Бальтазар - Вьюн

уверенность. Она украдкой взглянула на свой телефон, экран был темным. Госпожа Стрэнтон не отвечала на ее звонок. Мы были одни. Мне стало немного жаль ее. Она пыталась действовать правильно, по закону, но законы исполняют лишь те, кто не в силах сам отстоять свою честь. Соблюдать же правила, когда все их игнорируют? Пусть подобным мазохизмом занимается кто-нибудь другой.

А потому, проигнорировав слова Сонми:

— Если это дружеский поединок, то какие правила? — с преувеличенной учтивостью уточняю.

Сё Ван повернулся ко мне, его глаза блестели азартом. Он указал пальцем на себя, а затем похлопал по бензобаку своего алого мотоцикла.

— Правила просты. Мы будем играть в догонялки. Я убегаю, ты догоняешь. А, чтобы никто из простецов нам не помешал и не пострадал… — он сделал паузу для драматического эффекта, — мы сделаем это на Теневых Тропах.

В глазах Сонми мелькнул обреченный вид. Она понимала, что нас уже не остановить.

— Если ты сможешь остановить меня, либо повредить мой мотоцикл, то я проиграл, — продолжил Сё Ван. — У тебя будет ровно час, чтобы это сделать. Не успеешь… признаешь моё превосходство, — с ухмылкой закончил он,

Задумчиво кивнув, я отпустил рапиру, и она растворилась в свете от магических частиц. Похоже, местные власти решили проверить, на что я вообще способен. Этот клоун в желтом плаще был всего лишь исполнителем. Что ж, если они этого хотят, то я сделаю это, но покажу ровно столько, чтобы выиграть в этом пари, иначе меня могут счесть слишком опасным и запереть в клетку понадежнее. Но и слабаком себя ни в коем случае нельзя показать. Слабых используют сильные, не задумываясь. Таковы древние, нерушимые правила игры за власть над миром.

А потому, выдав свою самую высокомерную улыбку, я меж тем пытаюсь понять, маг какой школы передо мной. Пока волшебник или колдун не начнет колдовать довольно трудно понять не только его школу, но и даже уровень силы. Единственное, что крайне трудно скрыть, это наличие у тебя источника. Все остальное необходимо добыть шпионажем, либо в личном поединке. Именно поэтому я и не собирался избегать этой битвы. Это мое заявление, демонстрация силы.

Увидев мой согласный кивок, Сё Ван скинул с плеча тубус, откуда с ловкостью фокусника достал лист плотной бумаги, с вырезанным в нем кругом, в который был вписан идеальный треугольник. Достав баллончик с краской, он встряхнул его, и с шипящим звуком стал выводить на асфальте печать. Краски у него были явно непростые, они мерцали тусклым металлическим блеском и пахли серой. Алхимическая смесь. Таким образом, начертание руны перехода заняло у него едва ли больше минуты. Эффективно, хоть и как-то по-простецки.

Все это время Сонми продолжала яростно тыкать в экран телефона, ее палец чуть ли не дымился от отчаянных попыток дозвониться до Мэри. Я же прикидывал, какой арсенал будет уместен для такой «игры». Протянув руку к гримуару, я напитал его светом, мысленно ослабив цепи. Моя магическая книга тут же взлетела с тихим шелестом страниц, принявшись кружить вокруг меня, словно хищная птица. Она бросила на Сё Вана взгляд, полный показного презрения, а ко мне «устремила» выражение почти влюбленного обожания, которое я давно научился игнорировать.

Хоть я и не собирался показывать, на что реально способен, но нельзя было исключать, что на Теневой стороне нас уже поджидают. Мне могло потребоваться всё, что у меня есть. Не думаю, что корейские маги действительно хотят меня устранить, пока что это всё выглядело как разведка боем. Именно поэтому я даже не подумал с собой взять Сонми, пускай остается в своем иллюзорном, но безопасном мире.

— Готов проиграть, Бальтазар? — Сё Ван снова надел свой капюшон и уселся обратно в седло.

Его мотоцикл зарычал, и из выхлопной трубы повалил неестественно густой черный дым, который начал клубиться вокруг печати, что отчасти дало мне ответ, маг какой школы передо мной.

— Начинай, — холодно произношу, ощущая, как знакомый холодок Теневых Троп пробегает по коже.

Сё Ван криво ухмыльнулся в ответ,

— Удачи. Тебе она понадобится… — зловеще закончил он.

После чего резко дернул ручку газа, и его мотоцикл рванул вперед прямо в центр нарисованной печати. Пространство под колесами затрещало по швам, асфальт превратился в подобие черной маслянистой воды. Мотоцикл нырнул в нее и исчез, будто его и не было. Вслед за ним начал исчезать и дым, затягивающийся в портал.

Сделав шаг к печати, я почувствовал, как чья-то рука хватает меня за запястье. Это была Сонми. Ее лицо было бледным, а в глазах читалась смесь страха и ярости.

— Люциус, не надо! Там может случиться все, что угодно, и я никак ее смогу тебе помочь! — с мольбой во взгляде посмотрев на меня.

Задумчиво кивнув, я мягко, но твердо высвободил свою руку.

— Все, что не убивает, делает нас сильнее, враг мой, — не скрывая ухмылки. — Либо калеками…

И прежде чем она успела что-то ответить, я наклонился вперед и поцеловал ее. Сонми замерла, не знаю, как на это реагировать, но она не отстранилась, а это значило, что у меня есть неплохой повод вернуться назад живым. Да и в любом случае, Генриетта меня с того света поднимет, если я вдруг умудрюсь здесь подохнуть, так что стоит показать Корейским магам, что не стоит связываться с отпрыском семьи Бальтазар!

Пока Сонми замерла на месте, с довольно милым выражением на лице, я сам шагнул к печати, ощущая, как гримуар следует за мной по пятам, словно верный пес.

Уже почти исчезнув из привычной реальности, позади себя я услышал ее обреченный крик:

— Хотя бы вернись целым, идиот! — все же «ожила» она.

На моем же лице застыла счастливая улыбка, полная предвкушения. Затем реальность сомкнулась, и меня поглотила знакомая, зыбкая тишина Теневых Троп. Я с довольным смехом падал в Бездонный колодец, охота на одного самоуверенного мага началась! Посмотрим, сможет ли он хоть что-то мне противопоставить…

* * *

Роскошный седан бесшумно скользил по ночным улицам Сеула. На заднем сиденье, откинувшись на мягкую кожу, Ким Тэ Хён, глава отдела магической разведки Республики Корея, мужчина смотрел в окно хмурым, отсутствующим взглядом. Его черный смокинг сидел безупречно, но под левой мышкой угадывалась массивная кобура с зачарованным пистолетом, а в тонких пальцах он перебирал набалдашник трости: полированный черный обсидиан, в котором пульсировала тусклая магическая сердцевина.

За стеклом проносились неоновые огни, символ возрождения и мощи его