Метод новичка - Татьяна Зимина

Его самого я не видел, но улыбка висела в воздухе, как приклеенная.

Игра началась.

Первым перевернул свою тёмную карту горгонид. Сначала он приподнял краешек, словно из-под раскрашенного кусочка картона мог выскочить паук и тяпнуть его за палец.

Затем он медленно потащил карту на себя, и наконец...

Надо было видеть его лицо.

Помните картину Сальвадора Дали с часами, похожими на яичницу? Так вот: теперь пресловутую яичницу напоминало лицо горгонида.

Молча он положил карту назад, а потом отодвинул стул и поднялся.

— Патрокл выбывает, — сказал невидимый комментатор. — Остаются четверо.

Игра покатилась своим чередом. Леди с фиолетовыми волосами тёмная карта дала небольшой прибыток, кабана оставила при своих. Снеговик пасанул, и вот теперь очередь дошла до меня...

Не желая тянуть за хвост вышеупомянутого крылокоша, я быстро перевернул свою тёмную карту рубашкой вниз и снова положил на стол.

— Сорок тонн! — Колька от избытка чувств бегал кругами и время от времени воздевал руки к небу.

Жара на улице стояла дичайшая. Воздух словно нарезали ломтями, и поджарили в машинном масле.

— Сорок тонн! — вновь возопил Колян, а потом остановился и уставился на меня. — Где мы возьмём такую кучу деньжищ?

— Хороший вопрос, — я почесал макушку и посмотрел на Задницу.

До свидания с горгонидой Пенелопой времени оставалось — метнуться в клуб, чтобы забросить Кольку, затем заскочить к Крючкотворсу за векселем, и — назад, в "Затычку".

Кабан по кличке Шмук великодушно дал мне два часа — на то, чтобы принести задаток. С остальным он согласился подождать до утра...

— СОРОК ТОНН! — вновь закричал Колька. А потом посмотрел на меня. — Слушай! А эти твои новые родственники... — как всегда, в моменты смущения, он снял очки и принялся протирать стёкла подолом рубашки. — Денница сказал, они буквально СИДЯТ на золотой жиле. Может быть, ты...

— Исключено.

— Но Денница сказал, что для тебя это — единственный способ расплатиться с долгом.

Ох уж этот Денница. В каждой бочке... М-да. Какая ироничная игра слов, не находите?

— Ты бы пошел просить денег у своего папаши? — спросил я Коляна.

Тот на секунду задумался.

— Хорошо, я понял, — кивнул он. — Родственники отпадают. Но ведь...

— Что?

Не скажу, что после проигрыша я как-то вдруг, мгновенно, протрезвел. Скорее, трезвость накатывала, как простуда — медленно и постепенно захватывая плацдарм моего истерзанного разума.

— Но ведь у тебя ещё есть клуб и казино, — договорил Колян. — Денница сказал, в крайнем случае ты можешь их продать. В возмещение долга... — наверное, мой взгляд был красноречивее слов, потому что Колька даже отскочил на пару метров. — Понял, понял... Это тоже отпадает. Но Денница сказал, что если ты не вернёшь долг, тебя...

— Перестань говорить о Деннице! — я направился к чопперу Энди. — Я сам разберусь.

— Но Денница хочет помочь, — не отставал Колян. — Когда мы уходили из клуба, он шепнул мне...

Я остановился. А потом подошел к Кольке и притянул его голову к своей. Лоб в лоб. А потом спросил:

— Разве в первый раз мы с тобой оказываемся в жопе?

— Эта — самая глубокая, уж можешь мне поверить, — глаза его были так близко, что я видел плещущийся в них ужас.

— Но мы всегда выбирались, — напомнил я. — Несмотря ни на что, мы выбирались.

— Или нас вытаскивала твоя бабушка.

Я на миг прикрыл глаза.

— Да, но мы ведь уже выросли из коротких штанишек. А значит, сможем выбраться и сами.

— И всё же было бы неплохо, если бы кто-нибудь подержал нам лестницу, — гнул своё Колька. — И этим кем-то вполне может стать Денница.

— Забудь, — я почти оттолкнул друга, так он надоел мне со своим Денницей.

— Но он обещал покрыть долг, если мы...

— Колян, послушай меня очень внимательно, — я опять подошел очень близко и заглянул Кольке в глаза. — Денница — демон. А что обычно требуют демоны взамен за свою помощь?

— О...

— Вот так-то.

— Но он сказал, что он ангел! Ангел-хранитель.

— Если он кого-то и хранит, то только самого себя, — буркнул я.

— Но ангелы никогда не врут!

— А демоны — врут. И их даже нельзя за это винить, потому что это их РАБОТА. Ничего личного, понимаешь? Поэтому я хочу тебя попросить, — я взял Кольку за плечи и крепко, как только смог, сжал их. — Никогда, ни при каких обстоятельствах не заключай сделок с Денницей.

— Но ты его знаешь совсем недолго. Может, он не такой.

Я закатил глаза.

— ПРОСТО ПООБЕЩАЙ мне.

— Ладно, ладно...

— Так же, как ты обещал не играть в драконий покер?

Был у нас такой разговор. Если кто не помнит.

Колька вздохнул и убрал мои руки со своих плеч.

— Ты помнишь, какой я был в Москве? — спросил он. Я кивнул. — Неуверенный в себе, трусливый паршивец...

— Я помню, помню.

— Иногда я сам себе бывал противен. Ни друзей, ни девушки...

— А как же я?

— Вот в этом всё и дело, Макс, — Колян невесело усмехнулся и вытер пот с лица рукавом рубашки. — То, что за всеми моими комплексами ты сумел разглядеть... Я хочу сказать, тебе всегда было плевать на мои комплексы.

— Потому что я всегда знал, какой ты на самом деле, — мягко сказал я. — Какой ты крутой перец.

— Вот именно! — буркнул Колька. Его лицо вновь залило отборным пурпуром, не иначе, от смущения. Я тоже смущался. Никогда мы с ним не говорили... ВОТ ТАК. — И я тебя за это очень ценил. И... И хотел быть похожим на тебя.

— Чего?.. — времени, которое Колька потратил на распекание меня за глупость, безрассудство и другие пороки, хватило бы в целый ледниковый период.

— Да, хотел! Взобраться на подъёмный кран, побежать за девушкой — просто потому что захотелось...

— И поэтому ты пошел играть в драконий покер, — кивнул я.

— Хоть один, — Колян погрозил воздуху пухлым кулаком. — Хоть один безрассудный поступок за всю жизнь. И чем всё обернулось!..

Ага. Вот где собака порылась.

У Коляна тяжелейший приступ чувства вины. Он,