Дар Смерти - Андрей Михайлович Голов

ты это делаешь, пус-с-сть с-с-создаст знак удобный для ис-с-спользования. Ес-сть у тебя знак?

— М-м-м, ну, я закрываю глаза и нажимаю красную ладонь, которая появляется.

— Вот пус-сть предс-ставит что-то подобное.

— Если ты такой спец по нашим способностям, не подскажешь, почему мужчины у нас в семье умирают так рано?

— Они не вашего рода, глупец. Возможно, твои родичи их просто сожрали.

Варя вытаращил глаза. Вот такого он не ожидал. Сожрали? Получается, они нечисть или ещё какая дрянь. Энергетические вампиры?

— Ты имеешь в виду мою бабушку, мать и сестру?

— Бабушку? Не знаю, не видела её. Твоя мать выс-сосала мужа, а с-с-сестра почти доела с-с-своего, но жертва с-с-сбежала.

Варя понял, что он, похоже, вовсе не супермен, а скорее, опасная для людей тварь. Это знание ему не понравилось, а что если он сам, не осознавая, ест потихоньку своих друзей. В то, что мать и сестра ели мужей осознанно, ему не верилось. Ну, не самки же богомола они, в конце концов.

— Вс-сё, уходи в тело, я чувс-ствую, как с-сюда крадутся твари, почувствовали падаль.

Варя дёрнулся и заметил, как из-за угла дома появляются длинные хищные тени. Ему ещё многое хотелось узнать у Леди, но разговор придётся отложить. Варя нырнул обратно в дом и бросился в тело. Боль ударила в грудь, заставив хватать воздух, перед глазами замелькали мушки, и наступила тьма. Очнулся Варя на полу и пощупал себя, в надежде, что возвращение в тело всё-таки состоялось. С трудом он заполз на диван и решил, что, возможно, Сашка считает его дурнем не без оснований. Голова кружилась, казалось, не хватает воздуха, тело снова билось в ознобе. «Да сколько можно уже, как это надоело. Проще действительно помереть и не мучиться», — рассердился на себя Варя, пытаясь завернуться в плед поплотнее, чтоб хоть немного согреться. Время на телефоне показывало одиннадцать, что ж, можно сбежать от своих проблем в чужой сон. Варя немного пришёл в себя и прикрыл глаза, коснулся зелёной ладони и выбрал образ Дэна. Мир сна, в который он попал, оказался чёрно-белый. Город с прямыми улицами и высотными домами. Люди шли серой безликой массой через перекрёстки. Весь окружающий пейзаж заставлял глаз метаться в поисках хоть какого-то яркого пятна, чтоб остановить взгляд. Варя обернулся, за ним стоял Дэн, во сне он выглядел лет на пятнадцать, став ещё больше похож на Макса. Парень тронул Варю за плечо.

— Пойдём, это там.

Они шли мимо серых панельных высоток. Улица становилась всё шире, словно река, вбирая в себя соседние проулки, пока не превратилась в огромный проспект, в середине которого уходила в землю чёрно-белая воронка, затягивая окружающее внутрь. Здания рушились, асфальт шёл волнами и исчезал внутри.

— Всё закончится, я знаю. Не подскажешь, долго ещё ждать? Я устал.

Варя не стал отвечать, а дошагал до воронки и позволил ей утянуть себя внутрь, на самом дне он увидел чёрную дорогу и расплывающееся на ней яркое красное пятно, в центре которого, рождая водоворот, лежала сломанная фигурка парня. Воронка, словно мясорубка, прокручивала весь мир сна в горы серой пыли вокруг этого мрачного центра.

— Баку, ты такое не ешь?

— Это не кошмар. Это боль и пустота.

— Может, раз ты откликнулся, подскажешь, кто такие «всадник» и «конь»? Я уверен, что ты знаешь.

— А у тебя есть чем заплатить? Нет, ну и отстань. Все духи знают, да и ты догадаешься, если будешь мыслить не как обычный человек. Ты же посещаешь мир духов, видел, какие сущности охотятся на людей.

— Тут мне подсказали, что ты здорово меня надурил при заключении сделки. Так что без всякой платы можешь рассказать, чтоб загладить вину.

— Кто-то слишком много болтает, никогда не любил женщин за это. Я должен подумать.

Баку махнул хоботом и ушёл из сна. Гипнотическая воронка вокруг всё кружила и кружила, тихо завывая на одной ноте. Варя открыл глаза. Вывод из сна только один: Дэн сильно переживает за брата и сам потерял всю радость от жизни. Может ли это стать причиной того, что он лишает жизни таких же несчастных? Для полноты картины стоит сходить в сон Макса и понять, что же чувствует он. Всё-таки стоило как-нибудь взяться изучать символизм снов глубже, есть же масса умных книг для тех, кто интересуется этим вопросом. Варя же пару раз пытался читать статьи и почти сразу понимал, что читает один абзац по нескольку раз, не в силах понять смысл. Последний раз он закрыл статью о сноходцах с фразой «Ну и чушь собачья». А ведь он учился на юридическом, и читать мозгодробительные тексты ему было не привыкать. Поток мыслей сбили кашель и боль в груди. Что ж, ещё попытка, раз он не может расследовать в реальности, придётся найти хоть какие-то зацепки во снах.

Варя вновь прикрыл глаза и выбрал зелёную ладонь, скользнув в мир сна Максима, провалившись в густую черноту. Он барахтался в ней, чёрные песчинки сыпались на голову, попадали в нос и глаза. Владельца сна поблизости не было, Варя ничего не чувствовал, кроме черноты, засасывающей его, как зыбучий песок, и чёрным водопадом бьющей сверху. Он замахал руками в попытке выбраться и сделать шаг вперёд, в надежде, что этот поток не бесконечный. Но ноги вязли, а руки ощущали только плотную стену песка. Варя открыл глаза, но ничего не изменилось. Он не вышел из сна, как обычно, а продолжил вязнуть во тьме, задыхаться под толщей чёрного порошка. В ужасе Варя задёргался и понял, что с трудом, но двигается вперёд. «А зачем мучиться, дёргаться. Ты же хотел умереть, просто расслабься, и поток унесёт тебя от всего, что мучило в жизни», — нежно зашептал голос в самое ухо, когда Варя сделал новый болезненный рывок, который чуть не заставил вывихнуть плечи. Чёрный порошок попадал в лёгкие с каждым вздохом, заставляя задыхаться и кашлять. «Зачем ты мучаешься? Для чего? Твоя жизнь серая и унылая, ты никому не нужен. Может, всплакнут Соня и Сашка, а потом вернутся к своим делам, без тебя в их жизни ничего не изменится», — голос шелестел, проникал в уши, как темнота, что проникала в нос и рот. Варя тряхнул головой и сделал новую попытку вырваться из чёрного плена. Показалось, что все песчинки разом превратились в мелкие иглы, болезненно впившиеся в тело. «Зачем дёргаться, терпеть боль, когда тебя ждёт спокойствие? Тебя