Законник Российской Империи. Том 6 - Оливер Ло

Я молча кивнул, соглашаясь с её логикой. Слишком удобно, действительно. Или фон Хаас намеренно хотел, чтобы мы нашли «доказательства» против Авроры?

Неожиданно один из захваченных улучшенных задёргался в конвульсиях. Его тело выгнулось дугой, изо рта пошла пена.

— Что происходит? — Варвара отшатнулась.

— Самоуничтожение, — мрачно констатировал Левински. — Какой-то встроенный механизм.

Через несколько секунд боец затих. Его кожа начала быстро сереть, а затем покрылась сетью тёмных вен, словно внутри него распространялся яд.

— Проверьте остальных! — крикнул я, но было уже поздно. Один за другим все захваченные боевики пошли в конвульсии и умерли на наших глазах за считаные минуты.

— Дьявольщина, — процедил Левински. — Они, действительно, не хотели, чтобы кто-то выжил для допроса.

Я осмотрел тела, поражённый методичностью, с которой были устранены все возможные свидетели. Это определённо был почерк фон Хааса — так же стерильно, как и его досье.

Один из бойцов Бюро вернулся с крыши, докладывая:

— Господин Законник, там был наблюдатель. Держался на расстоянии, через улицу. Когда начался шум, быстро ретировался. Мы пытались преследовать, но потеряли его в переулках.

Я кивнул, мысленно представляя картину. Фон Хаас не стал бы рисковать лично, но определённо хотел бы наблюдать за операцией.

— Что будем делать с телами? — спросил Левински, когда стало ясно, что допрашивать некого.

— Отправим в Бюро для детального исследования, — решил я. — Возможно, наши эксперты смогут что-то выяснить о природе этих улучшенных.

После, я отвёл Левински в сторону.

— Организуй тайное наблюдение за дворцом Авроры Сергеевны, — тихо сказал я. — Мне нужно знать, кто приходит, кто уходит. Особенно интересуют контакты с фон Хаасом или подозрительными иностранцами.

— Не лучшая идея — следить за дворцом первой леди империи. Но я посмотрю, что можно сделать, — кивнул Левински. — А что с этим? — он указал на найденный приказ с именем сестры императора.

— Пока держим при себе, — решил я. — Нужны более весомые доказательства, прежде чем выдвигать обвинения против члена императорской семьи. И, Ярослав, никому не говори об этом. Я доверяю тебе, но в Бюро не все такие надежные.

Левински улыбнулся и подкрутил свой ус, но ничего не ответил.

Я понимал, что вступаю на опасную территорию. Не было сомнений, что это подстроил фон Хаас, но он не настолько глуп, чтобы верить, что я поведусь на такую глупую уловку, а значит, цель была другой.

Глава 17

Иногда мне кажется, что вся жизнь Законника — это бесконечная партия в шахматы, где ты никогда не видишь всей доски целиком. Ты знаешь свои фигуры, примерно представляешь расположение чужих, но всегда есть слепые зоны. И в этих слепых зонах происходит очень много действий, которые просто невозможно просчитать в полной мере. Враг готовит удар, который может стоить тебе не только победы, но и самой жизни.

После нападения на мастерскую Варвары я не спешил с выводами. Приказ с подписью Авроры Сергеевны выглядел слишком очевидной приманкой. Фон Хаас явно пытался стравить меня с сестрой императора, и это настораживало. Зачем ему это? Чтобы я отвлекся на борьбу с ней, пока он занимается своими делами? Или чтобы дискредитировать меня в глазах императора, если я выдвину обвинения против его сестры без достаточных доказательств?

Вернувшись в свой особняк после долгого разговора с Левински, я застал Виктора за изучением карты Петербурга. На ней красными точками были отмечены все известные нам локации, связанные с деятельностью «Общества Вечного Огня».

— Ну что, раскрыли заговор? — поинтересовался Виктор, поднимая голову от карты.

— Скорее, наоборот, — я устало опустился в кресло, — ещё больше запутались.

Я вкратце рассказал ему о нападении на мастерскую и странной находке — письме с подписью Авроры.

— Слишком топорно для фон Хааса, — задумчиво произнес Виктор, когда я закончил. — Судя по его досье, он не допускает таких очевидных ошибок или сделал бы это… изящнее.

— Верно, — я кивнул, — это не ошибка, а намеренный ход. Фон Хаас хочет, чтобы я выступил против Авроры, а затем использовать это как доказательство моей некомпетентности или, того хуже, предательства.

— А если письмо подлинное? — Виктор поднял бровь. — Что, если Аврора, действительно, заказала это нападение?

Я задумался. Версия Виктора имела право на существование. Мы уже подозревали Аврору в связях с «Обществом» — это подтвердил Дорохов. Что, если она решила действовать в своих интересах, независимо от фон Хааса?

— В любом случае нужны доказательства, — я встал и подошел к окну. — Ничего не будем принимать на веру. Ни подпись Авроры, ни то, что за этим стоит фон Хаас.

Вечер я провел за анализом всей имеющейся информации. Чем больше я размышлял, тем яснее становилась картина: мы имеем дело с тройной игрой. Фон Хаас представляет интересы европейского руководства «Общества» и хочет вывезти ценные артефакты и ученых для завершения «Проекта Феникс». Аврора стремится прибрать к рукам российский филиал «Общества» и получить контроль над технологиями, дающими молодость и силу. А между ними — я, пытающийся защитить империю и близких мне людей.

Следующее утро принесло неожиданную посылку: без обратного адреса, доставленную неприметным курьером, который тут же исчез. Внутри простой деревянной шкатулки обнаружился зашифрованный дневник и короткая записка:

«М. Н. Не доверяйте никому. Особенно тем, кто носит корону. Ищите ответы там, где тьма встречается со светом. Д.»

Почерк я узнал сразу — Дорохов. Несмотря на уже вторую официальную «смерть», он продолжал действовать, используя свою обширную сеть информаторов. Дорохов был опасным союзником — непредсказуемым, с собственными мотивами. Но сейчас его помощь была неоценимой.

Дешифровка дневника заняла почти весь день. Код был сложным, но знакомым — мы использовали подобную систему во время польской миссии. Когда последняя страница поддалась, я понял, почему Дорохов был так осторожен.

Дневник принадлежал одному из агентов Авроры, который, судя по всему, имел прямой доступ к ее ближнему кругу. В нем содержались записи о встречах сестры императора с высокопоставленными членами «Общества», включая погибших Толберта и Зарубина. Особенно интересовали записи о перемещении крупных сумм денег и поставках редких ингредиентов для алхимических экспериментов.

«12 сентября. А. С. встречалась с Т. Обсуждались поставки кристаллов из южных провинций. Т. гарантировал качество, но потребовал увеличения платежей. А. С. согласилась нехотя».

«17 сентября. З. доложил о проблемах с „Проектом Ф.“