Ступень третья. Часть вторая - Инди Видум

от меня, на грязный снег он садиться не стал, подложил приличный кусок чистой сухой картонки, которая откуда-то тут взялась. И то сказать: снег уже был частично подтаявший, с вылезшим на поверхность мусором. Моя куртка и штаны будут замызганы, как у вокзального бомжа, но я в конце заклинания уже щедро черпал из жизненных сил, не с таким истощением стоять на ногах и ждать, когда что-то подложат под спину. Штаны, кстати, уже промокли насквозь, но это не смертельно: отлежусь, встану и все высушу и почищу — не самое сложное заклинание. И не самое энергозатратное. Ничего, я уже почти приблизился к барьеру перед новой ступенью, после нее такое заклинание должно пролетать незаметно, без ущерба для меня. А еще я смогу практиковать все, что знаю, уже безо всяких ограничений. Осталась самая малость.

— Ничего, — подтвердил я. — Пусто.

— Хреново.

— Почему? — От удивления я даже голову в его сторону повернул, хотя движения пока давались с трудом. — Что в этом плохого?

— Не верю я в добрую волю Глазьевых. Ермолину им, конечно, хотелось сбагрить, но не с таким убытком для себя.

Я поморщился. Ермолину-старшую я последний раз видел, когда она давала мне личную клятву наряду с клановой. Выглядела она несчастней некуда, но жалеть ее не хотелось: выбираешь предательство — получай сполна все, что с ним связано. Хрипящий, как обещал, принял над ней шефство, но затворницей она не сидела: в поместье ей доступа не было, но до теплицы при лечебнице она уже добралась под предлогом помощи Полине. Может, и правда помочь хотела, но пока к ее действиям с подозрением относились все, кроме, пожалуй, Хрипящего. Серый при всем его желании припрячь к делу всех и каждого, и тот старался держаться от нее подальше и держать подальше ее от наших дел.

— Я тоже не верю. Значит, собираются вернуть.

— Ермолину? — хохотнул Серый. — Они ее захотят вернуть не раньше, чем она что-то выучит у нас, а я даже ее сестре запрет выдал на передачу заклинаний.

По этому поводу мы решили сразу: пока глазьевская комбинация не разрешится тем или иным способом, лишних знаний Анне не давать, а потом посмотрим на ее поведение. Ее и Хрипящего.

— Ты же понимаешь, что я про участок. Подозрительно удачная для нас сделка.

— Ты как? — спросил Серый. — Сесть можешь? У меня с собой термос с тонизирующим травяным отваром. Полина делала. Я проверил, все в ажуре.

— Горячий?

— Как огонь, — уверил Серый. — Наливать?

— Наливай.

Кряхтя, как столетний дед, я поднялся и сел рядом с Серым на картонку. Тот набухал полную железную кружку жидкости из термоса и протянул мне. Пришлось поднапрячься, чтобы руки не тряслись. Но с каждым глотком становилось легче и силы прибывали.

— Загонишь ты себя, — проворчал Серый и заботливо высушил мою одежду.

Почистить он не догадался, поэтому она сразу же стала колом и я почувствовал себе жуком в жестком панцире. Зато перестал сидеть в луже, и это было большим плюсом.

— Спасибо. Думал, справлюсь. Загонять себя не планировал, — усмехнулся я.

— Тщательней надо рассчитывать, — не унимался он.

— Увлекся поисками.

— Если все в порядке, начинаем строиться, — решил Серый. — Для начала одна маленькая тепличка с травками и один маленький цех по зельям. Пока достроим, твой отчим аккурат переедет в лечебницу.

— Погодь со стройкой, пока не вылезут с подставой, — остановил я его. — Я, конечно, предупредил Ефремова, но кто знает, что эти идиоты придумали. Влетим на штраф, останемся без денег. А они и без того сейчас быстрее тратятся, чем зарабатываются.

— Заморозим? — предложил Серый. — Без денег надолго все равно не останемся.

— Нет, ждем звонка от «Ивана Ивановича», — упрямо ответил я.

Натура Серого жаждала действия поэтому он скривился и спросил:

— А если этот «Иван Иванович» вообще не позвонит? Зассыт?

— С чего бы ему зассать? — удивился я.

— Мало ли слухов о тебе ходит… — пробурчал Серый. — Я бы сам ни в жизнь не стал с тобой связываться. На его месте, разумеется.

Но и я, и Постников были уверены, что «Иван Иванович» на своем месте просто терпеливо выжидает. Как паук в уголке выплетенной паутины ждет, пока оса достаточно запутается в тенетах. Обманка с записями по химерам уже была готова и показана Ефремову, который не нашел, к чему придраться. Это радовало. Но не радовало то, что он не нашел того, кто сливает от них информацию Глазьевым. Ефремов грешил на секретаршу в канцелярии, но именно что грешил — доказательств у него не было, а довериться кому-то в преддверии нашей операции он опасался, потому что она была финансово выгодна как нам, так и им. Спугнуть столь крупную рыбу неосторожным разбирательством не хотелось.

Я встал, отправил очищающее заклинание на одежду, и она стала выглядеть почти как новенькая.

— Консервируем купол и поехали, — предложил я.

— А сил хватит? — забеспокоился Серый.

— У тебя? Должно хватить.

Он опешил и запротестовал, но у меня спорить сил с ним не было вовсе, поэтому я просто сел в машину, где и намеревался просидеть все время, пока Серый, сосредоточенно пыхтя, герметизировал купол от постороннего проникновения, как магического, так и физического. В машине же меня и застал телефонный звонок. С неопределяемым номером. Запись разговора я включил сразу.

— Добрый день, Ярослав Кириллович, — прожурчал мне в ухо давно ожидаемый голос. — Возможно, вы уже забыли про меня.

— Возможно, — изображая равнодушие ответил я. — Но также возможно, что, если вы напомните, кто вы, я вспомню, что вы от меня хотите.

— Примерно месяц назад у нас с вами Ярослав Кириллович, состоялся примечательный разговор.

— У меня в последнее время множество примечательных разговоров, — устало выдохнул я в трубку. — Не могли бы вы конкретизировать?

— В ресторане «Липовый цвет», — недовольно сказал он.

— Иван Иванович, если я правильно запомнил?

— Он самый. Надеюсь, суть моего предложения напоминать не надо?

— Нет, — коротко ответил я.

Я сделал паузу, он молчал недолго, проявил нетерпение.

— И?

— Что и?

— У вас есть предмет для торга? — с легким раздражением спросил он.

— Есть.

— Замечательно, — воодушевление в его голосе прозвучало не наигранно. — Предлагаю встретиться и обменяться методиками.

— С вашей стороны были еще деньги, — напомнил я.

— Наша сторона не отказывается.

— Сумму следует увеличить, — продолжил я.

— Мне кажется, она достаточная, Ярослав Кириллович.

— А мне кажется — нет. Я хочу получить еще страховку за риск. Это пятьдесят миллионов сверху.

— Да какой риск? — фальшиво удивился он. — Если на то пошло, мы рискуем едва ли не больше вас, Ярослав Кириллович.

— Вы — инициатор сделки, — напомнил я. — Я обдумал ваше предложение и