Милость Баст - Елизавета Владимировна Соболянская

же и кошки берегут свое логово. К тому же мы не ограничиваем молодежь, – тут Слав лукаво улыбнулся, – за деревней есть лесок, куда парни зовут девушек на прогулку. Если девушка соглашается, значит, ее кошечка созрела и хочет погулять. Но это не имеет значения, пока нет котят.

– Значит, брак заключается, когда появляются котята? – поморщилась девушка.

Несколько ее одногруппниц вышли замуж “по залету” и потом долго принимали упреки от мужей и свекровей, мол, “пузом затолкали в ЗАГС”. Потому отношение к браку, вызванному беременностью, было у Насти неприятное.

– Нет, брак заключают, когда двое хотят быть вместе всегда, – Слав разговаривал с ней, как с маленькой девочкой, должно быть, она и правда для него была младенцем. – А котята дело наживное. У нас всегда известно, кто отец ребенка, поэтому отказаться от отцовства не получится.

Настя поняла – коты же ориентируются на запах! Котята поначалу пахнут матерью, но и запах отца присутствует. Никаких подкидышей и незаконнорожденных детей. Все всегда знают, чей малыш. Осиротевший котенок здесь чаще остается в роду матери, особенно если это кошечка. Но бывают разные ситуации, и в таком случае место жительства определяет совет старейшин. Поскольку Слав как раз старейшина, он своей властью и забрал Настю в свою семью.

Глава 5

Они еще немного потолковали о традициях и обычаях котов, но девушка уже откровенно устала, и Слав предложил ей пойти домой – пообедать и отдохнуть. Прихватив книгу по географии этого мира, Настя вышла из школы и застыла.

Подростки, которые играли на площадке перед школой, разбежались в стороны, а один лежал на земле, тяжело дышал, и его выгибало, словно в эпилепсии.

Слав, вышедший на улицу вслед за Настей, нахмурился:

– Байрид? Как-то рано он…

– Что с ним? – глубоко дыша, спросила Настя, стараясь не сорваться в панику.

– Первый оборот. Наши котята рождаются детьми и оборачиваются лет в пятнадцать-двадцать, в зависимости от клана. А Байриду только тринадцать стукнуло! Как бы он не застрял!

Пока Слав говорил, на мальчишке треснула одежда, и с земли поднялся некрупный пятнистый кот, чем-то похожий на леопарда. Он рыкнул, скорее растерянно, чем грозно. Слав ответил ему так, что у Насти волоски на теле встали дыбом. Маленький кот тут же плюхнулся на живот и опустил голову.

– А теперь давай обратно! – потребовал Слав.

Леопард покрутил головой, встал на лапы, потоптался на месте, но так и остался котом.

– Эх, вот этого я и боялся, – вздохнул Межеслав. – Идем, отведу тебя к матери. Сдерживай инстинкты! – строго сказал он и повернулся к Насте: – Сама до дома дойдешь?

– Дойду! – девушка ничего не поняла, но мешать старейшине делать его работу не стала. Да и дом Межеслава был виден от школы. Так что Настя пошла к Млаве, и та сразу усадила ее есть, ворча, что Слав совсем девочку замучил, даже лицо заострилось.

Слопав приличную порцию каши с мясом, Настя рассказала хозяйке дома о сцене возле школы и спросила, чего же так опасается Слав.

Млава присела на лавку, вздохнула и рассказала. Дети оборотней принимают зверя в подростковом возрасте. До этого задача родителей показать им, как хорошо и замечательно быть человеком. Научить подавлять звериные инстинкты и радоваться человеческим делам. Потому что зверь – он грубее, проще и больше нравится подросткам в период буйства гормонов.

Если оборот произошел в старшем возрасте, человек легче подавляет зверя и возвращает облик. Но чем младше человек, тем легче он поддается и может навсегда остаться зверем.

– Сложность в том, что убеждать зверя стать человеком приходится человеку, – вздохнула Млава, – а зверь его не понимает. Если же рядом звери, детеныш и не думает об обороте. Чем дольше ребенок находится в зверином теле, тем сложнее ему обернуться. В итоге наступает день, когда в нем не остается ничего человеческого, и он уходит в лес, становится дикарем.

– Дикарем? У вас есть обычные крупные кошки, не оборотни? – удивилась Настя.

Она полагала, что такое количество хищников и так достаточная нагрузка на местных травоядных.

– Есть. Потомки не оборотов. Их мало, они избегают селений, но в глухих местах могут на тебя напасть. Ты ведь не имеешь зверя, значит, добыча.

– Ох, мне, кажется, лучше не выходить за стены!

– Так будет безопаснее, – серьезно предупредила Млава.

Межеслав вернулся только к ужину. Устало сел за стол, взял у жены из рук малыша и уткнулся в его мягкую макушку.

– Как там Байрид? – спросила его жена, выставляя на стол тарелки.

– Не может обернуться. Поел вареного мяса, но видно, что с трудом, – вздохнул Слав.

Настя молчала. После обеда они с Млавой готовили ужин, прибирали в доме, играли с шустрым младенцем и выясняли, что Настя умеет: готовить, шить и вообще делать по хозяйству, так что говорить девушке не хотелось.

После еды все немного посидели в общей комнате, а потом разошлись.

Насте не спалось. Она крутилась на своей постели и думала о том, что ее знания в этом мире практически бесполезны. Что такого она может сделать, чего не могут сделать местные? Устройства лазерной пушки она не знает, торговец из нее никакой, и даже просто выйти замуж и рожать детей она не сможет – у нее нет зверя!

В самый пик самокопания, когда слезы уже подбирались к глазам и в носу щипало, в щеку девушки вдруг ткнулся мокрый нос:

– Чего лежишь? – спросила Шкода.

– Переживаю, – шепотом ответила Настя.

– Некогда переживать! Там котенок застрял! Иди за мной!

Девушка вскочила, думая, что обычный котенок застрял в каком-нибудь заборе или на дереве, но все оказалось не так.

Шкода привела ее к дому, помогла советами перебраться через забор и отвела в небольшой пристрой, из которого доносилось басовитое, но жалобное мурчание.

– Вот! – Шкода тронула лапкой дверь, закрытую на засов. – Здесь котенок. Поговори с ним!

– Котенок? – наверное, она слишком устала и перенервничала, а может, просто доверилась Шкоде, но Настя, не рассуждая, открыла дверь и замерла – напротив двери сидел знакомый ей леопард!

– Шкода… – попятилась девушка.

– Что “Шкода”? – удивилась кошка. – Человеческий котенок, застрял. Говори с ним, ты же психолог! Он нервничает, поэтому не слышит человеческий зов. Зов Баст все затмевает, а этот дурачок дуреет!

Кот не пытался кинуться, поэтому Настя решилась сделать шаг вперед, но дверь оставила открытой.

– Здравствуй! – дрожащим голосом сказала она. – Тебя зовут Байрид? Я видела тебя сегодня на площади. Меня зовут Настя. Старейшина взял меня в свою семью. У меня совсем нет зверя. Только две вот такие кошки рядом!

Октавия