я думал, Вечный Город навсегда закрыл свои врата после того, как Мария покинула его.

— Для многих, — кивнул юноша. — Но не для меня. У меня было задание, и я его выполнил. А потом… увидел тебя. Какое удивительное совпадение, не правда ли?

— Совпадений не бывает, — Эдвард быстрым движением сбросил пальто, обнажая руки. — Ты пришел за мной? Я не вернусь туда, у меня здесь есть важные дела.

— Не сейчас, — «граф» покачал головой. — Сначала я хотел бы узнать, как мой лучший ученик оказался в этом захолустье, служа простым смертным? Ты представляешь, как я был удивлен, когда услышал это?

— Это долгая история, — Эдвард не расслаблялся. — И не твоя забота.

— О, но я так люблю истории, — улыбка юноши стала шире, обнажая зубы. — Расскажи мне, или я силой вырву ее из твоей памяти.

Не дожидаясь ответа, он внезапно атаковал — одним стремительным движением преодолел расстояние между ними и нанес удар, целясь в солнечное сплетение Эдварда. Тот едва успел заблокировать, и от столкновения их рук в воздухе разлетелись искры магической энергии.

— Все еще быстр, — с одобрением заметил юноша. — Но недостаточно.

Следующий удар пришелся Эдварду в плечо, отбросив его на несколько шагов назад. Он тут же восстановил равновесие и контратаковал — серия молниеносных ударов, каждый из которых сопровождался вспышкой фиолетового света.

Юноша уклонялся с неестественной легкостью, словно предугадывая каждое движение противника.

— Ты используешь Теневой Стиль, — заметил он, парируя особенно сильный удар. — Интересный выбор для того, кто использует магию Света.

Их схватка продолжалась несколько минут — настоящий танец смерти, где каждое движение могло стать последним. Но постепенно преимущество юноши становилось все очевиднее. Его удары были точнее, движения — быстрее, а сила, казалось, не иссякала, в то время как Эдвард начинал уставать.

Финальный удар застал Эдварда врасплох — мальчишка словно растворился в воздухе перед ним, чтобы в следующий миг возникнуть за спиной и нанести мощный удар по затылку. Эдвард рухнул на колени, его очки слетели, обнажая абсолютно белые, без зрачков, глаза.

— Ты размяк, — с сожалением произнес Альберик, глядя на поверженного противника. — Смертные испортили тебя.

— Чего ты хочешь? — прохрипел Эдвард, пытаясь подняться.

— Правды, для начала, — юноша опустился на корточки перед ним. — Почему ты не вернулся после смерти Марии? Как сын Вечного Города оказался в услужении у этих… существ?

Эдвард молчал, упрямо сжав губы.

— Меня восхищает твоя преданность, — «граф» покачал головой. — Но она напрасна. Ты знаешь, что я здесь не просто так. Руководство решило, что этот мир — еще один неудачный эксперимент.

Эдвард побледнел еще сильнее.

— Нет… они не могут…

— Могут, — спокойно ответил юноша. — И решение уже принято. Я прибыл забрать последние артефакты и запечатать врата. Что произойдет потом… не нашего ума дело. Эксперимент будет продолжен.

Он поднялся, отряхивая невидимые пылинки с одежды.

— Знаешь, пожалуй, я позволю тебе еще немного насладиться свободой, — внезапно сказал он. — Мне любопытно, как долго продлится твоя преданность, когда все вокруг начнет рушиться.

— Почему ты выглядишь, как ребенок? — внезапно спросил Эдвард, меняя тему.

Юноша улыбнулся.

— О, внешность бывает обманчива, ты же знаешь. А мне нравится выглядеть ребенком. Так мне дают больше сладостей. А ты наблюдателен для того, кто лишен зрения.

Он слегка дернул плечами, и вокруг его