Гарем для чайников - Мэри Блум

напрашивающееся на вопрос «чего ж тебя так перекосило?» Нет, пожалуй, не хочу им портить вечер.

Я: «Возможно, позже. Пока занят».

Джуси Пуси: «Тогда освобождайся поскорее… Особенная девушка ждет…»

Майя: «Я ТОЖЕ ОСОБЕННАЯ!!.. И тоже жду…»

Затолкав смартфон в карман, я снова схватился за бокал — второй у меня и уже сложно сказать какой по счету у Бахуса. Прижав хрустальный ободок к губам, я немного отпил. Вино, казалось, растекалось между извилинами, затапливая своей горькой сладостью все ненужные мысли.

Дверь громко скрипнула и распахнулась, впуская внутрь уличный полумрак. Громко стуча каблуками, в строгой блузке и не менее строгой юбке до середины колена в бар прошествовала Алина — с тем же видом неприступного превосходства, с каким обычно пересекала порог аудитории в универе. Даже собранные светлые волосы смотрелись издалека как нимб. Напряженно оглядевшись, она заметила меня, нахмурилась и направилась к стойке.

— С тобой, что ли, встреча? — я тоже решил не церемониться.

— Что? — скривилась она, а затем отвернулась к Бахус. — Налей мне!

Он тут же услужливо подхватил бутылку и налил ей вина.

— За счет заведения…

Не благодаря, Алина опрокинула в себя бокал — с такой ловкостью, что хозяин бара довольно причмокнул, словно увидел в ней потенциальную собутыльницу.

Хрустальное донышко звякнуло по стойке.

— Еще, — потребовала Алина, забираясь на соседний стул.

Ее косой взгляд проехался по моей щеке. Покачивая бутылкой, Бахус охотно налил ей еще, и она опять потянула бокал к губам.

— На алкоголь, смотрю, — не удержался я, — правила рая не распространяются.

— Отцепись! — буркнула она, вливая в себя еще одну порцию.

Хрусталь снова звякнул по стойке. Уже не дожидаясь просьбы, Бахус схватился за бутылку, и вино снова полилось внутрь. В следующий миг стул рядом скрипнул, и Алина, немного покачнувшись, резко повернулась ко мне.

— Ты написал?

Она сердито толкнула в мою сторону квадратный прямоугольник — визитку бара «Старый виночерпий», какая была и у меня. Внизу, как и у меня, имелась приписка «Приходи — и твоя проблема будет решена». Я сразу узнал почерк — точно таким же меня звали в казино и сюда. Теперь понятно, с кем мне устроили здесь встречу. Но зачем? Не торопясь с выводами, я поднял глаза на Алину.

— И какая у тебя проблема?

— Да сучка эта, — она поморщилась, — вот моя проблема! Своей власти мало, на мою позарилась… «Твое время закончилось, дай надежду другим…»

Она передразнила Юлин голос настолько похоже, что я невольно прыснул в бокал.

— Ну да, — согласился я, — сучка она редкая… Даже тебе до нее расти и расти.

— Хватит мне тыкать! — Алина сделала огромный глоток. — Ты вообще моя вторая проблема! Не мог согласиться, когда я тебе предлагала благословение?

— Дерьмо — ваше благословение, — я тоже сделал глоток.

— Дерьмо, — она влила в себя остатки вина, — это когда тебя его лишают!

Хрустальное донышко со звоном приземлилось на стойку.

— Из-за тебя мне уже однажды его урезали! Сказали, еще одна промашка и понизят до послушниц! И что мне тогда с листовками бегать?

— Ну и побегаешь, — я допил свое вино, — тебе не повредит.

— Я же сказала, — ее глаза пьяно сверкнули, — хватит мне тыкать!..

Бахус незаметно налил нам еще, словно бокалы в этом баре не должны оставаться незаполненными. А мы с ней пили так, будто соревновались, кто отключит мозги быстрее. Все шло к тому, что победителем станет Алина.

— Не мог, — ее уже шатало на стуле, — свалить сегодня с этой сраной площади! Теперь эта сучка всем твердит, что она бы справилась лучше, чем я!..

Туфли со стуком упали под ее барный стул.

— А с какой стати, — я облокотился на стойку, — я должен слушать твои команды? Мы ж не в универе… Да и там вообще-то не должен…

Ее глаза замерли на мне — так пристально и неподвижно, что мне даже показалось, что она уже отключилась.

— Слушай, а помоги мне… — вдруг заговорила Алина. — Убеди своих девок свалить с этой площади…

В памяти мгновенно пронеслось, сколько раз я ей уже помогал — по одной просьбе, только потому что она мило хлопала ресничками и обворожительно улыбалась, а я, дурак, на что-то там надеялся.

Ну нет, хватит с меня помогать другим. Особенно бесплатно.

— А мне что с того? — спросил я.

Не спеша с ответом, Алина покосилась на Бахуса, который, что-то напевая себе под нос, возился у полки с бутылками, а потом, отгородившись от него локтем, вновь повернулась ко мне.

— Ты же до сих пор меня хочешь, — прошептала она. — Дам, если поможешь…

Пьяно покачиваясь, она закинула нога на ногу, и вся строгость ее наряда вмиг оказалась обманчивой. Юбка беззастенчиво расползлась в стороны, как бы показывая, для чего на ней разрез — к слову, очень глубокий. Кружевная кромка чулок изящно обтягивала стройное бедро. Перехватив мой взгляд, Алина расстегнула несколько верхних пуговиц блузки, словно делая сказанное еще заманчивее — этакая наглядная демонстрация своих достоинств. В увеличившемся вырезе мелькнули светлое кружево и роскошные полушария под ним, и на долю секунды меня накрыло дежавю. Только в прошлый раз, когда она себя предлагала, мне не очень подходили условия, ну а теперь… В принципе, весьма неплохое предложение, а раздавать эти долбаные значки можно где угодно.

— Дашь прямо сейчас, — сказал я. — Я больше не работаю без аванса.

Она нахмурилась. Плевать. Может хмуриться, сколько хочет — меня теперь не проведешь. Я же знаю, какая она на самом деле шлюха.

— Пойдем, — после паузы заявила Алина.

Спрыгнув со стула, она нашарила на полу туфли и натянула, а я нашарил в кармане презерватив.

Дверь барного туалета со стуком захлопнулась, задвижка звонко щелкнула. Не теряя времени, Алина тут же задрала юбку — слишком быстро и деловито для того недовольства, которое демонстрировала всего минуту назад.

— И часто ты решаешь проблемы таким вот способом? — уточнил я, разворачивая ее бедрами к себе и ставя между раковиной и толчком.

Сегодня я тыкал ей так, как хотел — всюду, куда хотел.

— Заткнись и кончай! — прошипела она, опираясь руками на стену.

Звучало как отличный план. Отодвинув ее кружевные трусики, я без лишних разговоров воспользовался приглашением. Она громко охнула и прогнулась, позволяя мне поглубже себя насадить. Начав методично долбить, одной рукой я стиснул ее бедро, а другой нырнул под ее блузку и нащупал грудь, на которую раньше мог только смотреть. Мои пальцы сжали пышное полушарие, и Алина охнула еще слаще.

Вскоре воздух наполнился ее рваными стонами и сочным хлюпаньем,