Код личности - 3 - Елена Кароль
— Ого! — восхитилась и только сейчас заметила на его мизинце точно такое же кольцо. — Это платина?
— Платина, — подтвердил. — Аномальная платина и аномальные энергетические кристаллы. И один очень вредный старик-артефактор, который сделал это чудо у меня на глазах и согласился взять в ученики. Так что теперь пару раз в неделю буду пропадать у него, перенимая искусство артефактного дела.
— О, здорово! — обрадовалась за него. — А ты случайно не в курсе, как дела в Струнино? Иннокентий сказал, что Коля поехал туда с баронессой ещё утром.
— Насколько я знаю, они вернулись ещё пару часов назад, — на меня посмотрели с иронией. — Ты вообще из комнаты не выходила?
— Чего это не выходила? — буркнула, морща нос. — Выходила…
— А ужинала? — На меня посмотрели строже.
— Ой, всё!
Фыркнув и закатив глаза, сначала я прибрала своё рабочее место, закрыв баночки с красками и начисто отмыв кисточки, и только потом отправилась на поиски пропитания и мужа.
Пропитание нашлось быстрее.
А муж был у себя в кабинете.
При этом по всему столу у него были расставлены кипы бумаг и стопки папок, а на полу вдоль стены стояли коробки, но тоже с документами. Ага! И без меня⁈
— Добрый вечер, мой деятельный супруг, — начала я вкрадчиво, а Коля поднял на меня напряженный взгляд, отрываясь от чтения документов, и чуть приподнял брови. — Что делаешь?
— Работаю, — произнес очевидное. — А ты почему не в постели?
— Там скучно, — хихикнула, потому что всё повторялось точь в точь, как с Сашей. — И вообще, я здорова, как… В общем, на все сто. И жажду принести пользу нашему роду. Рассказывай.
— Да, собственно… — Евтушенко откинулся на спинку своего кресла и слегка поморщился, потирая затекшую от неудобной позы шею, — не о чем пока рассказывать. Имперская канцелярия подтвердила наше право победителя и теперь Струнино и близлежащие земли, прежде принадлежавшие Дудину, наши. Вот, теперь разгребаем…
Он почему-то неприязненно поморщился, кивая на документы.
— А что так невесело? — уточнила аккуратно.
— Потому что барон — банкрот, — скривился супруг, взглянув на меня с досадой. — И это только по предварительным данным. Боюсь, если начнем копать глубже, станет только хуже. Этот… кхм, крайне бестолковый индивид тратил сумасшедшие деньги на любовниц, скачки, элитный алкоголь и другую ерунду, включая азартные игры. Предприятия в упадке и нуждаются в модернизации, цеха — в ремонте. Зарплаты рабочим задерживаются. Он на наёмников кредит брал! И это только верхушка айсберга.
— Хм-м…
Уже совсем другим взглядом изучив документы, скорее всего изъятые именно на предприятиях барона, решительно кивнула, подошла к мужу и закрыла толстую папку, которая лежала перед ним.
— Всё, стоп. Ты не экономист и даже не аудитор. Не порти себе зрение и настроение. Завтра же закажем тотальный профессиональный аудит всего, что теперь наше, а потом займемся и модернизацией, и остальным. А сейчас идем, тебе нужен массаж и положительные эмоции. Идем.
Нагло утянув супруга в его же спальню, раздела, уложила в постель… И размяла ему шею, плечи, позвоночник и поясницу. А потом завалилась рядышком, хитро заглянула ему в лицо и поинтересовалась:
— Куда в эту субботу пойдем? Думал? Твоя молодая жена жаждет прикоснуться к прекрасному.
— Моя молодая жена вообще-то на больничном, — проворчал разомлевший Евтушенко, глядя на меня чуть рассеянным взором. — Ева, пощади. Я уже слишком стар для всего этого… кхм, активного времяпрепровождения.
— Стар⁈ — возмутилась, хохотнув. — Коля, тебе всего сорок три! Ты о чем вообще? Тёте Розе под девяносто и она бодрее всех нас вместе взятых!
— О, да, — хмыкнул. — Нереально деятельная особа. Ты точно в неё своим задором пошла.
Я мудро промолчала, что родня мы настолько дальняя, насколько это вообще возможно, а муж, вздохнув, задумался.
— Хочешь в театр?
— Неа.
— В зоопарк?
— Ты сейчас серьезно?
Граф, подумав, сдавленно кашлянул. Да-да, зверья мне и в аномалиях хватает.
— Выставка, да?
И столько тоски было в его тоне, что я даже на локте приподнялась, чтобы посмотреть на него с изумлением.
— Что такое? Тебе так претит искусство?
— Да не то, чтобы искусство… — Он поморщился и удивил неожиданным признанием: — Но там надо ходить и делать умное лицо. А я военный, Ева. За искусством — не ко мне. И ходить мне…
Он снова поморщился.
— Что такое? — встревожилась. — Тяжело? Больно?
— Тяжело, — согласился откровенно нехотя. — Стоять и сидеть уже нормально, а вот ходить, особенно несколько часов без перерыва — тяжело.
— И ты молчишь⁈ — возмутилась. — Бестолочь!
— Ева! — Попытался осадить меня граф.
— Бестолочь! — повторила, сердито хмурясь. — Всё, я зла! Ух, как я зла! Всё, я ухожу!
— Куда⁈ — моментально занервничал муж и так крепко перехватил меня за талию, что я поразилась реальной силе его рук. А учитывая, что он был намного крупнее меня, вырваться я бы смогла только силой, приложив к этому магию. Вот только я подмастерье, а он — магистр…
— Спать!
— А-а… — В его тоне проскользнуло искреннее облегчение.
Я даже хмыкнула.
— А ты что подумал?
— Всё самое плохое, — выдохнули мне в район виска отчетливо виноватым тоном. — Прости. Я не привык быть слабым. А ты такая… энергичная. Мне иногда кажется, что мне всего шестнадцать и я банально не знаю, что сказать девушке, которая мне нравится. Ева…
Я немного напряглась и супруг тотчас это почувствовал, моментально ослабив хватку.
— Побудь со мной ещё немного. Просто полежим. Расскажи, чем занималась сама. От тебя пахнет красками… Рисовала?
— А вот и да, — усмехнулась, устраиваясь в его руках поудобнее и тем самым безмолвно соглашаясь сбавить накал непростой ситуации. — Я тебе не говорила, но мы с Сашей ездили в Раскатовскую аномалию, которая находится в Саратовской губернии. Нам там надо было… кое-что добыть. — На этом месте я неожиданно запнулась, но супруг слушал меня внимательно, никак не дав понять, что в чем-то осуждает или подозревает.
Лишь спросил:
— Добыли?
— О, да, — я улыбнулась. — И нашли Саше подружку. Видел, может? Маленькую огненную львицу.
— Видел, — подтвердил Евтушенко. — Невероятно опасные твари. Сам с ними не сталкивался, но читал. Сложно было?
— Сложно, — вздохнула и невольно прижалась к нему сильнее, вспомнив дичайшую боль от ожога. — Но мы справились. Правда, приключился там один инцидент… — поколебавшись, я всё-таки решила не скрывать от Николая момент встречи с княжичами. Жизнь — странная штука, неизвестно, как повернется дальше. И будут ли они молчать о нашем знакомстве? Или вывернут всё наизнанку? — В общем, мы там встретили Черкасских. Всех
