Проклятое сердце - Дженни Хикман

Ознакомительный фрагмент

проклятые попытки, чтобы забраться в проклятое седло. Я бросила взгляд в сторону сарая, ожидая увидеть там Оушина, но обнаружила лишь покосившуюся старую дверь.

Я направила лошадь к единственной дороге, ведущей из города, и, как только дома скрылись из виду, пустила лошадь галопом.

Из-за моросящего дождика мои локоны превратились в растрепанное гнездо и стали тяжелее к тому моменту, как я доехала до рощи, за которой находился наш семейный особняк.

Как бы мне хотелось рассказать сестре о том, что со мной произошло, и чтобы Кейлин при этом не романтизировала эту встречу. Моя сестра могла быть чертовски невыносимой, когда дело касалось мужчин. Она бы стала выспрашивать у меня все мельчайшие подробности и придавала значение несущественным деталям этой «судьбоносной» прогулки.

На самом деле я просто оказалась не в том месте не в то время.

Вот и все.

Нечего раздувать из мухи слона.

И уж точно не стоит на этом зацикливаться.

Дождь пропитал мои плащ и юбки насквозь. Овцы, жевавшие клевер у каменной ограды, проводили меня взглядом, когда я проскакала мимо. Скоро покажется развилка, где мне нужно будет свернуть налево, к поместью. Жаль, что у меня не хватит духу повернуть направо и сбежать от своей печальной участи. Сбежать и никогда не возвращаться.

Лошадь резко остановилась, отчего меня выбросило вперед на седельный рожок. Волосы закрыли мне глаза, но я тут же отмахнулась от мокрых прядей. Лошадь повела ушами, а затем прижала их к голове. Я подстегнула ее, но упрямое животное не двинулось с места. Что ее так напугало? Скрип деревьев на ветру? Стук капель по лужам?

Или покачивающийся сапог у меня над головой?

«Какого черта?»

Я схватилась за рожок, чтобы не выпасть из седла.

На низко нависшей ветке растянулся Оушин. Черные бриджи натягивались на его бедрах, когда он покачивал ногой туда-сюда.

– Ты не сказала, как тебя зовут, – протянул Оушин, поглаживая большим пальцем блестящие пуговицы на золотом жилете. Его рубашка выглядела абсолютно сухой, хотя дождь лил не переставая, а густые волосы цвета красного дерева наполовину закрывали ему уши.

Неужели он последовал за мной лишь затем, чтобы узнать мое имя?

– Ты не спрашивал, – отозвалась я.

Он усмехнулся, и на его щеках появились ямочки. Разумеется, в этих несносных ямочках не было ничего привлекательного, да в самом Оушине – тоже.

– Мой рот был занят другим.

Мне совсем не хотелось вспоминать сейчас – или когда-либо еще – о том ужасном недоразумении.

– Меня зовут леди Эйвин Бэннон. Я дочь лорда Майкла Бэннона.

Мужчина сорвал с ветки почку и скользнул пальцем по краю. Почка раскрылась, превратившись от его прикосновения в ярко-зеленый листок.

– Ослепительная красота.

Что ж, следует признать, он не так прост, как кажется. Однако симпатичной мордашки и дешевых фокусов было недостаточно, чтобы произвести на меня впечатление.

– Ты всем девушкам такое говоришь, да?

Ну конечно же. Он и выглядел как типичный ловелас-пустослов.

– Только девушкам по имени Эйвин. – Он повернулся на бок и подпер подбородок рукой так небрежно, будто лежал на кровати, а не на дереве в десяти метрах над землей. – Твое имя означает «ослепительная красота».

– А что означает твое?

Наверное, «нахальный дурак».

– Оушин – значит «олененок». – Он подмигнул мне. – Но это всего лишь псевдоним.

Меня так и подмывало спросить его настоящее имя, но вряд ли знакомиться с мужчиной, который крутит романы с замужними женщинами, было хорошей идеей. Даже если от его голоса у меня появлялись мурашки, а в животе порхали бабочки. Нет, я не позволю его ухмылке и ямочкам на щеках вскружить мне голову.

– Было приятно познакомиться, не-Оушин, – соврала я. – Боюсь, мне пора.

Я подстегнула лошадь, но не успела она перейти на галоп, как незнакомец преградил мне путь, снова напугав мою несчастную кобылу. Я изо всех сил старалась не пялиться на его широкие плечи, узкие бедра и вкрадчивую улыбку.

– Куда ты так спешишь?

Я крепче вцепилась в поводья, едва сдерживая стон. Неужели так сложно понять очевидный намек?

– Домой. Уже довольно поздно, и я не хочу пропустить ужин.

Что-то пощекотало мне шею словно перышком. Я провела пальцами по коже, но ничего не обнаружила.

Я попыталась объехать преграду. Но незнакомец снова преградил мне путь, поймав лошадь за уздечку и погладив ее по белому пятну между глазами.

– Буду очень тебе признательна, если ты уйдешь с дороги. Я промокла до нитки, и мне не хотелось бы простыть.

Он посмотрел на меня из-под темных ресниц. Его сияющие глаза таили в себе множество тайн.

– Неужели тебе ни капельки не интересно, кто я такой?

Конечно интересно. Очень. Но для меня было бы гораздо безопаснее не задавать ему никаких вопросов. Чем меньше я о нем знаю, тем лучше. Ведь если я узнаю хоть одну деталь о нем, то это лишь раззадорит мое любопытство. А любопытство до добра не доводит, как и плутовская ухмылка мужчины, которому чужды не только моральные принципы, но и законы Айрена, запрещающие пользоваться магией.

– Не настолько, чтобы пропустить ужин, – ответила я.

На этот раз, когда я попыталась проехать, он уступил мне дорогу. Мне пришлось пустить лошадь галопом, чтобы наверстать упущенное время из-за этой маленькой задержки. Копыта стучали по лужам, разбрызгивая грязь по моей спине. Когда впереди замаячил семейный особняк, у меня внутри все сжалось. Плющ глубокого красного цвета полз к покатой крыше по высоким каменным стенам моей золотой клетки, которая некогда была мне домом.

Патрик, прихрамывая, вышел из конюшни. Бедняга едва мог передвигаться, но при этом никогда не позволял нам с Эйвин самим заводить лошадей в стойла.

– Вам лучше поспешить, миледи. Ваш отец в крайне дурном расположении духа. – Он подал мне руку, помогая спешиться. В такие моменты я всегда боялась, что собью Патрика с ног, но и обижать его не хотелось. Поэтому я приняла предложенную руку и позволила ему помочь мне спуститься на землю.

– А разве он когда-нибудь бывает в хорошем? – поинтересовалась я.

Патрик улыбнулся и похлопал меня по руке, а затем взял мою лошадь под уздцы и повел ее на конюшню.

Я взбежала вверх по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки и расстегивая на ходу плащ. Я даже не успела взяться за ручку, как входная дверь распахнулась.

– Где ты была? – прошипела Кейлин, схватив меня за запястье, прежде чем затащить в дом и закрыть за нами дверь с тихим щелчком. Она переплела наши пальцы и потянула меня к гардеробной. – Отец снова не в духе, и твое опоздание наверняка подольет