Курьер между мирами - Ольга Николаевна Шивер

– Слышу, – подтвердила Вика.

– Только вот какая штука, Виктория, нет во всём этом смысла, понимаете? Никакого смысла нет. Всё это пустое. Всё и все вокруг. – Взгляд Артёма постепенно затуманивался, лицо было бледным, по лбу и щекам струился пот. Было похоже, что он вот-вот потеряет сознание.

– Ещё какой в этом смысл есть! – Вика сноровисто ухватила Артёма за голову, наклонила вниз и засунула ему в рот пальцы. – Во всём смысл есть. А вот таблетки горстями жрать – это точно дурацкая затея, – говорила она, пока Артём изрыгал на пол содержимое своего желудка.

Затем Вика взяла кувшин с полки и наполнила его водой из крана.

– Пей! – глядя в мутные глаза Артёма, строго велела она. Словно зомби, он выполнил её приказ. – Ага, хватит пока. Давай сюда свою морду. – Ведьма снова всунула свои пальцы ему в рот.

Когда желудок был достаточно промыт, Вика уложила безвольного Артёма на кровать и усыпила.

– Что с ним, Вика? Что это? – трясся Барсик. – Вчера он пытался порезать себе вены, но от вида крови упал в обморок. Вика! Что происходит?

Ведьма внимательно смотрела на грудь Артёма.

– У него забрали душу. Он больше не хочет жить, – хмуро заключила она.

Барсик и Муха разом охнули.

– Но как это возможно? – изумился Барсик. – Я точно знаю, что он не заключал никаких сделок. Я бы не дал. Да и зачем это ему? Живём душа в душу. Артём был так счастлив! Приставку себе новую купил.

– Если дело не в контракте, значит, существуют и другие пожиратели душ, – сосредоточенная на своих мыслях, рассуждала вслух ведьма. – Пожалуй, стоит поговорить об этом с Хозяйкой. Нам нужно в «Таллер», – заключила она.

– А как же мы с Артёмом? Что мне делать? – округлил глаза Барсик.

– Искать нового хозяина, – ответила Вика.

Барсик в ужасе изогнулся.

– Вика! – с укором сказал Муха. – Разве можно вот так вот в лоб сообщать такие печальные вещи?!

– Прости. – Вика уже и сама поняла, что её слова звучали слишком жестоко. – Прости, Барсик. Мне правда очень жаль.

– А вернуть душу?! Ты можешь вернуть ему душу?! – цеплялся кот за соломинку.

– Не уверена, что это возможно… – опустила глаза Вика.

* * *

Мама никогда раньше не приглашала в дом почтальона. Да и почтальон никогда не выглядел так странно: у Сашки мурашки бежали от его взгляда. И зачем он вообще ему дверь открыл? Урод какой-то: вся морда кривая, в шрамах, и повязка на глазу – жуть, одним словом.

– Мам, мне помощь нужна, – неуверенно позвал Сашка, заглядывая на кухню.

– Да-да, иду, Сашенька, – отозвалась Анна Михайловна и смахнула слезинку.

Что-то определённо было не так. Сашенька? Последний раз мама так называла его в больнице.

– Мам, у тебя всё хорошо? – насторожился Сашка, косясь на неприятного почтальона. В его большой сумке что-то светилось, будто он спрятал туда фонарик.

– Всё в порядке, малец, – буркнул почтальон. Его голос был грубым и таким же противным, как и облик. – Мы уже закончили. Передавай привет брату, – сказал он, больно потрепав Сашку за отросшие волосы. Улыбка мужчины больше походила на волчий оскал.

– Что ты хотел, Сашенька? – устало спросила Анна Михайловна. Она выглядела грустной.

– У меня никак не получается хвост к модели истребителя прикрутить. Можешь мне помочь? – соврал Сашка. Нужно было найти причину, чтобы избавиться от мрачного гостя и отвлечь маму.

Дверь в прихожей хлопнула. Странный почтальон покинул квартиру Андреевых.

– Да, дорогой. Конечно, помогу. – Анна Михайловна встала со стула и направилась в комнату Сашки.

– Мам, с тобой точно всё хорошо? Этот урод тебя не обидел? – с подозрением спросил Сашка.

– Нет, Саш… – вздохнула Анна Михайловна.

Мама не отреагировала на слово «урод». Не сделала замечание и не отругала – плохой знак.

– Просто ты какая-то грустная…

– Я вспоминала твоего отца, – призналась Анна Михайловна.

– А-а-а, – неуверенно протянул Сашка.

– Ты знаешь, как сильно я любила его? – Глаза Анны Михайловны превратились в два бездонных голубых омута, полных безнадёжной тоски. – Ты так похож на него.

Сашка молча наблюдал, как мама прикручивает хвост истребителя на положенное место, не зная, как реагировать на её слова.

– Это невыносимо.

– Что невыносимо? – не понял Сашка.

– Жить без него. У меня внутри всё умерло… Эта пустота внутри… Её ничем не заполнишь, – опустила глаза Анна Михайловна.

Сашка обнял маму и прижался к ней всем телом: он чувствовал, что она словно ускользает от него, и пытался её удержать.

– Мам, но у тебя есть мы с Максимом. И дядя Толя! Знаешь, как сильно мы все тебя любим? Вот так вот сильно! – Он сжал маму так крепко, как только мог это сделать восьмилетний мальчишка. – И всегда будем любить!

– Я тоже люблю вас, – закрыв глаза, тихо сказала Анна Михайловна. Сашка не видел, как слёзы стекли по её щекам. – Простите меня. – Она тяжело вздохнула и надавила на деревянную модельку чуть сильнее, чем следовало, – кончик хвоста обломился.

– За что, мам? – удивился Сашка, а потом заметил поломку. – Ой, да это чепуха вообще! Я сейчас приклею! Подожди, у Макса в комнате только клей возьму. – Сашка расцепил руки и побежал в комнату брата.

Когда он вернулся, мамы уже не было.

– Мам! Иди сюда! Смотри, всё готово! – радостно кричал Сашка, выравнивая кончик хвоста истребителя и убирая пальцами лишний клей. – Даже не видно ничего!

Сквозь распахнутое настежь окно подуло утренней прохладой.

– Мам! М-а-а-м-а-а-а! – нетерпеливо звал Сашка. Наконец ему надоело ждать, и, взяв истребитель, он, довольный своей работой, помчался в гостиную.

– Мам!

В гостиной никого не было. На кухне тоже. Ванная и туалет приветствовали темнотой и тишиной.

– Мам! – звал Сашка. – Мам! Ты где?

Входная дверь закрыта на щеколду: Сашка сам задвинул её, чтобы уродливый почтальон ни в коем случае не вернулся.

– Мама-а-а-а! – на всякий случай ещё раз позвал Сашка. Он вернулся в свою комнату. Разгулявшийся ветер играл с занавесками, проверяя их на прочность.

С улицы раздался полный ужаса девчачий вопль, послышались крики.

Сашка замер.

Он чувствовал, что, если сейчас подойдёт к окну, его жизнь изменится навсегда.

– М-а-а-а-м… – жалобно и с надеждой позвал Сашка, в глубине души понимая, что ответа он так и не дождётся.

Глава 18. Из океанских глубин

Мальчик стоял посреди комнаты и со страхом смотрел на открытое окно…Мальчик стоял посреди комнаты и со страхом смотрел на открытое окно…

– Сашка! – ахнула Вика: её зрачки вновь показались в глазницах сквозь рассеявшуюся пелену белого тумана.

– Что? Где? Какой? –