Шулер от магии - Андрей Сомов

3 июля, 2021

Все началось со звонка в дверь. Следом, с интервалом меньше минуты, донесся крик Алисы:

– Анджей, тут клиент!

Чародей послушно оторвался от ежедневного созерцания списка погибших в Майском Кошмаре и вышел в коридор, где взглянул на гостя. Мужчина лет тридцати. Худой, высокий. Жесткая складка губ резко контрастировала с мягкими чертами лица; светлые волосы падали на лоб, почти скрывая бегающие бледно-голубые глаза, в уголках которых засели ранние морщины. Тонкие пальцы все время теребили рукава кремового твидового пиджака, а слишком тощие ноги без конца переступали на месте.

– Могу я войти, пан? – тихо поинтересовался блондин.

Шулер открыло было рот. Закрыл. Махнул рукой в неопределенно-приглашающем жесте. Гость понятливо кивнул и без каких-либо проблем шагнул через порог. Защита молчала. Не маг и не демон. Уже хорошо.

– Добрый день, пан. Меня зовут Захариас, – назвался потенциальный клиент, когда Рыжая закрыла за ним дверь.

– Анджей Соколовски, чародей по вызову. Дешевле, чем у магов, быстрее, чем у Инквизиции, – на автомате представился хозяин дома. – Хотя, это вы и так, должно быть, знаете. Чем могу помочь?

– Пана называют Всеубийцей… – осторожно начал Захариас. – Говорят, вы можете убить кого угодно…

Шулер поморщился:

– Боюсь, эти слухи несколько преувеличены. Я могу сходу назвать с десяток существ, против которых у меня нет ни единого шанса.

– И все же… я хочу, чтобы вы убили мою жену.

Анджей моргнул. Еще раз. Взглянул на Рыжую – та выглядела не менее опешившей – и обратно на блондина. Наконец ответил:

– Прошу прощения, но, кажется, вас кто-то дезинформировал. Я охочусь на демонов.

– О, это мне прекрасно известно, – усмехнулся тот, смотря себе под ноги. – Моя жена попадает под эту категорию. Ее зовут Матильда Заремба. Она – лугару… и ее необходимо убить.

…

О. Ого. А вот это сейчас было неожиданно. Оказывается, у Матильды есть муж. Чародей, конечно, никогда особо не следил за светской жизнью… но это как-то совсем уж внезапно. И обидно.

– Прошу прощения, пан, но я не думаю, что могу взяться за ваш заказ…

Захариас закивал:

– Да-да, я понимаю, как это звучит, и ожидал подобной первой реакции. Но прошу, прежде чем принимать окончательное решение… не мог бы пан сначала выслушать меня?

Шулер поразмыслил секунду. После чего кивнул:

– Да, пожалуй, так будет справедливо.

Блондин облегченно выдохнул. Нахмурился, сосредотачиваясь.

– Знаете… я не совсем уверен, как лучше преподнести подобное. Самое главное, что пану необходимо знать… Матильда – серийный убийца и клинический психопат. И была она такой задолго до того, как стала лугару. Собственно говоря, подозреваю, что именно это и позволило ей так быстро обуздать инстинкты демона. Она и без того боролась с подобными порывами всю свою жизнь.

Тишина плотно набила квартиру.

Через какое-то время Анджей спокойно обратился к ученице:

– Алиса… Лех сейчас должен выгуливать Принцессу, а Стефан где?

– В библиотеке АМИ.

– Да? Отлично. Сходи за ними, пожалуйста. И можешь не торопиться.

Рыжая недовольно поморщилась, но кивнула, быстро обулась и вышла прочь. Только когда дверь за ней захлопнулась и раздался щелчок замка – чародей вновь посмотрел на Захариаса:

– Пан ведь осознает, что я не могу просто взять и поверить в столь… экстраординарные утверждения. Тут требуются не менее… экстраординарные доказательства.

– Прекрасно осознаю. Собственно говоря, именно поэтому я к вам и пришел. Я не могу обратиться в полицию или Инквизицию – у Матильды обширные связи повсюду. А если она узнает, что я копаю под нее ... – его передернуло. – Матильда очень… болезненно относится к теме предательства. Отец ни во что ее не ставил, держал за пустое место, а в конечном итоге – еще и подставил ее мать. Она не выносит ни предательства, ни чужого высокомерия. Ей необходимо все контролировать, быть выше всех вокруг. И чтобы все вокруг это знали. Я и пришел-то сюда лично только потому, что у меня нет никого, кого можно было бы попросить о чем-то, не опасаясь, что об этом в ту же секунду станет известно Матильде. И она жестко контролирует все финансы, оставляя мне только на карманные расходы… – Заремба усмехнулся: – Хорошо, что расценки пана попадают под эту категорию. – он, впервые за весь разговор, посмотрел чародею в глаза. – Если она узнает, что я пошел против нее… посмел думать, что могу пойти против нее – она тотчас же убьет меня. Чего бы ей это не стоило.

Шулер озадачено провел рукой по волосам. Поразмыслил немного. Мда… холера, ну и ситуация, однако. Ладно.

– Давайте поступим так, – сказал он наконец. – Я послежу за Матильдой какое-то время. Если найду что-то, подтверждающие вашу историю – я позабочусь о том, чтобы остановить ее. Ну а если нет… то уж не обессудьте.

– Да-да, конечно! – опять закивал как болванчик Захариас. – Меня это более чем устраивает!

– И я даю слово, что ничего не скажу Матильде о нашем разговоре.

Клиент моргнул:

– Да я и так не сомневался в пане, честное слово…

Анджей замотал головой:

– Нет, пан не понял. Я принес Обет не врать. И теперь я физически не смогу выдать пана, пока он сам не освободит меня от данного слова. Даже если меня начнут прямо спрашивать – это обещание будет иметь приоритет, так как было раньше.

– А… хорошо, как скажете. Раз мы договорились… я пойду? Мне лучше не задерживаться.

– Да, конечно. Всего доброго.

Он махнул рукой, и Заремба поспешил испариться за дверью.

Когда ученики вернулись, чародей лишь бросил коротко: «Никаких вопросов. Никому ни слова». В этом следовало разобраться самому. Хотя бы предварительно. Заодно отвлечется от бесплодных терзаний о событиях месячной давности – в конце концов, он бы все равно не смог бы поступить тогда иначе.

24 июля, 2021

Шулер сидел во взятой напрокат машине и потягивал кофе из пластикового стаканчика. Скука неспешно обволакивала мозг, изредка царапаясь легким раздражением; солнце легкими мазками красило крыши небоскребов в золотисто-рыжий. Задерживается. Холера. Он следил за Матильдой три недели и успел изучить расписание девушки вдоль и поперек. Что было не сложно. Та оказалась ярой приверженицей порядка и человеко… демоном привычки. И это – самое близкое к маниакальности, что удалось обнаружить. Нет, конечно, она не являлась святой. Ничего подобного. В конце концов, предприниматель