Бард 8 - Сергей Витальевич Карелин

к своим. Благодаря Зине и Мурре (немного не хватало оставшейся в Москве Гхары, она бы одним рыком навела порядок), которые вовремя подсуетились, спокойно пробрался через толпу фанатов, желающих прикоснуться к своему кумиру. Блин. На мой взгляд перебор. Я вам не айдол корейский какой-нить… Хотя чего я себе вру. Я круче! Тщеславие полностью удовлетворено!

Вроде все прошло как нужно. Никто никому не поддавался, да и девушке я особого урона не нанес. Алина вернулась в нашу тесную компанию целой и невредимой спустя минут десять. Все-таки целительницы — это круто! Она села рядом со мной и, прижавшись, прошептала на ухо:

— Спасибо!

— За то, что побил тебя? — уточнил у нее с иронией.

— За то, что в полную силу дрался!

Я лишь пожал в ответ плечами, и мы вернулись к наблюдению за происходящим на Арене.

Толпа наконец успокоилась и судьи смогли начать второй полуфинал. Агнесса Милославская против Всеволода Хлобыстова. Посмотрим, кого мне предстоит вынести в финале.

Глава 3 «Финал Турнира Пяти»

Зрелище вышло откровенно так себе. Хлобыстов реально разочаровал. Я вообще не понял, как он умудрился попасть в полуфинал. Неужели заливал договорняки все дуэли, а тут вдруг попался принципиальный противник? В результате мои девушки хором заявили, что наш полуфинал с Вяземской смотрелся красочно. А этот… Агнесса гоняла Всеволода огненным хлыстом по всему рингу, легко уходя от его слабеньких воздушных ударов и молний.

Закончилось все логичной победой девушки. Щит ее противника, который так и не подобрал ключик, чтобы пробить оборону Милославской, просто испарился. Парой резких ударов она буквально перекрестила Хлобыстова, и он рухнул на песок со страшными страшными ожогами. И вновь Мерцковой нашлась работа. Блин, если Керана научится так лечить, ей цены не будет. Хотя она и так бесценна, чего это я.

Освободились мы довольно рано и ушли, чудом избежав встречи с моими фанатами. Домой успели как раз к обеду, на который заглянула Скуратова. Декан огненного факультета деликатно отказалась разделить с нами трапезу, сообщив, что финал состоится в одиннадцать ноль ноль и чтобы мы не опаздывали. Не вопросы! Мы вообще раньше уйдем.

Горячо пожелав мне удачи в завтрашнем финале, она ушла заниматься какими-то «орговскими терками».

После обеда мы с Уной и Беллой собрались в моем кабинете, чтобы наконец посмотреть те самые статьи, которые так долго грозилась опубликовать моя ручная журналистка. У Беллы Кун был настоящий талант. Мне прямо захотелось встретиться и пообщаться с самим собой, настолько хорошо был описан…

Само собой я решил не скромничать и высказал девушке все, что думаю о ее таланте, чем заставил ее слегка покраснеть от удовольствия. Особенно меня радовало, что Белла балансировала на грани, но не сваливалась в откровенную чернуху, свойственной «желтой прессе». Даже не стал предлагать какие-нибудь свои правки. Все было написано исключительно по делу.

Затем мы обсудили тотализатор и я узнал последние весьма радостные вести. Уна заработала нам очередной миллион рублей. Все-таки в фее умер крутой бизнесмен, ей бы на Уолл Стрит миллиардами воротить, а не прислуживать попаданцу. Представляю, как бы она развернулась в моем прежнем мире. Правда мои восторги несколько стихли, когда она с гордостью заявила, что все выигранные деньги поставила на меня же в финале.

— Между прочим, фавориткой считается рыжая! — довольным тоном заявила Уна. — На твою победу три к одному. Как хорошо, когда такие глупцы сидят среди организаторов официального тотализатора. Где их Академия вообще нашла?!

М-да. Романов, видимо, хотел подзаработать и пригласил каких-то знакомых купцов, которые все и организовали. Надеюсь, я не разорю Академию.

— Вот точно не переживай об этом… — рассмеялась Уна. — Все оплачивает император! Считай, мы грабим корону!

На праздные разговоры и чтение статей ушла пара часов. Меня уже начали посещать фривольные мысли, чтобы слегка размяться в спальне с одной очень талантливой журналисткой, которая и сама была не против, как внезапно на вилле появился гость, которого я не особо ждал. Он, конечно, грозился прийти, но я уже думал, что не удостоюсь подобной чести. Оказывается, просчитался.

Вот он, полковник Ржевский, довольный и улыбающийся, сидит напротив в кресле и потягивает дорогущий коньяк, который запасливая Уна достала из инвентаря. Сначала я вообще собирался угостить его мифитом, но потом передумал. Обойдется, блин.

— Все-таки уютно у тебя, Александр, — пригубив янтарную ароматную жидкость, как-то мечтательно произнес Ржевский. Мы обсуждали всякую фигню вроде обстановки во внешнем мире и последних имперских сплетен (фея исправно транслировала мне нужную инфу). Между прочим, у полковника это была уже вторая бутылка, а за окном начало темнеть. Мне-то все равно, Уна потом быстро в порядок приведет, а вот Андрей уже неплохо так набрался. Начался этап откровенности. М-да, болтун — находка для шпиона. Расслабился Ржевский. — Эх, не то что в военной академии. Там такой комфорт только снится!

— Военная академия? — Надо же, даже не слышал о такой.

— Их на всю Российскую империю лишь три, — пояснил слегка заплетающимся языком Ржевский, — в Москве, в Санкт-Петербурге и в Ростове. Очень престижное место. Туда так просто не поступишь. Обязательно, чтобы в семье были военные хотя бы в трех поколениях. Мой род, между прочим, все потомственные военные! Дед генералом был, отец тоже. Я собираюсь продолжить славную традицию. Вот провернем нашу операцию в СЭШ, — он мечтательно вздохнул, — генерала получу. Обещали! Мне показалось, тебе князь Трубецкой не слишком понравился? — неожиданно сменил он тему и смерил меня подозрительным взглядом.

Интересно, с какого перепуга он сделал подобный вывод?

— С чего ты решил?

— Не первый год работаю, — хмыкнул полковник, — не ссы, наш начальник — правильный мужик. Да, пошутить любит, порой весьма жестко, но за своих людей горой стоит! Даже перед Императором. Вот ты…

Я обратился в слух. Как там говорится? Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке?

— Ты вот знаешь, что у Императора с князем Трубецким разговор состоялся? Только между нами, — мне показалось, что Ржевский на мгновение протрезвел. Я кивнул, и его глаза вновь стали пьяными. — Так вот, сам Император посчитал, что тебе его жена внимание больше обычного уделила. Смех, да и только! О ревности нашего самодержца уже легенды ходят! — он усмехнулся и строго посмотрел на меня. — Я тебе ничего не говорил! Но имей в виду!

— Разумеется,