Кельтский Мел - Мария Ил

Главы гильдии. Мастера выполнили эту просьбу настолько быстро, насколько позволила поворотливость базы Эйден. Ответ порадовал мадам Диаз, хотя и не принес конкретного знания. Ответ старой базы гласил: “Глава рядом и в пути”.

В оптимистичных прогнозах не было недостатка. Получив очередное обнадеживающее послание, мадам улыбнулась, вздохнула, разделила фунт сыра с Панта-Иремосом, выпила стаканчик или бутылочку терпкого сухого вина и возобновила поиски.

Прогресса не было. Будущий истинный Глава словно не родился, или мироздание не хотело о нем сообщать.

Но вскоре глубинная сеть DNet что-то нащупала и сузила вероятные локации до трех стран, затем до двух и наконец мадам Диаз поняла, что Глава в Париже или неуклонно стремится в этот город.

Мадам Диаз начала паковать необъятный чемодан. И в один прекрасный день параметрический расчет глубинной сети предложил мадам Диаз обратить внимание на семнадцатый округ Парижа. А пока мадам, огромный чемодан и флегматичный кот Панта-Иремос, мчались в скоростном поезде (привратники не всегда ходят тайными путями, они пользуются общепринятыми методами передвижения, если у них с собой большой чемодан и очень важный кот), круг сузился до нескольких улиц 17 округа в кварталах Batignolles и Сlichy.

Округ этот был не самым пафосным по парижским меркам, но обосноваться в нем было непросто. Тут мадам Диаз пришла на помощь парижская дакотская община, и через неделю после прибытия она служила консьержем в старом семиэтажном доме на улице 17 округа имени не слишком удачливого путешественника. Здесь, в связи с новой службой, мадам Диаз располагала квартиркой на первом этаже с окнами во внутренний дворик. Дело было за малым – смотреть в оба и найти Главу гильдии привратников.

126. Мадам Диаз делает последнее усилие

Препятствий для поиска не было. Все расчеты, прогнозы и предначертания сулили мадам Диаз неизбежный прогресс вплоть до стопроцентного успеха. Но день шел за днем, неделя шла за неделей в семнадцатом округе Парижа, а Глава так и не находился.

Ни одной ошибки не было сделано. Ни одна черная примета не проявилась по пути к цели. Ни один проверенный способ действия не был забыт. А результата не было. Мадам Диаз почти физически ощущала, что она топчется на месте, причем на том самом месте, где все и должно случиться, а ничего не происходит.

Добрые знаки лезли изо всех щелей. Трижды за лето над кварталом вставала яркая двойная радуга к радости местных жителей и прохожих. В доме напротив на балконе шестого этажа неожиданно расцвел и не желал сбрасывать цветок редкий мексиканский кактус, обдавая все вокруг изысканным ванильным ароматом. Два аиста пытались свить гнездо на ближайшей крыше, но были заботливо перемещены предусмотрительными орнитологами. Два похоронных бюро закрылись в квартале, вместо них открылись две лавки – книжная и молочная. Из подвальных кладовок в ближайших домах сгинула хтонь и сырость, ушла плесень и затхлость, что, впрочем, часто случается там, где живут или бывают привратники.

А прямо в эту пятницу с утра мадам Диаз своими глазами видела квелую крапиву, пробившуюся в щель между стеной и плиткой во дворике дома. Нет честнее свидетельства, чем квелая крапива, что Глава рядом. Но Глава не находился.

Мадам сосредоточилась и в сотый раз прогнала в голове вереницей всех жильцов дома. Кто мог быть Главой? Смешливая художница или ее приятель-учитель с седьмого этажа? Усталый месье с четвертого, живущий с котом? Молодой инженер с седьмого, дважды ронявший кроссовку и книжку на балкон ниже к раздражительной мадам, живущей на шестом? Кто-то из трех беспечных студентов с третьего? Владелец мрачного пса со второго этажа? Этот список она прочесывала не раз. Что-то она явно упускала, и ей очень нужна была подсказка. А времени было мало, день последней битвы приближался, и хорошо было бы, если бы Глава гильдии привратников участвовал в ней.

Мадам Диаз остановила поток сознания, налила огромную кружку кофе и оглянулась, ища взглядом кота. Панта-Иремос отсутствовал. Его не было на подоконнике, около миски с едой, на кровати, во дворе. Пришлось оставить кофе и пуститься на поиски со всей серьезностью. Панта-Иремос был котом благоразумным, несуетливым и далеко уйти не мог. Мадам направилась к лифту. День клонился к вечеру. Может, кто из жильцов прикормил гуляющего кота? Мадам решила искать снизу вверх. Вряд ли кот воспользовался лифтом, а пешком по крутой старой лестнице высоко подниматься ему было нелегко.

Однако мадам Диаз ошиблась. Панта-Иремос нашелся на последнем седьмом этаже. Он невозмутимо сидел перед дверью молодого инженера, владельца летучих книжек и кроссовок, закрывая солидным туловищем половину надписи Bienvenue на придверном коврике, и всем видом показывал, что это его осознанный выбор. Мадам Диаз думала подхватить кота со всем уважением и отправиться с ним домой, но кот мяукнул и укоризненно посмотрел в самые глаза мадам. В эмпатии Панта-Иремос никогда замечен не был, а тут он так выразительно взглянул на мадам Диаз, что она задумалась.

Панта-Иремос был старым умным котом и много лет был верным другом достопочтенного Адмиуса. Свою дневную рутину он не нарушал. А сегодня он забрался на седьмой этаж, что при его массе и образе жизни было совершенно вопиющим высказыванием. Мадам Диаз подумала секунду, закрыла глаза, мысленно стукнула себя по лбу и постучала в дверь молодого программиста.

Примечание. Название гильдии привратников, некоторые аспекты поиска ее Главы, часть иных данных изменены полностью или частично для сохранения необходимого уровня конфиденциальности существования и работы гильдии.

127. Виктор готовится к третьему этапу игры

Круг неприятностей вокруг Виктора сужался. Все пошло не так. Дознаватель последовательно предъявил Виктору имеющиеся улики, касающиеся наезда на человека на набережной, и представил логику, связывающую все в единую картину. Картина была не в пользу Виктора. Пока Виктора держало на плаву то, что мотива его преступления разглядеть было нельзя. С трактористом он знаком не был, и никто не мог объяснить причину агрессивной атаки. Воронки и геймеры в деле не фигурировали.

Старый приятель Виктора Сергей, как выяснилось, был связан с делом с самого начала. Он вел это следствие, пока для него не стало очевидным, что первым и, вероятно, единственном обвиняемым будет Виктор. Сергей подтвердил дознавателю, что Виктор брал его мотоцикл и шлем перед наездом и представил их для следствия.

Непосредственный начальник Виктора требовал отчета и объяснений по целому ряду вопросов, касающихся его работы в последние месяцы. Дело шло к тому, что Виктора могли обвинить в служебных нарушениях, не считая инцидента с наездом на набережной.

Виктор был в сложном положении.