Даже не думай (Мартин 1001) - Алена Чапаева

тут выяснилось, что при увольнении секретного сотрудника из органов до наступления окончания контракта Мартину, как бывшему иностранцу, полагалось стереть вообще все воспоминания о России. Памятуя о качестве подобного замещения, Мартин от всей души воспротивился этой идее и внезапно решился на побег.

6

Побег в городе, где всюду снуют дроны и все твои мысли оказываются у сотрудников полиции в мониторе раньше, чем ты успеешь их подумать?! Как минимум, это глупо, как максимум – безнадежно. Но Мартин должен был сообразить что-то, и срочно. Он хотел помнить Светлану, Ивана, море и Москву, хотел, чтобы его воспоминания были только его собственностью. Но как он мог это сделать? В этих условиях, с помощью собственных научных достижений, Мартин мог стать невидимым для дронов с помощью светоотражающего наноплаща, который сам же изобрел, но он не мог стать невидимым для Кати. Если только не… Мартин погрузился в размышления и впал в полусон, во время которого увидел систему двоичных чисел.

1001100… Есть сигнал- нет сигнала, это как удар сердца-тишина, вдох-выдох… Единственное, что могло спасти Мартина во время побега – это попытаться не думать… Вообще, ни о чем… Это как плыть километр под водой, затаив дыхание, как уговорить сердце не биться несколько минут… Как совсем не думать о Светлане… Или об этом чертовом МТ34А… С помощью легкого антигравитационного покрытия вы в считанные секунды окажетесь в любой точке Москвы или за МКАДом… Стоп, вот оно!

Сбережений Мартина хватило на то, чтобы приобрести именно эту модель аэромобиля. С этого момента реклама в голове немного поутихла, мысли стали яснее. Оказывается, иногда надо просто дать системе желаемое, например, купить широко рекламируемый товар. Пусть даже это летающее ведро с гайками.

Мартин на то и выдающийся немецкий инженер, что, поковырявшись несколько дней в программах, сумел таки довести консервную банку до совершенства. А, помудрив еще недельку, смастерил покрытие из светоотражающей нанокраски. Свето-отражающей… Мартин повторил это русское слово и с тоской подумал о севастопольской подруге. Она была такой юной и красивой, похожей на пушкинскую Людмилу, а он, Мартин, должен был похитить ее, как злой старик Черномор.

Вечером Мартин позвонил Свете по видеосвязи.

Та кружилась в облаках пара и сияла волосами какого-то нового сумасшедшего оттенка.

– Света, – тихо сказал Мартин, – я затеваю игру…

Светлана затихла. Она поняла, что Мартин задумал.

– Я хочу тоже… Тебя…

Дальше любовники сделали несколько непристойных жестов, от которых наверняка у надзирателей покраснели уши. А мысли? 111 – на поверхности – грязное, похотливое, иди ко мне… 000 – то, о чем никто не должен знать, завтра в 00:00 у меня в квартире в Москве…

Ровно в полночь Светлана прилетела. Она была полна самых развратных мыслей и самых чистых затей. Да, она умела ловко обмануть отца, но совсем не умела НЕ ДУМАТЬ… А им было необходимо именно это искусство – иначе завтра Матрину сотрут все воспоминания и от него останется человеческий обрубок, напичканный рекламой…

– Один, – шептал Мартин Светлане ночью, глубоко входя в ее тело и сознание, – ты думаешь…

– Ноль,– Мартин отстранялся. – И ты отключаешь все мысли…

– Один, – повторяла Света, – Ноль… Один, один, один…

Мартин был относительно спокоен за себя. У него получалось отключить мозг и стать незаметным для Кати на несколько минут. Впрочем, эта тишина была неконтролируемой и могла в любой момент разрушиться какой-нибудь житейской мыслишкой – о пирожках с малиной, о сексе или побеге. Эта мысль мгновенно делала Мартина видимым. Сотни раз Мартин проверял свою идею на планшете и видел, как пропадает и появляется на радарах мыслеуловителя. В конце-концов у него стало получаться не думать несколько минут или даже час.

На эти эксперименты система особого внимания не обращала, ведь его уже причислили к сумасшедшим, отработанному материалу, а значит он могтворить странные вещи.

Мартин посмотрел на подругу. Один он мог бы уйти. Света отправила на его планшет визуализацию, основной мыслью которой было – “Даже не думай бросать меня здесь!” Но могла ли девушка обмануть систему, ведь ее будут искать сразу же после исчезновения с радаров?

Утром Света, словно заправская супруга декабриста, приготовила омлет, сварила кофе и собрала чемодан. Все выглядело так, будто она прощается с любовником, от памяти которого скоро должны были остаться рожки да ножки. В назначенное время они вышли из дома и направились к аэромобилю…

Незаметно в руке Мартина оказался шприц с иглой. Света показала два пальца и прошептала: “Успей за два часа, к этому времени я проснусь!”

Пара уселась в аэромобиль.

– Наблюдение по сто шестнадцатой, усиленный объект, – сухо раздалось в ближайшем полицейском участке, – включить полное сопровождение дронами до места назначения – клиники “Харемамба”…

– Есть наблюдение, – ответил уставной баритон, – дроны выпущены… Что за погода сегодня, сплошные помехи…

Дроны не сумели зафиксировать летающий объект, так как Мартин вовремя активировал покрытие нанокраской. Включив зажигание, инженер мгновенно погрузил Свету в состояние транса. Сам же он просто закрыл глаза и полностью отключил мысли. Аэромобиль был запрограммирован на перелет за пределы Третьего кольца.

Катя не сразу обнаружила пропажу. Лишь после того, как дроны перестали отправлять видео в систему, стало ясно, что аэромобиль с инженером, носящим в голове важные государственные тайны, и дочерью вице-адмирала исчез со всех радаров. По тревоге были подняты все перехватчики, но в каком направлении ловить беглецов, было не ясно.

Катя усиленно ловила любой намек на мысль быстро перемещающихся в воздухе людей. В какой-то момент один из дронов был сбит невидимкой, и в это место мгновенно перебросили основные силы. Мартин видел, что начинается охота, но пока военизированные дроны сновали вокруг, не замечая аэромобиль МТ34А.

Мартин хранил внутреннее безмолвие. В какой-то момент в нем проснулась непрошенная память о вкусе русского сбитня, затем всплыли в памяти разговоры с военными. Это был искусственный привет от Кати, которая отправляла поток мыслеформ в нужный квадрат. В тот момент все жители квартала, над которым происходила спецоперация, подумали о военном параде, сбитне и гонке вооружений. Катя жаждала получить отзыв, но Мартин упорно, в условиях жестокой погони, сохранял внутреннюю тишину. Аэромобильчик выкручивался из-под дронов как мог и сделал несколько лишних витков над Вторым кольцом. Все было прекрасно, но время истекало и Света вот-вот должна была проснуться. Ее первая мысль или эмоция возбудили бы против беглецов всю военную мощь.

Так и случилось.

Девушка открыла глаза, и над ее головой зазвучала сирена. Следующей реакцией Светы, что самое плохое, стала паника. “Не думай, не думай”, – кричала