Сан-Инферно. Новичок - Татьяна Зимина

вора не придётся ждать слишком долго.

Но я незаметно отделился от компании с тем, чтобы заглянуть на кухню — так, подготовиться кое к чему, на всякий пожарный.

И как только оказался поблизости от своего рабочего места, натурально остолбенел.

— ПАПА БОРЩ!..

Так громко я ещё никогда не орал. Сказать, что я был в шоке — ничего не сказать.

А всё из-за посуды. Теперь это были не эвересты и небоскрёбы. Сплошной массив пакового льда — так бы я назвал плотные наслоения, в которых лишь кое-где угадывались очертания отдельных тарелок, ложек и вилок. Казалось, горы посуды спрессовали, найдя при этом способ её не разбить.

При виде этих... формаций возникало чувство, что никто не прикасался к ней ГОДАМИ. Хотя с тех пор, как я заходил на кухню, прошло меньше суток.

— Чего тебе, Макс? — главный повар не слишком спешил на встречу, предоставив мне насладиться зрелищем немытых ледников как следует.

— Вы сказали... — я набрал побольше воздуху. — Когда я отпрашивался с работы, вы сказали, что нет проблем.

— Ну да, и что?

Признаться, наезжать на гору чистейшей крахмальной белизны с чёрными напомаженными усами — то ещё удовольствие.

— По моим понятиям, НЕТ ПРОБЛЕМ — это когда кто-то решает их за тебя, — я старался, чтобы голос звучал не слишком истерично. — В смысле — что вы поручите мыть посуду кому-то другому.

Повар покачал головой.

— Это твоя работа, Макс. Никто её за тебя не сделает.

— Но... Во что вы кладёте новую еду?

— Просто распаковали несколько запасных сервизов, — пожал плечами Папа Борщ. — Которые, естественно, тебе тоже придётся помыть.

По мере разговора его голос становился всё более язвительным.

Я закрыл глаза и посчитал до... двадцати. До пятнадцати уже не помогало.

— То есть, решение проблемы заключалось в том, что проблему всё равно решаю я. Просто немного позже.

— Посуда сама себя не вымоет, сынок, — и повар утопал к своим кастрюлям.

Вздохнув, я принялся пробираться к раковине. Действовать нужно было осторожно, чтобы не сдвинуть ни одной тарелки — если я не хочу на своей шкуре прочувствовать, что такое фарфоровая лавина...

— Вот ты где, друг мой, — при виде меня Фонци радостно замельтешил в воздухе всеми своими присосками.

Существо, которое всегда чувствует себя в своей тарелке!

От избытка чувств я погладил Фонци по спинке, и он разумеется, тут же прилип.

...Вернувшись к гостям, я застал всю компанию, весело болтающую и выпивающую разнообразные цветные коктейли, которые тут же готовил наш бессменный бармен. Интересно, когда он спит?..

— Оторва! — поприветствовала меня Лолита. — Я как раз рассказывала Кэсси, как ты принял её кулон за Глаз Гора.

Я мило улыбнулся. Всегда приятно, когда друзья сажают тебя в лужу.

— Молодой человек не так уж и ошибся, — встал на мою защиту Карбункул. — Дело в том, что оба артефакта имеют схожую природу: только мой чувствует ложь, а тот, что у Кассандры — жертву.

— В смысле? — плюхнувшись на пустой стул, я сделал знак бармену, что тоже не прочь выпить.

Нужна передышка. Очень скоро события понесутся вскачь, я это чувствую. Но сейчас мы оказались в эдаком коконе тишины, в зрачке тайфуна. И нужно воспользоваться этим по-полной.

Многорукий бармен не подкачал: через минуту передо мной стоял высокий бокал, в котором жидкость сверкала такими цветами, что рябило в глазах. Из бокала торчали трубочка и трогательный бумажный зонтик.

Осторожно, словно пробую раскалённую лаву, я втянул через трубочку крошечный глоток... Выпучил от удивления глаза, и хлебнул по полной. А потом ещё раз и ещё.

Может, я слишком поторопился: с минуту мне казалось, что глаза в глазницах вращаются, как бешеные — причём каждый в свою сторону.

Но потом всё успокоилось. А я вновь почувствовал себя так, словно только что родился.

Надо будет узнать у Юпитера, что это за пойло. Во всяком случае, мне оно понравилось гораздо больше, чем эти их крошечные таблеточки.

— Так что там с твоим артефактом, Кассандра? — делая вид, что со мной всё путём, спросил я.

— Погляди, — Кассандра сняла с шеи кулон и протянула мне.

Да. Это именно тот кулон, который Лола показывала мне на экране ноутбука... С одним небольшим отличием — это я понял только сейчас.

Внутри Глаза Гора огонёк был багрово-алым. А в этом кристалле — прозрачно-желтым, словно пойманный солнечный луч.

Кивнув, я признал, что вижу разницу. И тут же спросил:

— Вы сказали... жертвы?

— Иначе как я буду находить клиентов, сечёшь? — подмигнула Кассандра.

— То есть, — я облизал губы. — Этот кулон показывает тебе... кого нужно убить?

— КОГО — я знаю и сама, — снисходительно улыбнулась Кассандра. — Но видишь ли... Некоторые из них вовсе не хотят таковыми становиться. Они пускаются в бега. Или пытаются спрятаться, залечь на дно. И вот ТОГДА мне на помощь приходит Глаз Сета.

— Гильдия убийц славится своим подходом к делу: они ВСЕГДА выполняют заказы, — усмехнулся Карбункул.

— Куда покатится мир, если гильдии начнут нарушать слово, а? — пожала плечами Кассандра.

— Ясно, — я кивнул несколько раз подряд. — Ясно-ясно-ясно... Просто так, для уточнения... Если кто-то обратится в вашу контору с целью заказать меня — можно больше не дёргаться, да? Опуститься на четвереньки и ползти в сторону кладбища?

— Если только... Ты не захочешь сделать ОТВЕТНЫЙ заказ, — страстно выдохнула Кассандра. Так, словно говорила о чём-то сексуальном.

— Э... Прокрути это помедленнее, пожалуйста.

— Это называется перекрёстная сделка, — пояснила Лолита. — Тебя заказывают, а ты заказываешь того, кто заказал тебя. Тут вся соль в том, кто успеет первым.

— Люблю соперничество, — кивнула Кассандра. — Добавляет перчику в жизнь.

Я моргнул.

— Хотите сказать, что в перекрёстной сделке убийца должен устранить не только... клиента, но и своего соперника-коллегу?

— Здорово, да? — просияла Кассандра.

Кажется, я только что встретил ещё одного фаната своего дела...

И тут случилось неожиданное. Кулон Кассандры, который я всё ещё держал в пальцах — пропал.

Только что он был у меня. Я чувствовал его тяжесть, ощущение цепочки до сих пор холодило кожу... Но миг — и его уже нет.

— Эй, что происходит? —