Дебют - Vells

никому его не показываем. Но вам Григорий можно сделать исключение, и показать его.

Я скромно улыбнулся, и произнёс:

— Благодарю за оказанную честь.

Шагнув в дверной проём, я попал в огромный спортивный зал, стены которого были выстелены монолитными каменными плитами, а повсюду стояли манекены и тренировочный инвентарь.

Стоило мне пройти несколько шагов по каменным плитам, как я услышал характерный звук плотно закрывающейся двери.

Развернувшись вполоборота, я увидел, как старая княжна встала спиной к закрытой двери, закрыв её собой, а её взгляд упёрся мне в лицо.

— Знаете Григорий, — скривилась Инна Михайловна. — Вчера я столкнулась с одним при неприятнейшем происшествием. Это событие заставило меня о многом вспомнить и многое переосмыслить. И все мои мысли и умозаключения на своём пути приводили к вам.

— О чём вы княжна? — Развернулся я полностью лицом к пожилой женщине.

— Обо всём, — наградила она меня суровым взглядом. — Начиная с невероятного по своей сути решения о вашей с Анастасией свадьбе, до невероятного излечения её сестры. Если я может, ошибаюсь, — иронично протянула Инна Михайловна, то я приму этот грех.

Пальцы женщины смазались в пространстве, а в меня в туже секунду полетело больше десяти воздушных шаров, которые вспыхивали языками пламени.

Моё тело слегка дёрнулось, и я сделав всего пять шагов в разные стороны увернулся от атаки женщины. Шары же летели дальше и, врезаясь в преграды на своём пути, взрывались воздушными волнами, превращаясь в подобия огненного вихря.

— Эти движения! — сорвалась на рык женщина. — Это ты!

Аура силы женщины вспыхнула, словно в костёр плеснули керосина, после чего словно из каменных плит под ногами женщины на меня устремилось не меньше пяти огромных бело-жёлтых змей сильно напоминающих питонов.

Я сжал кулаки, и криво улыбнувшись, закрутил себя в ударе ногой. В ту же секунду меня поглотило подобие торнадо, в которое и влетели все змеи, после чего их, разрывая воздушным потоком, раскидало по залу, впечатывая в стены.

Ураган, поднятый мной, исчез без остатка, а я стоял и смотрел на искаженное злой гримасой лицо Инны Михайловны.

— Убить меня решили? — Насмешливо скривил я губы.

— Это ты! Это всё ты! — Повторяла одно и то же княжна Полозова. — Я-то думала это игры аристократов, и ты марионетка. А это всё ты! Ты их всех использовал! Явился отомстить мне! обесчестить и уничтожить мой род. Не выйдет!

Я удивлённо посмотрел на рассвирепевшую женщину, но остался неподвижен, даже не думая нападать на княжну, а через секунду зал озарили десятки огненных шаров, которые устремились ко мне, но я словно на прогулки маневрировал между ними, уклоняясь от всех атак, после чего как ни в чём небывало встал лицом к женщине.

— Что вы несёте? — Расплылся я в улыбке, явно стараясь ещё больше распылить старушку.

Инна Михайловна смотрела на мою усмешку наливающимися кровью глазами, а её губы подрагивали от гнева.

— Решил изощрённо отомстить нам Острогов! — сделала она шаг мне на встречу, а воздух словно задрожал от её слов. — А я-то всё думала, почему именно Настя. Почему из всех девяти семей именно она. Решил унизить, начиная только с одной мысли о родстве с простолюдином. Но тебе не только она была нужна, и ты решил завладеть и Еленой. Решил уничтожить нас не только извне, но и изнутри. А для этого тебе был нужен лицей, и ты попал туда, где и протянул свои грязные руки к Елене. Ты решил забрать у нас всё Острогов! Титул, тайные техники и честь моих наследниц! А после этого наш род исчезнет. Но я знаю, как избежать твоих техник. Со мной это не пройдёт. Отвечай мне демон! Ты, это забрал у Елены за свои услуги! Ты обесчестил её?!

— Забрать всё, — улыбнулся я княжне. — Задались мне это всё. Титул говорите? Да если я захочу, то в течение месяца смогу стать хоть бароном, хоть графом, или даже князем. Ваши титулы это товар, который неплохо продаётся, и мне это уже доказали. Многие после встречи со мной будут жаждать, как путник воды в пустыне, выдать за меня свою дочку. На техники я бы посмотрел, просто из любопытства. Пока я не увидел ничего стоящего, чем можно действительно гордиться или дорожить. Ну, разве, что призыв змей был ни плох. А про честь, — ещё раз наградил я женщину улыбкой. — Лучше спросите свою внучку.

— Мерзавец! — Взревела старуха и обрушила на комнату сплошной шквал огня, в котором просматривались десятки распахивающих пасти с острыми клыками змей.

Мои пальцы так же сотворили, словно нескончаемую цепочку печатей, после чего я топнул ногой, обрушив её на каменную плиту.

В тот же миг из щелей между половыми плитами рванула вода, образовывая волну под три метра и с раскатистым журчанием, устремилась в огненное буйство.

От столкновений двух стихий раздался треск и шипение, а тренировочный зал погряз в непроглядном пару.

То тут, то там, где мелькали темные силуэты призванных змей, появлялись корни, и, излавливая смертоносных тварей, уничтожали их на подходе ко мне.

Пар оседал, оставляя ужасную влажность, а мы так и стояли друг напротив друга в отсыревшей одежде.

— Ради своего рода! — скалила зубы княжна Полозова. — Я уничтожу тебя здесь и сейчас!

Последние слова ещё слетали с губ пожилой аристократки, а она уже начала складывать печати, за этим-то процессом, я и смотрел очень внимательно.

А дальше начался бой без остановки и передышек, как и разговоров. Инна Михайловна виртуозно владела техниками боя, и у неё даже получалось теснить меня, пока я анализировал её манеру боя.

Пожилая княжна была достойным противников, но гнев и слепая ярость затмевали ей глаза, а жажда моего убийства толкала её на слишком поспешные ходы, от чего наш бой мог быть куда сложнее, нежили, чем сейчас.

Очередной огненная волна, которая скрывала в себе змей, с гудением доменной печи вырвалось на свободу.

Но она разлетелась в дребезги об поднятую мной каменную преграду, а я уже перемещаясь на высокой скорости, уничтожал змей одной из техник которую я придумал как раз для боя с семейством Полозовых, которые по описанию из мемуаров одного из Остроговых, были достойными и очень сильными соперниками.

За время нашего противостояния, настенные каменные плиты покрылись копотью, а где и вовсе слегка обкрошились, а сам зал напоминал тропики в зной после дождя.