Наследник империи 2 - Ален Маккей

на стоящую посередине зала хрустальную статуэтку.

— Стоп! — закричал Грушкон, поняв, что заклинание и правда не то. Но было уже поздно.

Статуэтка разлетелась на мелкие осколки, которые тут же поднялись в воздух и закружились по кабинету с нарастающим с каждой секундой вихрем.

— Ложись! — крикнул я Веронике, и прикрыл девушку собой от летящих в её сторону стёкол. Но несколько осколков всё же ранили её.

Тем временем вихрь уже перерос в настоящий смерч, поднимая в воздух парты, стулья и даже некоторых учеников.

Профессор тут же принялся читать отменяющее заклинание, но остановить смерч такой силы оказалось не так-то и просто. В итоге, это заняло весь наш урок, а часть учеников пришлось отправить в лазарет, так как во время полёта те дольно сильно поранились, врезавшись друг в друга и другие летавшие предметы. Несмотря на заявления Вероники, что с ней всё хорошо, я настоял, чтобы она тоже сходила проверилась. А сам остался в классе, решив, что свои царапины и сам могу залечить. Я больше переживал за яйцо, которое всё это время находилось у меня в кармане.

За этот месяц мой фамильяр так и не вылупился, но я не терял надежду, продолжая подпитывать его маной. И, разбей я его сейчас, точно бы расстроился, ведь получается пропал бы целый месяц трудов и нужно начинать всё сначала.

Но достав яйцо, выдохнул с облегчением. То было абсолютно целым, без единой трещинки. Так что я аккуратно положил его на место, предварительно напитав новой порцией маны.

* * *

Когда всё закончилось, Олаф Грушкон подошёл к читавшим заклинание и со злостью выхватил у них палочки.

— Вы что наделали? Решили подшутить?

— Нет, — ошарашено замотали головами те. — Мы просто читали то, что написано в учебнике.

— И где вы там такое увидели? — закричал учитель, раскрыв нужную страницу.

На удивление, к тому моменту заклинание выглядело правильным.

— Но, там было написано другое, — в унисон затараторили те.

Остальные ученики подтвердили их слова. Но Грушкона это не убедило.

— Похоже, рано вам ещё пользоваться палочками! — высказал он и выгнал всех нас из кабинета.

А чуть позже выяснилось, что подобные инциденты произошли и в классах других элементов. Так водные маги превратили кабинет алхимии в зловонное болото, якобы перепутав реактивы и заклинания.

Маги огня чуть не перебили друг друга на уроке зоологии, ни с того ни с сего начав размахивать своими палочками. А земли — превратили кабинет ботаники в джунгли, взрастив там множество гигантских хищных растений, так что сами еле выбрались наружу.

Но больше всех отожгли маги света: вместо того чтобы создать световую иллюзию ночного неба на уроке астрономии, они снесли потолок, после чего испарили одежду профессора Вениткович и спроецировали её обнажённое изображение в небе.

Конечно, Альбину Вениткович многие не любили, так что вполне могли устроить над ней такую злую шутку. Вот только обвинили в этом Петера Ирштейна. И уж кто-кто, а я никогда бы не поверил, что тот способен на такое. Вот только убедить учителей в его невиновности я не мог.

В итоге, после всего этого фестиваль отменили, а всех учеников отправили по своим комнатам, запретив их покидать до выяснения всех обстоятельств.

В тот же вечер меня вызвали в кабинет директора, где собрался весь педсовет академии, а также обвиняемые ребята.

— На уроке магической теории Вы утверждали, что заклинание в учебнике было изменено, — обратился ко мне директор. — Это правда?

Все пристально смотрели на меня.

Ну вот, только допроса мне не хватало. Небось, ещё обвинят, что это я его изменил.

— Что Вы молчите? Было такое или нет?

— Да, в начале урока я и правда заметил, что заклинание выглядело иначе.

— Откуда мне было знать, что он, правда, знает, как оно звучит на самом деле? — начал оправдываться Грушкон.

— Я не знал. Просто накануне пролистывал учебник, решив подготовиться к следующему занятию. И мне на глаза попалось это заклинание, — соврал я, решив снять с себя подозрение. — А когда открыл учебник в классе, заметил, что теперь оно выглядит иначе.

— Значит, Вы подтверждаете, что заклинание было изменено? — продолжил Артур Бойл.

— Без сомнения. Заклинание было другим.

— Но как Вы тогда объясните, что сейчас оно написано верно? — уставился на меня Олаф.

— Профессор Грушкон, прошу Вас, успокойтесь. Нет смысла обвинять учеников в том, что Вы сами не доглядели, — осадил его Хейг.

Остальные просто молчали.

— Я понятия не имею почему заклинание в тот момент изменилось, и как оно вернулось к первоначальному. Я просто заметил, что текст был изменён, о чём тут же сообщил учителю.

— Что ж, спасибо, — кивнул директор. — На этом можете быть свободны. Но постарайтесь не покидать свою комнату, на случай если Вы снова нам понадобитесь.

Кивнув, я направился к себе. А едва переступил порог, как на меня набросились Анни и Вероника, которые уже поджидали меня там, и тут же принялись закидывать меня вопросами.

— Ну что там было?

— Зачем тебя вызывали?

— Что-то удалось выяснить?

— Они ведь не обвиняли тебя?

— Тише, — успокоил я их, — а то вас услышат. Меня никто ни в чём не обвинял. Но, судя по всему кто-то и правда наложил чары на учебники временно исправив в них заклинания.

— Но кто это мог быть? — удивилась Вероника.

Мы с Анни переглянулись. Конечно, у нас уже был один подозреваемый на уме. Немного подумав, мы решили поделиться своей версией и с Ягодинцевой.

— Так, значит, то, про что вы говорили тогда в лесу — правда? И среди учителей есть предатель?

— Это всё ещё всего лишь предположение, — пожал я плечами. По сути это был первый инцидент, произошедший