Врачеватель. Универсал - Константин Геннадьевич Борисов-Назимов

— Встречались, — ответил и только сейчас вспомнил, что на аудиенцию к правителю безнадежно опоздал.

Часы показывают восьмой час вечера. Обидится ли император? Ну, с таким пренебрежением от своих подданных он вряд ли сталкивался. Боюсь, объясниться будет сложно. Но сейчас меня больше заботит угнетенное состояние княжны. У нее даже саламандра какая-то сникшая и безучастная ко всему происходящему. Что произошло за такой небольшой срок, пока мы с девушкой не виделись? Ночью чуть черту не перешли, утром расстались нормально. Есть у меня какое-то нехорошее предчувствие.

— Я съезжу за мамой Ильи? Она уже наверняка знает, что мой трактир выгорел и сына ищет, — посмотрела на меня Лена.

— Сейчас оформлю на них пропуска, — поняла мой взгляд Лисицина. — Пойдем, — кивнула девчушке, а потом покачала головой: — В таком виде тебя не отпущу, сначала умойся, а с платьем что-нибудь придумаем.

Согласен, голыми коленками сверкать не гоже, в том числе и с лица сажу и копоть ей смыть необходимо. Ну, Оксане доверяю, она с этим легко разберется, а Мария поможет. Впрочем, Елена на сестру целительницы подозрительно поглядывает, думаю, помнит, как та о Илье сказала, когда его увидела. Эх, молодежь! Мне бы их проблемы! Впрочем, как раз-таки не понимаю, из-за чего на меня Софи дуется.

— Пойду и я умоюсь, да какой-нибудь халат найду, — сказал и покинул операционную.

Надеялся, что княжна отправится следом, но она сделала безучастный вид. Даже Лисицина на Софи и то как-то удивленно посмотрела.

Наскоро привел себя в порядок, если так можно сказать. Умылся, обтер себя по пояс мокрым полотенцем, да халат надел. Требуется связаться с резиденцией императора, чтобы предали Степану Васильевичу мои извинения и, если еще требуется, назначали другое время для аудиенции. С этими мыслями из здания больницы вышел и увидел поджидающую меня княжну. На душе стало тепло и радостно, однако, это длилось ровно до той поры, когда подошел к девушке и взглянул в ее глаза.

— Чем тебя обидел? — задаю вопрос, уже понимая, что та держится из последних сил, подавляя рыдания. — Почему недавно плакала? — потянулся рукой к ее лицу, чтобы пальцами погладить, но княжна отпрянула:

— Саша, не делай этого, — покачала головой. — Нам необходимо переговорить.

— Куда пойдем? Отыщем скамейку в парке, займем беседку или в кабинете побеседуем? — задаю вопросы, а сам стараюсь разобраться в ее всполохах ауры.

Настрой девушки все больше и больше не нравится, но причины неясны. И почему-то мне не хочется слышать того, что она задумала сказать.

— Твой кабинет подойдет, — тихо произносит Софи.

— По дороге не расскажешь, что случилось?

— Нет, — качает головой девушка и первая направляется в сторону университета.

— Даже под руку меня не возьмешь? Тут сейчас никого, — говорю и уже догадываюсь, что она ответит.

— Нет, — вновь односложно отвечает та.

Допытываться не стал, в том числе и ничего не рассказывал, так весь путь молча и проделали. И только когда пришли в кабинет, и даже не расселись по креслам, то Софи сразу выпалила:

— Давай расстанемся!

— Ты меня бросаешь? — задаю ей вопрос и подхожу вплотную.

Девушка пятится, прячет глаза и молчит. Продолжаю двигаться на княжну, та отступает и наконец упирается спиной в стену.

— Объяснишь? — смотрю на ее губы и с трудом себя сдерживаю, чтобы не смять их поцелуем.

— Нет, — чуть качает головой Софи, но потом находит в себе силы продолжить: — Саша, так будет лучше для всех.

— Уверена? — горько усмехаюсь и хочу убрать ее выбившийся локон, но в последний момент останавливаюсь и пальцами упираюсь в стену.

— Да, не остается выбора, — кусая губы, шепчет княжна.

— Он есть всегда, — отрицательно качаю головой, а потом касаюсь ее щеки пальцами. — Говори, не мучай меня неведением. Лучше горькая правда, чем красивая ложь. У нас с тобой есть чувства, источники и те связаны, разрыв пережить окажется непросто. Или ты безответно и с первого взгляда в кого-то влюбилась? Так поведай мне кто этот смертник! Помнишь, о чем говорил, что теперь все мужчины рядом с тобой окажутся в зоне риска, за исключением родных, стариков и детишек?

— Саша, не мучь меня, — со слезами на глазах отвечает девушка.

— Отец? — коротко спрашиваю.

— В том числе, — горько кивает Софи. — Меня и правителя не поймут, если объявим о наших с тобой отношениях. Власть императора сразу ослабнет, тебя же посчитают расчетливым и хитрым проходимцем, у которого недавно даже титул оказался отозван.

— Но это не основная причина, — покачал я головой. — Мы такой поворот событий обсуждали и не ты ли говорила, что все выдержишь?

— Прости, но большего сказать не могу, — сникла девушка.

— Я тебе разонравился?

— Это не относится к делу, нам не суждено быть вместе, — отвечает Софи, подныривает под мою руку и оказывается за моей спиной. — Я ухожу и не преследуй меня. Завтра передам в канцелярию университета просьбу об отчислении. Надеюсь, ты ее удовлетворишь и мне не придется заваливать экзамены, краснея перед преподавателями.

— Даже так? — оборачиваюсь к Софи, а потом горько улыбаюсь: — Это из-за Максимилиана?

— Неважно, — отмахивается та, — я уже все сказала. Прощай! — она стремительно покидает кабинет.

Мог бы ее догнать и остановить, но это ни к чему не приведет. Девушка осознанно на это пошла, решение приняла не спонтанно, все взвесила и от своих слов сейчас отказываться не станет. До жути захотелось напиться, но алкоголь боль утраты второй половинки и пустоты в душе не излечит, только позволит на время забыться.

— А не этого ли мне надо? — задаю себе вопрос и с ненавистью смотрю на зазвонивший телефон.

Ответить необходимо, догадываюсь, что это из резиденции императора. Интересно, как долго пробуду на должности ректора и так ли это теперь мне необходимо. Медленно иду к столу и снимаю трубку.

Глава 17

В РЕЗИДЕНЦИИ

Глава 17. В РЕЗИДЕНЦИИ

Порученец правителя Российской империи прибыл за мной на двух автомобилях. При этом, в каждом находилось четверо боевых офицеров, если считать водителей. Они оперативно сработали, прошло всего сорок минут, после звонка из резиденции. Я только и успел привести себя в порядок, немного обдумать