Новый мир. Синергия - Даниил Сергеевич Куликов

— Нет, я не одна из этих девушке. Я вообще не в родстве с этими людьми. По их замыслу я должна буду познакомить тебя с ними.

Я сжал кулаки — сволочи. Попробую наказать мерзавок — попаду под шантаж. Просто буду пить — тоже припишут насилие и кучу преступлений, когда опьянею.

— И как ты это узнала?

— Девушки меня позвали для того, чтобы я сварила им сильный афродизиак, когда я спросила зачем — они ответили, чтобы шантажировать одного аристократа, если тот окажется более крепким, чем они думают. Одна из них даже очень сильно надеялась на вариант с изнасилованием, чтобы отобрать у тебя вообще всё. Они не называли твоего имени, но я начала догадываться, кого они хотя подставить. А когда они попросили познакомить их с тобой, то я окончательно всё поняла. Ну и конечно они не знали, что мы знакомы — о нашем знакомстве я никому не говорила.

— Это всё, что я знаю, но я могу и ошибаться — может быть, речь идёт о ком-то другом. Ян… ты так улыбаешься, что у меня аж мороз по коже.

— Будет им, то, что они хотят, только не такое, как планируют. Делай, как они говорили — для начала познакомь нас.

* * *

Мы неплохо сидели вечером отмечая поступление Эшли. Ей богу эта девушка не перестаёт меня удивлять. Так обойти ограничение на поступление в «Вознесенку» — это нужно постараться. Конечно, ей придётся постоянно заполнять аккумуляторы, для того, чтобы использовать эти протезы синергии, нет, не так — синергетические инструменты, но это достаточная плата за знания, связи и другие возможности.

— Давайте ещё один тост!

— Давайте, чтобы больше такие засранцы вроде того Эдика Брюсова нас больше не прерывали? — предложил кто-то из девушек.

— Давайте!

Мы очень хорошо посидели. И стали расходиться.

— Ян, я хотела поговорить с тобой об одной вещи, — попросила меня подождать её Эшли. — Я хочу открыть заведение, точнее сеть заведений. В них будут работать девушки, и они будут делать макияж другим девушкам, которые этого не умеют. Правильно подбирать косметику, причёски, будут делать их роковыми красавицами… ну ты, наверное, понял.

— Ты хочешь открыть салон красоты?

— Как ты это назвал? Салон красоты? Думаешь, будет иметь успех?

— Несомненно. Замечательная мысль.

— Спасибо. Ян, знаешь, я подумала, над устройством, в общем, мне нужна будет косметика, которую мы производим. Я бы конечно могла её закупать у тебя, но подумала, что это будет немного не честно, по отношению к тебе, — извиняющимся тоном добавила девушка. — В общем, я хочу чтобы ты получал часть прибыли от салонов красоты. Так будет честнее — это ведь ты придумал косметику.

Я посмотрел на Эшли другими глазами — не ожидал от неё такой честности. Она ведь могла просто ничем не делиться, покупая у меня сырьё, но рассудила по-другому. Похоже, от неё я точно могу не ждать ножа в спину.

Я сгрёб девушку в охапку заставив пискнуть:

— Конечно, я согласен! Потом обсудим, как Блэквуды будут развозить по городу, и как вообще всё организовать — или покупаем сами у себя, или делаем отдельно для сети салонов красоты. Ты просто чудо!

* * *

Эшли ликовала в душе. Её душа просто пела. Сегодня оказался очень удачный день — заплатив немаленькие деньги она купила устройства, которые позволяли соперничать почти на равных с теми, кто использует синергию. Конечно подзаряжать их стоило не дёшево, но это того стоило. Подумав, она поступила на тот же факультет, что и Ян — алхимическое сырьё стоит дорого, кроме того, которое достаёт Ян. А ей лучше не пытаться показывать себя конкурентом, и уж точно не стоит выпытывать его секреты. Так, что пусть будет Синергетические Механизмы — туда же, где и он.

Поразмыслив над стоимостью своего обучения, Эшли пришла к выводу, что с учётом постоянно меняемых аккумуляторов цена выходит крупной, денег не будет на всё хватать, даже при её зарплате директора. Идея пришла внезапно — салон-цирюльня для создания красивых причёсок, где будут делать и макияж. Тут самое главное — показать Яну, что она не пытается его подсидеть или стать конкурентом. Мужчины — они такие.

* * *

Признаться, я не ожидал, что кто-то решит прибрать к рукам мой бизнес в ближайшее время. Людей после похищения Илоны теперь всё охраняют. Что ж, шантаж с подставой — это было что-то новенькое. Отобрать в наглую, как в девяностых у меня уже пытались в Детройте, шантажировать меня похищенной сестрой — тоже пытались, теперь в ход пошла подстава с раздувательсвом скандала и грязным бельём. Вы хотите скандала? Что ж, вы его получите, но совсем не такой, как вы его ожидаете.

— Ян!

Я так задумался, что не сразу заметил подъехавшую к моему дому Илону. Впервые за долгое время она искренне улыбалась и буквально светилась от счастья.

— Пошли в дом — там всё и расскажешь.

Едва мы зашли за порог, как Илона буквально повисла на мне обняв, и одновременно с этим жарко целуя. Против воли моё тело начало гореть от вполне естественных причин.

— Спасибо, — томно прошептала мне на ухо Илона не спеша отстраняться.

— Э, кхм, лекарь тебя успокоил?

— Да, — кивнула моя сводная сестра, слегка отстраняясь. — Никаких следов блока. Спасибо Ян. Я приехала для того, чтобы тебя отблагодарить.

Моё лицо разгорелось ещё сильнее. Вот чертовка. Мы ведь родственники, пусть и условные. Горячие картинки из немецких фильмов всплыли в подсознании.

— Моя мать сейчас ведь сидит под стражей?

Я кивнул, немного приходя в себя и остужая разгорячённую фантазию.

— Хм, так уж вышло, что я знаю от Эмили, что ты попросил подержать её подольше, чтобы она согласилась отписать тебе свою долю от замка твоего отца. Очень надеюсь на то, что у тебя получится это сделать, но она очень жадная и упрямая. Поэтому я подскажу тебе один момент — если она заупрямится, то попроси у неё Белый Пик.

— Белый Пик? Что это?

— Это единственная собственность, которая у неё сейчас есть. Белый пик. Примерно в дне от Детройта есть небольшой горный кряж. Он называется Белый Пик — это потому, что вершины всегда покрыты снегом, который не тает. Это она получила в наследство от своих родственников. Ценности эти горы не представляют — там нет ни литаниума, ни других ценных ископаемых, да и то, если попытаться что-то бурить или искать, то это выйдет в сотни тысяч лир — слишком дорого.