Идеальный джентльмен - Куив Макдоннелл

собеседника. – Однако есть еще снимки двухдневной давности со строительной площадки. Там видны татуировки Уильямса. – Затем многозначительно посмотрел на Окса. – Они загружены в облако.

– Ладно, – недовольно проворчал Бэнкрофт. – Надеюсь, этого будет достаточно. В конце концов, вряд ли найдется много четвертеликих людей.

– Зато двуличных полно, – пробормотала Ханна.

– Только посмотрите, обманутая жена наконец решила взбрыкнуть. – Бэнкрофт закатил глаза, потом кивнул Стэнли и Оксу. – Вы двое пойдете со мной. Попробуем получить хоть какие-то ответы насчет того, что случилось вчера ночью. – Затем указал на Реджи и Ханну. – А вы двое отправляйтесь в отель и выкачайте информацию из нашего источника в полиции. Любой ценой.

– Достаточно всего лишь вежливо спросить, – прокомментировала помощница редактора.

– Значит, теперь это так называется? – фыркнул Бэнкрофт, после чего хлопнул в ладоши. – За дело! Нас ждет работа. Попытайтесь напортачить как можно меньше.

– Как всегда, вдохновляющая речь, – сказал Реджи.

– Прошу прощения. – Грейс подняла руку.

– Зачем ты так делаешь? – удивился Окс.

– Заткнись, – велел Бэнкрофт. – Мне нравится. Ввожу новое правило: с этих пор каждый должен поднимать руку, чтобы получить разрешение высказаться. Да, Грейс?

– Как я упомянула минут десять назад, у меня есть вопрос: что делать с тем парнем внизу?

– Конечно, ты же больше привыкла к тому парню наверху.

– Твое чувство юмора столь же сомнительно, сколь и личная гигиена.

– Не нужно переходить на личности, – проворчал Бэнкрофт, породив среди подчиненных волну вскидывания бровей.

– Я имела в виду парня, сидящего в подвале, – пояснила Грейс.

– А что с ним?

– У него достаточно еды? Воды? – Она сморщила нос и добавила: – У него есть ведро?

– Интересно, – прокомментировал Бэнкрофт, изогнув брови, чем непреднамеренно завершил волну. – Вчера мы не подозревали, что вампиры существуют, а теперь гадаем, как они…

– Я хотела сказать, – прервала его Грейс, – что мы не можем просто оставить бедняжку прозябать в цепях. Наш долг – позаботиться о нем. Иначе будет не по-христиански.

– Ну, – протянул Бэнкрофт, – что-то я не встречал упоминаний о вампирах в Библии. Вряд ли они могут считаться тварями Божьими. Если только просто тварями…

– Но…

– Ладно, ладно. Уговорила. Возьми немного денег на расходы, отправляйся к мяснику, купи очень сочный стейк и… ну не знаю, дальше сама разберешься. Ведро, кажется, тоже где-то было.

– Я видел у Мэнни, – сообщил Окс.

– Думаю, его лучше не беспокоить, – вздохнула Ханна.

В последние несколько часов из печатного цеха доносились необычные шумы: громкий топот и грохот. Никто не спускался проверить, в чем дело, но она подозревала, что вторая половина Мэнни осталась весьма недовольной гостем в подвале. Звуки создавали ощущение, что внизу кто-то спорил с самим собой.

– Хорошо, ведро тоже купи, – уступил Бэнкрофт. – Будем надеяться, что оно не понадобится нашему ручному вампиру до твоего возвращения.

– Обычно они спят в гробах, – добавил Окс. – Там тоже вряд ли предусмотрены удобства.

– Вообще, я никогда не видел, чтобы в кино вампиры ходили в туалет, – задумчиво прокомментировал Стэнли.

– Подобное редко случается в любом фильме, – вздохнул Реджи. – Дама Джуди Денч за свою невероятную творческую карьеру снялась во множестве разнообразных по тематике картин, ни в одной из которых не встречалось и намека на посещение уборной.

– Забавно, я как раз слышал пикантные сплетни по этому поводу, – оживился Стэнли.

– И ты оставишь их при себе, – оборвал его Бэнкрофт и снова захлопал в ладоши. – Давайте же, за работу! Бегом, бегом, бегом! Мне и без того сверхъестественного дерьма хватает.

Все встали, но как раз в этот момент от дверей раздалось покашливание с целью привлечь внимание. Там стояла хмурая доктор Картер.

– Проклятье! – выругался Бэнкрофт. – Беру свое последнее заявление обратно. Очевидно, еще привалило.

Глава 43

Ханна проводила гостью в кабинет главного редактора и встала на уже привычное место возле окна. Хотя они с доктором Картер встречались в общей сложности четыре раза, даже не слишком хорошо ее зная, можно было сказать, что она взбудоражена. На обычно безупречном костюме красовалось кофейное пятно, а в ушах висела только одна сережка.

Одна часть Ханны злорадно ликовала при виде столь бедственного положения неприятной особы, буквально служащей злу, но другая, великодушная часть напоминала, что нужно прощать людей, а женщины должны поддерживать друг друга. В конце концов, кто в этом мире не совершал ошибок?

Доктор Картер села в кресло и окинула помощницу редактора презрительным взглядом с головы до пят, заметив:

– Это от тебя так отвратительно воняет?

«Забираю свои слова обратно, – решила благонамеренная часть Ханны. – Сжечь ведьму!»

– Нет, но вы… – начала она.

Ее прервал вошедший в кабинет Бэнкрофт, громко хлопнув дверью. Он поступал так не только тогда, когда был зол, но и в любом эмоциональном состоянии.

– Жаль, что ты не позвонила, прежде чем заявляться сюда, – проворчал он. – Тогда я бы приложил все усилия, чтобы убраться из редакции как можно скорее.

– По крайней мере, не застав тебя, я бы могла счесть, что ты занимаешься делом. Какого черта происходит? – резко бросила доктор Картер.

Бэнкрофт развалился в кресле и почесал макушку одной рукой, другой шаря по ящикам в поисках сигарет.

– Происходит много всего. Ты могла бы немного сузить область того, что тебя интересует?

– Ты знаешь, что я имею в виду. Неприятно просыпаться посреди ночи из-за того, что какое-то «неустановленное существо» напало и убило женщину в Манчестере на глазах у всей планеты, и теперь оно – новость дня. Что непонятного было в моем распоряжении замести эту историю под ковер?

– Что? – Бэнкрофт резко вскинул голову и выплюнул сигарету, которую только что сунул в рот. – Наше соглашение звучало совсем иначе. Я не собираюсь ничего «заметать под ковер», а обещал лишь повнимательнее присмотреться к смерти Филипа Батлера. Именно этим мы сейчас и занимаемся.

– И что, добились хоть какого-то прогресса?

– Дело движется.

Ханна попыталась сосредоточиться на одном из десятков пятен на ковре – самом заметном и большом, подозрительно красного цвета. Она знала, что не умеет держать лицо, а Бэнкрофт явно собирался выдавать правду в самых минимальных дозах.

– Движется? – фыркнула доктор Картер. – Меня это должно успокоить? – Она наклонилась вперед и прошипела: – Люди, которых я представляю, сильно расстроены.

– Люди, которых ты представляешь, сильно расстраивают меня.

– Как всегда, заговариваешь мне зубы, – усмехнулась доктор Картер. – Забыл о второй части нашего соглашения? Потому что уж я-то точно помню всё. Подведешь меня, и мы не станем сдерживать свой интерес к твоей протеже.

– Не смей являться ко мне на работу и угрожать.

– Я бы сделала это в другом месте, но ты никогда не покидаешь здание. Кстати, серьезно, что это за вонь?

– Чесночный соус, оставленный в душном кабинете, – пояснила Ханна, кивнув на мушкетон в углу.

– Твоя уборщица не справляется со своими обязанностями, – прокомментировала доктор Картер, взглянув вначале на оружие, потом на Бэнкрофта и, наконец, кивнув в сторону помощницы редактора.

«Ну всё, – подумала Ханна, – сейчас она огребет».

– Когда твои расстроенные и расстраивающие руководители уволят тебя, можешь занять эту должность, – парировал Бэнкрофт.

– Поверь мне, дорогой, тебе не понравится моя разозленная версия, – заявила доктор Картер, резко вставая.

– Мне и эта версия не нравится.

– Не желаешь что-нибудь мне сказать, прежде чем я уйду? – тоном ниже осведомилась она.

– Желаю, – отозвался Бэнкрофт. – Ты потеряла сережку, а еще посадила кофейное пятно на юбку.

«Вот это да», – восхищенно подумала Ханна.

– Даю тебе срок до конца дня, – процедила доктор Картер, подхватывая с пола свой кейс.

– Или что?

На миг показалось, что она собиралась что-то ответить, но передумала и направилась к двери, повторив уже за порогом:

– До конца дня! – и добавила: – А еще попрыскай здесь освежителем воздуха.

Многострадальная дверь снова хлопнула.

Бэнкрофт поднял со стола сигарету и зажег ее.

– У меня создалось впечатление, что наша гостья выглядела слегка напряженной.

– Как считаешь, она говорила серьезно? – спросила Ханна.

– А, – отмахнулся Бэнкрофт, пуская к потолку колечко дыма. – Если никто тебе не угрожает, значит, ты плохо выполняешь свою работу.

– Тогда, похоже, ты справляешься с ней просто превосходно.

Начальник с энтузиазмом почесал что-то. К счастью, стол скрывал от Ханны, что именно.

– Хорошая новость заключается в том, что у нас есть то, чего нет у доктора Картер, – сказал Бэнкрофт.

– Вонь протухшего чесночного соуса, от которой мы вряд ли когда-то избавимся?

– Я имел в виду кое-что другое. – Он бросил окурок в кружку, где тот с шипением скончался, после чего подхватил мушкетон и объявил: – Идем, пора взять интервью у вампира.

– Конечно, куда же мы