Колдовской сезон - Айла Дейд

Мерлин. – В ней изложены одиннадцать основных законов последних азлатских детей, Кровавый век, викторианские годы и новый модернизм. – Он колебался. – Книга заканчивается предательством твоей матери.

Я почувствовала укол в сердце.

– То же самое вчера сказал и Арчибальд Бернетт.

– Что ты имеешь в виду?

– О моей матери. Что она была предательницей. – Я сжимала книгу до тех пор, пока у меня не заболели пальцы. Только затем подняла на него глаза. – Мерлин… что она сделала?

Он колебался.

– Не думаю, что я должен быть тем, кто будет вести с тобой этот разговор.

– Никто мне ничего не рассказывает. Но я… я ее дочь. И хочу знать, что произошло. Я… – Слова застряли у меня в горле. На моем лице появилось умоляющее выражение. – Пожалуйста.

Какое-то время он боролся с собой, но в конце концов решился.

– Хорошо. – Мерлин провел рукой по затылку и бросил серьезный взгляд в темноту. – Наши боги создали три священных символа, в которых они хранили свои силы.

Я кивнула.

– Бессмертие, Неприкосновенность и Безграничная сила.

– Точно. – Мерлин снова посмотрел на меня. – Никто не должен их искать. Этот закон самый важный, Хелена. Настолько важный, что даже не входит в одиннадцать заповедей, а является отдельным правилом.

– И моя мать нарушила его? – спросила я.

Мерлин смочил губы кончиком языка.

– Сифра хотела начать революцию против дворцового шотландского полка. Твоя мать хотела свергнуть Высших, Хелена. Говорили, что она страдала манией величия, украла Безграничную силу и собиралась уничтожить любого, кто встанет у нее на пути. Чтобы предотвратить это, Мира учредила публичную казнь.

– Мира?

– Главная среди шотландских Высших. Сифру должны были казнить 13 декабря 2001 года.

На мгновение эта дата пронеслась в моей голове, прежде чем у меня перехватило дыхание.

– Это за месяц до моего рождения! – В глазах Мерлина появился проблеск сострадания, но я была ошеломлена. – Они хотели убить мою мать, когда она была беременна мной?

– Не совсем. – Он прикусил нижнюю губу. – План состоял в том, чтобы убить ее, разрезать, принести тебя в мир и оставить расти на попечении Высших.

– Ее… разрезать? – Я начала задыхаться. В моих глазах горели слезы. – И моя мама просто смирилась со всем этим?

– Не совсем. – Мерлин сухо рассмеялся. – Сифра всегда была на шаг впереди Высших. Она сбежала, и они не смогли выследить твою мать.

– Но почему? – спросила я. – Если шотландские Верховные действительно так сильны, как все говорят, почему они не могут выследить простого азлата?

– А это и есть главный вопрос, Хелена. – Мерлин прислонился к каменной стене и скрестил ноги. – Единственный логичный ответ очевиден.

– Безграничная сила, – прошептала я.

Мерлин кивнул. Он протянул руку и провел пальцем по одной из железных решеток в маленьком квадратном окне.

– Предания гласят, что дух нежити могущественного азлата смог выследить ее и убить. Говорят, что богиня смерти Морриган лично послала его, чтобы он забрал у Сифры могущественный артефакт и исчез.

У меня почти не было воспоминаний о смерти матери. Вспоминая тот день двенадцать лет назад, я почувствовала, как во мне поднимается бесконечная печаль. Но там было нечто большее. Глубоко внутри меня вскипело что-то древнее, что-то могущественное, как только я подумала о своей потере. Это было похоже на то, словно моя душа бушевала.

Мерлин протянул руку и смахнул слезу с моего лица. Она оставила соленый след на щеке.

– Мне очень жаль, – прошептал он. – Мне жаль, что мне пришлось отравить воспоминания о твоей матери. Но я уверен, что ты не такая, как она, Хелена.

Из меня вырвался дрожащий вздох. В висках стучало, и я была совершенно сбита с толку. До сих пор счастье переполняло меня каждый раз, когда кто-нибудь сравнивал мой образ жизни с образом жизни моей матери. Я не знала, как справиться с внезапно изменившимся взглядом на нее. Слова Мерлина нанесли сильный удар.

– Сейчас мне нужно побыть одной. – Сбитая с толку, я подняла книгу в старинном переплете. – Спасибо, что подарил мне это.

– Еще кое-что, – произнес Мерлин, когда я уже повернулась, чтобы уйти. Его лицо было скрыто в темноте. – Тебе следует держаться подальше от Тираэля.

– Почему?

– Он тебе не подходит. – Мерлин вышел из тени. На его челюсти дернулся мускул. – Он причинит тебе боль.

– Я не допущу этого.

Он тихо рассмеялся.

– Неважно, что бы ты хотела предпринять, Хелена. Тираэль окажется быстрее.

Некоторое время я смотрела на него. Мерлин не двигался с места. Я понимала, что он говорил серьезно, как и Изобель, но это ничего не меняло. В какой-то момент я заставила себя коротко кивнуть, отодвинула пыльный гобелен и исчезла в коридоре, ведущем в западное крыло. Лекционный зал кельтских саг располагался на верхнем этаже. У меня кружилась голова. Я думала о своей матери, об азлатах, о Тираэле… Мне не хотелось признаваться в этой мысли, но я жаждала его близости. И это не имело никакого смысла, потому что все, что он говорил мне, было преисполнено отстраненности и неприязни.

Мои шаги эхом отражались от высоких стен. Я прошла мимо витражного окна. На мгновение мое тело было окутано множеством цветных бликов, и…

Я издала сдавленный крик, отшатнулась и споткнулась о собственные ноги, потому что с потолка что-то упало. От испуга я шлепнулась на задницу. В первый момент мне показалось, что люстра треснула, пока темная фигура не опустилась передо мной на корточки, бесшумно, словно хищник.

– Привет, малышка Иверсен, – усмехнулся Тираэль. – Я напугал тебя?

– Ты что, с ума сошел? – Моя джутовая сумка соскользнула с плеча, но меня это не волновало. Вместо этого я сосредоточилась на том, чтобы успокоить свой бешеный пульс. – Ты чуть не сломал мне шею!

– Как это волнительно – признаться своей семье в том, что на моей совести смерть дочери самой Сифры. – Цветной свет от витража падал на идеальное лицо Тираэля. Желтый цвет на шее, синий в волосах. Он склонил голову. – Какое забавное развлечение. «Мама, папа, Баба Грир. Я должен исповедаться, потому что я согрешил. Словно обезьяна, я прыгнул Хелене Иверсен на голову». – Он скривил лицо. – Жалкий конец для надежды Тихого Ручья.

– Надежды Тихого Ручья?

– Нелепо, не правда ли? – Тираэль поднялся и выглянул в окно собора. В его глазах мерцало золото. – Некоторые считают, что твоя мать поведала тебе, где находится обитель Безграничной силы. И якобы твоя миссия – действовать от имени своей матери, чтобы навсегда изгнать народ Тьмы в потусторонний мир.

– Это и в самом деле нелепо. – Я хотела поднять свою джутовою сумку, но Тираэль остановил меня. В мгновение ока его рука легла на мою ладонь.

– Что это такое?