Могуто-камень - Эмма Роса

ничего такого, не подумайте… И выяснил, если позволите, что ахно-энергия в вас основательная, вы не просто ее носитель, ахноген, если, конечно, правительство примет такую терминологию, но носитель, как бы это сказать… со стажем… с многолетним опытом.

Клара всеми фибрами ощущала напряжение Кауфмана, как у пружины, которую долго сжимают. Она наклонилась к нему и заговорщическим шепотом спросила:

— И поэтому вы забрали у меня мою энергию, не так ли?

Он дернулся и испуганно посмотрел на нее, кусая губы. Дыхание его участилось, а зрачки расширились.

— Вы ведь простите меня, фрау? — ответил он, и от его улыбки по коже продрало морозом. — Ведь этого никак не может быть, мне надо было посмотреть, — он выбросил проводок и схватил металлическую коробочку, из которой торчали куски проволоки. — С момента, как Илья Васильевич заявил о своем открытии не прошло и пяти лет. Я слежу за несколькими носителями магии, и постоянно отслеживаю показатели ахно-энергии в них. Развитие, конечно есть, у всех разное, но, чтобы добиться уровня, который я считал с вас, нужно, простите, не одно десятилетие. Кто вы такая?

Он сделал шаг, и она отступила назад.

— Вот ваши друзья — совсем другое дело. Они пусты… были пусты — и он сделал еще шаг вперед, а она — назад. — В них нет ахно-волн ни на йоту… Не было.

— Вы что — обыскивали нас?.. Что значил «не было»?

— Мне пришлось.

Снова шаг вперед и ее шаг назад.

— Я, видите ли, практик, и упустить такой шанс с моей стороны было бы глупо.

«Но прошло всего три минуты! Когда он успел?»

— Вы пугаете меня, герр Кауфман! Прекратите! — строго сказала Клара, повысив голос, и, сделав еще один шаг назад, споткнулась и села в кресло, то самое.

— Простите, фрау, я не хотел, — вдруг сказал Кауфман, виновато опустив голову, и отойдя от нее, сел на табурет. Теперь он выглядел так, словно его только что отругала мамочка. — Уверяю, вам и вашим друзьям ничего не угрожает.

— Т-тогда, в чем дело? Что вы хотите?

Он вскинул голову и посмотрел на нее все с той-же злой и совершенно ненормальной улыбкой.

— А вы? Что хотите вы, фрау?

— Вернуться домой, — ответила Клара и нахмурилась, скрывая этим желание закричать или хотя бы заплакать.

Почему, ну почему они никак не придут в себя? Почему ей нужно разбираться с этим психом? Она столько всего уже сделала, чтобы вытащить их из этой заварухи, в которую они втянули ее, неужели нельзя как-то…

— И что вам для этого нужно, фрау?

— Ахно-энергия, — пожаловалась она. — Много. А вы меня только пугаете.

— Еще раз простите, фрау, — даже улыбка трупа профессора Кравцова не наводила на нее такого ужаса, как эта. — Но, кажется, я могу вам помочь.

— Помочь?.. Вы?.. Так помогите же, что вы сидите!

— Услуга за услугу, — ответил он. — Вы помогаете мне провести исследование, я — наполнить ваш могуто-камень ахно-энергией.

— К-какие ис-следования?

— Пока вы спали, я сделал еще кое-что. Я посмотрел книгу.

— Сколько же мы спали, черт возьми?! — вырвалось у нее.

— Э-э… Около суток…. Не перебивайте меня, фрау… — он нервно моргнул и дернул лицом. — Так вот. Я глубоко признателен вам за возможность так быстро ознакомиться с этим трудом, в котором, надо признаться, господин Кравцов превзошел самого себя. И раз уж вы так неожиданно свалились ко мне, то будет любезно с вашей стороны помочь мне проверить теоретические выкладки Кравцова на практике. У нас есть целых два испытуемых, — он мотнул головой в сторону Гоши и Иннокентия. — Если они дадут согласие, мы попробуем обнаружить в них спящие ахно-волны и разбудить их. Если верить профессору, их сила должна быть внушительной. Помогите мне, убедите их.

Клара с облегчением выдохнула. Все-таки этот ненормальный Кауфман говорил вполне логичные и разумные вещи. Но он сказал, что прошло около суток. Как такое возможно? Если что-то случилось с часами, то… О! Нет! Неужели они сломались?!

Она встала с кресла, подошла к столу и посмотрела на часы. Судя по стрелке, не прошло и полминуты с тех пор, как она проснулась. Что-то с ними не так. Но что?

— Я не могу решать за моих друзей, герр Кауфман, — сказала она, сдерживая в голосе дрожь. — Но я попробую им объяснить важность ваших опытов.

— Хорошо. Очень хорошо, — страшно обрадовался он.

Он подскочил, и не обращая больше внимания на Клару, суетливо схватился за книгу. Раскрыл ее и стал по одной выдирать страницы прямо из середины.

«Все это ничего не значит, — бормотал он вполголоса. — без остаточного электричества все эти теории не имеют никакого значения… Не имеют… Ха-ха… Теперь-то я докажу! Докажу этим теоретикам! Бездарностям! Ахногенам чертовым!..»

Клара смотрела на него, зажав рукой рот, чтобы не закричать. Книга! То, ради чего они так сильно рисковали, ради чего погиб профессор. Гошенька. Она с ума сойдет! Как остановить этого психа? Как?

Но вид у Кауфмана был действительно безумный. Клара зажмурилась и приказала себе: Нет-нет-нет! Ничего не делай! Будь проклята эта проклятая книга! Надо бежать!

Она вернулась к часам.

Как бы Клара их ни крутила, они продолжали вести себя неподобающим образом: секундная стрелка двигалась как надо, а минутная даже не шевелилась. Поэтому показалось, что Гоша и Иннокентий очнулись через целую вечность.

Клара познакомила их с Кауфманом, и рассказала о его предложении, промолчав о тех ужасных минутах, когда Кауфманом вырывал страницы из книги. И молилась, чтобы наблюдательная Гоша не спросила ее: “А что это за листы такие везде валяются, а, Кларисса?” Но Гоше было не до то них.

— Не нравится мне этот хмырь, — говорила она вполголоса, а Клара шикала на нее, чтобы не дай бог Кауфман не услышал.

— Мне тоже, — шептала она в ответ. — Но профессор тоже вспомнил о своем исследовании, и напоследок сказал мне, что не надо делить людей на ахногенов и бурлаков. Потому что ахно-энергия есть у всех. И кстати, — добавила она, как ей казалось, убийственный аргумент, — разве ты не к этому стремилась? Кроме того, чтобы вернуться, нам нужна ахно-энергия. Могуто-камень заряжается, но очень медленно. И я как-то, тоже… Не чувствую в себе сил.

— Фройлян права, — прогудел слесарь в поддержку Клары, и она одарила его благодарным взглядом, — впервые в жизни она почувствовала себя победительницей в споре с Гошей. — Но лучше пойти мне.

Гоша закусила губу.

— Нет, Иннокентий. Если что-то пойдет не так, мы с Клариссой вдвоем можем не справиться. Посмотри на этого чудика, кажется, у него не все дома… Начнем с меня. Если