Про Иванова, Швеца и прикладную бесологию #5 - Вадим Валерьевич Булаев

В течение дня несколько раз звонил Фрол Карпович, мимоходом выясняя обстановку и накачивая новыми инструкциями, сводящимся к: «Сидите? Вот и сидите! Неча!..», ничем новым, впрочем, не радуя. Телефонный номер отправителя подозрительной SMS-ки оказался одноразовым, купленным неподалёку от вокзала с регистрацией на вымышленное имя ещё в начале осени.

То, что побег состоялся вчера, а симка приобреталась загодя – никого не смутило. Сами такие, при необходимости могут в два счёта достать по десятку «левых» номеров. У того же Иванова в придиванной тумбочке имелось несколько нераспечатанных красно-белых конвертов с приличным запасом годности.

Наверняка или в тайничке приберегались, или кто из друзей поспособствовал. Мирнок ведь рванул куда-то, а не в белый свет как в копеечку?

Ну а если допустить, что он к венкам не имеет никакого отношения – то задачка решалась совсем просто: точно так же.

IMEI, по словам начальства, оказался выстрелом в небо. Скорее всего, использовалась самая дешёвая кнопочная звонилка, изначально одноразовая. Район применения – одна из центральных улиц.

… В начале одиннадцатого вновь напомнил о себе смартфон. Пискнул сообщением, мигнул экраном и погас. Успевшие за световой день поуспокоиться инспекторы замолчали, разом позабыв про игру.

– Не тяни, – сглатывая, попросил Антон, укладывая карты на стол, рубашками вверх.

– Не нагнетай, – отбрил Иванов, беря аппарат в руку.

Включил, посмотрел, нахмурился. Повернул смартфон к другу.

С нового, неизвестного номера сообщали:

«Три бутылки водки с метиловым спиртом на полках магазина. Успеешь найти – молодец»

Текст прервался, но почти сразу обновился, пикнув.

«Не успеешь – на твоей совести. Выходи. Поговорим.»

Дальше шёл адрес частного магазинчика с самообслуживанием в квартале от Серёгиного дома.

Дочитав, Швец выскочил из-за стола и бросился к висящей в коридоре куртке.

– Ты куда?

– Шефу доложить!

– Я доложу. Они в десять закрываются. Будем надеяться… – абонент отозвался, едва инспектор нажал кнопку вызова. – Фрол Карпович. Новая инфа. В продовольственном неподалёку водка отравленная… Антон ситуацией владеет… Понял… Тоха! Пулей к начальству!

Напарник исчез, не успев толком зашнуровать туфли.

Поникшая кицунэ подошла к так и оставшемуся сидеть Иванову, прикоснулась к мужскому предплечью. Всхлипнула, постаралась успокоить:

– Всё будет хорошо.

– Обязательно.

Более они ни о чём не говорили. Слонялись по квартире, заставляли себя заниматься рутинной, бытовой мелочёвкой, с содроганием сердца слушали региональные новости и постоянно проверяли информационные сайты. Оба ждали хоть каких-то новостей.

Сон не шёл.

Около двух пополуночи отзвонился призрак:

– Нашли. Три. Не наврал, сука…

***

Сослуживцы Сергея освободились ближе к утру.

Перво-наперво допросили охранника, трудившегося по суткам. Он припомнил, как перед самым закрытием в торговый зал заходил крепкий мужчина в пуховике. Покрутился у стеллажей с водкой, долго перебирал бутылки, чем и привлёк к себе внимание.

Выбирая, дотянул до того, что его окликнула продавщица, напоминая о времени. В 22.00 торговля прекращалась.

Еле успел. В 21.59 неизвестный, по описанию как две капли воды похожий на беглого Мирнока, стоял у кассового аппарата, выкладывая на транспортерную ленту три поллитровки сорокоградусной из среднего ценового сегмента.

Расплатился наличкой, сложил покупки в пакет, и ушёл в вечернюю темноту. Закуской не озадачивался.

Круг поиска сузился. Охранник указал нужный стеллаж, уточнил марку. За отделение плевел от зёрен отвечал Александрос, добровольно присоединившийся к оперативному мероприятию и раздобывший некий засушенный пруток, безошибочно определяющий яды.

Поначалу процесс пошёл вкривь и вкось. Глупая деревяшка уверенно относила к отраве весь алкоголь и больше половины продуктов в магазине, особенно остро реагируя, почему-то, на всевозможные чипсы с прочими снеками.

Ситуация казалась патовой.

Не растеряв присутствия духа, македонец экстренно сгонял к какому-то знакомому колдуну, где получил дополнительные инструкции по эксплуатации волшебной палочки с усечёнными возможностями.

По его возвращении ёмкости с метиловым спиртом выявили за несколько минут, не став изымать из оборота весь товар, как собирались ранее.

Окрылённое успехом трио из Департамента, отставив искомые бутылки в сторону, ради самоуспокоения перепроверило остальное спиртное, включая то, что хранилось на складе и в подсобках.

К счастью, больше ничего не нашли.

– Подменил, сто процентов! – убеждённо говорил Антон, заявившийся к другу вместе с Фролом Карповичем и прекрасноликим представителем Спецотдела почти под самое утро. – Это на вынос секьюрити зорко бдят, а на внос – кому оно надо? Купил в любом лабазе водяры, похимичил, а затем подменил. Марка распространённая, везде полно. Внутри ведь не убыло? А перекатать крышечку – плёвое дело, даже особые навыки не нужны. Про переклейку акциза вообще молчу…

С призраком согласились все присутствующие. Придумано простенько и со вкусом.

– Добро, – делая ударение на первый слог, добавил боярин, – что ведомо нам имя паскудника. В розыске он уже пребывает по полицейскому ведомству, так что не сбежит… Мы тоже с краю не останемся. Поищем.

Хозяин квартиры, лишённый возможности поучаствовать в охоте на Егора Васильевича, рассыпался в похвалах и вернулся к событиям в магазине:

– Как думаете, где он метиловый спирт взял? В киоске его не купишь… И я не понял – в органы о попытке отравления сообщили?

Помалкивавший до сих пор македонец устало отмахнулся:

– Где взял? Да где угодно! Он таксистом трудился. Многое знает… И в органы мы не обращались. На общем фоне от рассказанного Фролом – данная выходка всего лишь соломинка в стоге сена. Не до того нам было.

В голосе Александроса промелькнул неподдельный укор, а между строк отчётливо читался бессмертный афоризм Шота Руставели: «Каждый мнит себя стратегом, видя бой со стороны».

Однако полностью отрицать необходимость официальных обращений добровольный помощник не стал, сообщив:

– Кому нужно – обязательно узнают. Заявление задним числом примут, вещественные доказательства мы передадим… Переоцените приоритеты, Сергей! Вы – эпицентр последних суток. На вас завязано. И нам всем, – боярин одобряюще кивнул в поддержку старого друга, насупив брови, – хотелось бы знать ваше мнение по этому поводу.

Три пары глаз уставились на Иванова, ожидая ответа. Смотрели все по-разному: Швец – с надеждой, с верой в некое секретное озарение; Александрос – невыразительно, словно скучая; непосредственный начальник – мрачно, не ожидая ничего нового и настраиваясь на длительное обсуждение с аналитическим поиском причин.

– Абсурд, – инспектор выдал наиболее подходящее описание действий Мирнока. – Ему бежать надо. Со всех ног. А он со мной игры устраивает. Или полный шизик, или я чего-то не понимаю. Это послание, водка тухлая… Не сходится. Поставил так, чтобы её никто не купил. Время дал. Зачем? Выманивал из квартиры? Слишком сложно. Достаточно было утра дождаться, без циркового представления. Я на работу выйду – и бодайся со мной на здоровье. Передавал послание? Способ кретинский, в литературе вдоль и поперёк изъезженный. Кино «Крепкий орешек», третью часть, видели?

Собравшиеся разрозненно сослались на интеллектуальный пробел в области относительно современной кинематографии. Серёга пояснил:

– Там тоже полицейского заставляли выполнять бредовые желания преступников. То с плакатом посреди улицы поставили, то заминировали что-то… В деталях сюжет позабылся, – виновато уточнил парень, – но вся загвоздка в том, что таким образом