Князь Пушкин - Сергей Александрович Богдашов

— Парочка хлопцев, что постарше, вроде умеют перлами управлять, — пожал плечами дядя, — Но я могу ошибаться. Это у деда с Веней нужно уточнять.

Обязательно заеду в эту коммуну под названием Арапово. Нужно посмотреть кого там дед с дядькой воспитывают.

* * *

Как и договорились накануне, Павел Силантьевич заехал за мной утром на своей коляске и мы направились в его имение.

— А где же Ваш помощник? — поинтересовался я у помещика.

— Он ещё часа два тому назад в сторону усадьбы выехал, — объяснил Кононов. — Я велел ему распорядиться насчёт обеда. Надеюсь, Александр Сергеевич, Вы не откажетесь отобедать в моём имении после того, как сделаете перлы для связи.

— Даже не надейтесь что откажусь, — улыбнулся я в ответ и тут из моего рукава послышался голос деда:

— Александр, ты где?

— Под Псковом, а что случилось, Пётр Абрамович?

— Я вчера утром из Петровского в Псков три подводы отправил. Думаю, сегодня к вечеру они до тебя доберутся. Как и обещал, дворню на время тебе выделил, пока своей не обзаведёшься. Найди там у себя угол на десяток людей.

— Пётр Абрамович, не забывай, у меня помимо главного дома, ещё две избы деревянные есть и флигель каменный. Так что на всех место найдётся. А ты про повара не забыл? А то я стесняюсь людей в гости приглашать. Вроде угостить чем-то нужно, а у меня кроме чая да баранок в доме хоть шаром покати.

— И повар в обозе есть, и провиант на первое время, — успокоил дед. — Как прибудут, сообщи мне, чтобы я не переживал.

— Сделаю. Кстати, Пётр Абрамович, раз уж ты в Петровском, то не подскажешь сколько от твоего сельца до Пскова по прямой?

— От меня до Покровской башни восемьдесят три с половиной версты, — услышал я в ответ.

— Ого. Откуда такая точность? — удивился я.

— Из карты Псковской губернии, — хохотнул дед. — Я в своё время много чего мерил по карте. У тебя всё? Тогда жду сообщения по прибытию обоза. До связи.

Сложно сказать, о чём думал помещик во время моего разговора с Петром Абрамовичем, но вид у него был такой, словно он дух собственного деда услышал.

— Подумать только, восемьдесят три версты, а слышно словно за одним столом сидим, — еле слышно пробурчал Кононов. — Александр Сергеевич, а кроме как со своим управляющим, я смогу с Вами связываться?

Всё-таки не зря я сделал себе новый приёмо-передатчик. У меня теперь на всякий случай сто фиксированных частот с небольшим интервалом. Ну и другим клиентам я собираюсь делать такие же. По крайней мере, один передатчик из комплекта точно будет многочастотным. Так что пусть и корявой, но быть артефакторной радиосвязи в Псковской губернии.

— Павел Силантьевич, Вы не только со мной сможете связаться, но и своими знакомыми, если они пожелают заиметь такую связь, — поделился я своими мечтами. — Не буду загадывать наперёд, но думаю что и нашему губернатору при малейшей оказии презентую столь занимательную вещицу. К тому же он уже видел её в действии.

— Александр Сергеевич, а нельзя ли, чтобы Ваш презент губернатору был как бы от нескольких лиц? — робко спросил помещик. — А мы Вам со всем почтением возместим Ваши труды.

— Почему бы и нет? — с трудом скрывая смех, ответил я. — Думаю, что и Борису Антоновичу будет удобно иметь возможность связаться с некоторыми жителями Пскова.

Глава 18

Разговор с инвалидами у меня состоялся под вечер, когда я закончил со своими делами и поездками. Пришлось даже съездить до генерала Керна, поинтересоваться, нельзя ли остальных служивых пораньше в отставку отправить. Оказывается, хорошему человеку всегда могут пойти навстречу. Завтра к обеду им все бумаги оформят и расчёт произведут.

Вот и славно. На радостях презентовал Керну пару бутылок кальвадоса из своего бара в карете.

— Так-с, воины. Давайте знакомиться, — вызвал я инвалидов к летнему столу под навесом и чуть ли не силой заставил их усесться на лавку перед собой.

Ефим, два Ивана и Василий. Они так представились, а я на отчествах пока не стал настаивать. Не заслужили ещё. Вот покажут себя, тогда про отчества спрошу. Неплохой моральный стимул и повод для гордости, когда тебя сам князь по имени — отчеству величает.

— Считать — писать умеете? — два Ивана отрицательно замотали головами, Ефим сдержано кивнул, Василий изобразил что-то неопределённое.

Хех, я как в воду глядел, когда Ефима, с его культёй, в кладовщики пообещал отправить.

— Тогда с тебя и начнём, раз грамотный. В инвалидной команде чем занимался? — спросил я у Ефима?

— Провиантом заведовал.

— Зерно сохранить до весны сумеешь?

— А сколь его будет?

— Пока трудно сказать, но думаю не меньше десяти тысяч пудов. Хотя, рассчитывай, что раза в два — три больше окажется.

— Сколько⁈ — не поверил мужик, да и остальные на меня вытаращились, как на диво дивное.

Чего это они? Десять тысяч пудов — это всего-то сто шестьдесят тонн, если в привычные мне цифры перевести. Три грузовых вагона. Эка невидаль…

— Народа у меня в поместье много живёт. Одних ревизских душ больше пяти тысяч, а с бабами так и за десять тысяч наберётся.

— У справного крестьянина всегда у самого запас на зиму имеется, — подумав, высказался Василий.

— Может и так, но зима обещает быть голодной. Подъедят запасы, а что по весне сеять будут? Втридорога семена покупать? И на какие шиши? Удельное казначейство их деньгами не баловало, как я уже твёрдо знаю. Но об этом позже поговорим. Теперь о насущном. Завтра после обеда генерал Керн пообещал всех ваших отставников оформить и рассчитать. Не мешало бы их встретить, а для этого пару — тройку хороших подвод с утречка предстоит купить. Кто в телегах и лошадях разбирается?

— Телегу мы выбрать сможем, а коней пусть лучше ваш кучер смотрит. Поговорили мы с ним вчерась и поняли, что он дока, — вполне справедливо рассудил Иван Первый.

— Так, теперь, что вас касается. На новом месте вас вряд ли кто ждёт кроме меня, а я в Велье всего раз был, и то мимоходом, так как документы на покупку имения ещё