Наследник семьи Пак - Марк Грайдер

как от наследника семьи Пак. Ты больше не будешь связан никак с нашим родом.

Он быстрым шагом приблизился к порогу комнаты.

— А как насчёт сделки? — не успел отец схватиться за ручку, чтобы выйти, как его остановил мой вопрос.

— Сделки? — удивлённо обернулся он на меня. — Какой ещё, к чёрту, сделки?

— Помнишь, мы заключили с тобой сделку, в твоём кабинете, что я сам соберу часть денег на обучение, и ты разрешишь мне поступить в Сеульскую академию? — я вальяжно раскинулся в кресле, подперев кулаком щёку, и покосился в сторону отца. — Как насчёт ещё одной?

Несмотря на его хмурость, предложение его явно заинтересовало. Он убрал руки в карманы и выпрямился.

— О чём ты говоришь? — уточнил он.

— Если я проиграю этот бой, то ты исключишь меня из семьи. Заберёшь фамилию, и всё наследие передашь моим братьям и сестре. Ну а я останусь безродным, — назвал я первую часть нашего нового договора.

Я заметил, как в глазах отца блеснула искра. Неудивительно, ведь если я, правда, так сделаю, то никаких претензий знатные семьи не станут предъявлять семье Пак. Никто даже и не вспомнит об этом случаи с Сын Мином. Ведь сыном Джи Гуна я официально являться не буду.

— Продолжай, — с хрипотцой произнёс он.

— А если я выиграю, то ты вернёшь мне акции своей компании, которую забрал у меня, — озвучил я вторую часть. — И отдашь те, которые принадлежат Джи Сону и Джи Ху.

Он нахмурился сильнее. Но, помимо этого, он всё же задумался.

Дело в том, что до того, как я попал в это тело, акции корпорации отца принадлежали всем членам семьи. Шестьдесят процентов принадлежали отцу, остальные были поделены между Джи Хёном, Джи У, Джи Ху, Джи Соном, Чи Мином и госпожой Га Хи. То есть около семи процентов акция на каждого члена семьи.

Во-первых, с каждой такой акции компании капал приличный доход. Пусть мы и не были настолько знамениты, как знатные семьи из Сеула, и не имели так много денег, как они, этого всё равно хватало на беззаботную жизнь. Поэтому ни Джи Ху, ни Джи Сон, ни Джи У особо не беспокоились за деньги. Они могли управлять ими так, как того желали, в отличие от Чи Мина. Его финансами заправляла госпожа Га Хи и отец. Поэтому в основном он получал всю сумму от них.

Правда, Джи У тоже не была транжирой. Она экономила деньги, чтобы однажды открыть своё дело под крылом компании отца.

Во-вторых, эти акции давали привилегии в обществе среди других семей чеболей. Чем больше у тебя процент и раскрученнее бизнес, тем легче и проще тебе налаживать связи. Ведь в таком случае на тебя не смотрят сверху вниз, а видят в тебе выгодного партнёра. Даже если твоя компания не так сильно влияет на экономику, как «Хон Диджитал», ты всё равно легко мог влиться в это общество. Ну или развиваться сам на базе своего семейного дела.

Из-за любви к видеоиграм и раздолбайскому образу жизни перед смертью Джи Хёна лишили всех привилегий. У него забрали акции и разделили между остальными членами семьи. Поэтому Джи Хён и считался самым главным отбросом в семье. Без акций, нормальной магии, он, по сути, ничего не имел. Просто пустое место. По словам отца, даже хуже прислуги или домашнего животного.

У меня не было интереса выпендриваться перед своей семьёй. Я не хотел показать, насколько крут или преуспел за счёт этих акций. У меня были свои планы на них. Одним из которых являлось создание собственного бизнеса.

Башни — это хорошо. Особенно когда у тебя высокий ранг, такой как легенда. Правда, пока у меня его не было. Впрочем, я до сих пор был обычным новичком и начинаю с самых низов.

Но всё же я в прошлом был не просто наёмным убийцей, но и бизнесменом. Поэтому вести такие дела в этом мире было бы для меня гораздо привычнее. К тому же это Южная Корея. Экономическая составляющая — главная и отличительная черта. Она открывает перед тобой многие двери. Так почему бы этим не воспользоваться? Тем более, таким легальным путём.

— Ну так, что? — протянул я руку отцу. — По рукам?

Он с неким отвращением посмотрел на мою руку.

— Я могу просто взять и лишить тебя своей фамилии и вычеркнуть из нашей семьи, — хмыкнул он. — Так зачем мне рисковать?

— Ты прав, — пожал я плечами. — Можешь. Но ты ведь подумал, что будет, если я выиграю? Только представь: сын семьи Пак одержал победу над наследником семьи Ше в официальной дуэли, который увидит вся Корея, да и не только она. Да, для семьи Ше, с их многочисленной поддержкой, это ничего не будет стоить. Но разве знатные семьи не обратят внимание на нас? Разве у нас не появится больше желающих иметь с нами дела, если я докажу свою невиновность, ещё и покажу всем, на что способен наш род? Впрочем, — я вскинул руки, — решать, конечно, тебе. Можешь просто отказаться и упустить шанс, наконец-то, выбраться из статуса обычного родового клана из провинции с одностихийной магией огня.

После моих слов отец застыл. Он просто смотрел на меня непонимающим взглядом. Он будто не верил, что всё это ему говорил я, его никчёмный сын. К тому же, по его мнению, я всё время создаю неприятности. Даже сейчас, специально, пересёк такое расстояние между Пусаном и Сеулом, чтобы просто лично тыкнуть в меня пальцем и утвердительно сказать: «я же говорил, что ты ни на что не способен».

Но, кажется, его фантазии не оправдали себя. У главы семейства Пак даже слов не было. Впрочем, дальнейшая реакция поразила уже меня, хоть я и не подал вида. А вот его «оловянный солдатик» непонимающе наблюдал за своим господином, хлопая недоумённо глазами.

— Аха-ха-ха-ха! — во весь голос засмеялся отец. — Второй раз! — воскликнул он, указывая на меня пальцем и снова пускаясь в хохот. — Второй раз! — вытирая слёзы от смеха, уже более спокойно произнёс он. — Второй раз этот сорванец загоняет меня в угол своим предложением. Я удивлён. Не думал, что среди моих оболтусов у кого-то будет такая предпринимательская жилка. И кто бы мог подумать, что это будет тот, на ком я уже поставил крест, — он протянул мне руку. — Хорошо. Заключим сделку.

Я поднялся на ноги и протянул руку в ответ. Теперь в его глазах заиграл интерес и азарт. Отец прямо изменился в лице, засветился от какой-то искренней радости.

Неудивительно, ведь он явно не ожидал такого от меня.

— Я буду следить за тобой, — хлопнув меня свободной рукой по плечу, он посмотрел мне в глаза. — Сын.

После этого они с телохранителем направились к выходу. Я поклонился им вслед.

— Да, отец, — на прощанье бросил я ему. — Следите за мной внимательно.

До того как отец уехал в лифте с охранником я всё ещё слышал его смех. Предложение ему явно понравилось, да и мне это сыграло на руку. Пусть и геморрно, но мне нужно было вытянуть из этой битвы с Сын Мином по максимуму.

Перед тем как закрыть дверь в квартиру, я заметил, как из-за лестничного пролёта выглядывает тёмная голова Джи У, направленная в сторону лифта. А ниже, у её ног, вторая голова — Чёрта.

Убедившись, что проход свободен, и отец уехал, Джи У направила на меня ошарашенный взгляд.

— Что с тобой? — смотрел на неё довольный. — Ты чё там делаешь?

— Это был отец? Это был голос отца. Я точно знаю, — затараторила она и подбежала ко мне. — Чего он хотел? Он говорил про меня? Он хочет, чтобы я уехала? — внезапно она скривила лицо, как малое дитя, у которой отобрали конфету. — Джи Хё-ё-ё-ён, скажи ему, что я не хочу! Я хочу остаться с тобой в Сеуле, — начала она выть, а за ней подтянулся и Чёрт. В итоге на всю лестничную клетку встал синхронный вой. — Я не вынесу снова эти скучные дни в Пусане! И кто будет гулять с Чертё-ё-ё-ё-ёнком?

— Угомонись! — одной командной фразой я заткнул сразу и сестру, и хати. Встав по стойке смирно, они оба удивлённо вылупились на меня. — Никто тебя не будет забирать из Сеула. Отец вообще не за этим приезжал. Нет. Сначала, конечно, был разговор на эту тему, но потом…

— Что потом? О чём вы говорили? — перебила меня торопливо Джи У. — Он узнал про битву с Сын Мином? Он сильно кричал? Что случилось? Ну не томи-и-и-и!

— Да ты мне слово вставить не даёшь! — уже более грубым тоном рыкнул я на сестру. На что та снова быстро замолчала. — Для