Первородный. Цена магии - Евгений Валерьевич Решетов

— По одной рюмке выпьем и всё. Не забывай, что завтра охота, — сказал среднему Александр, медленно вставая со стула, будто ещё не отошёл от шока. — Ну, Ян, огорошил, так огорошил. И когда же ты дар-то открыл? Вчера?

— Вчера, вчера, — хитро покивал Владимир, подкрутив ус. — Я только теперь понял, почему он спрашивал были ли у нас маги-физики в предках.

— Да, вчера, — поддакнул я. — Но мне нужно было убедиться в том, что дар действительно пробудился, поэтому я давеча и не сказал о нём. А теперь вот говорю…

— Молодец! — похлопал меня по плечу улыбающийся Владимир и поторопил старшего брата: — Доставай уже свою заначку, жлобятина. Грех же не отметить! Чего ты телишься?

Александр наконец-то полностью встал со стула, открыл нижние дверцы буфета и удивлённо проговорил:

— А я и не знал, что Шмидт такой азартный. Он же с виду не темпераментнее прошлогоднего утопленника.

— На него иногда находит такое настроение, — сказал я и следом строго добавил: — Вы только никому не говорите о проигрыше Шмидта. А то если его папенька узнает, он ему так уши надерёт, что в Империи появится самый настоящий эльф.

— Мы будем молчать, как два трупа, — пообещал за обоих братьев Александр, достав из буфета бутылку водки с красно-белой этикеткой.

Владимир быстро обошёл стол, выхватил бутылку из рук старшего и прочитал надпись на этикетке:

— «Императорская пшеничная особенная из артезианской воды со спиртом тройной очистки». С таким длинным названием эта водочка не может быть дешёвой. А значит, она, скорее всего, хорошая. Голова наутро болеть точно не будет. Можно выпить и по две рюмочки, а то и по три. Событие-то какое…

— По одной, — отрезал Александр, доставая с полки стопки.

Он со стуком поставил их на стол перед Владимиром. А тот в каждую налил с горкой, явно жалея, что тара такая маленькая.

— Ну, за дар нашего младшего брата! — коротко, но с воодушевлением сказал Александр, подняв стопку.

В его взгляде ярким пламенем горела радость и вроде бы совсем чуть-чуть мелькала зависть. Она плавала где-то на самом дне его глаз.

— Чтобы он рос большим и крепким! — возбуждённо вставил средний и широко улыбнулся, обнажив все тридцать два зуба. — А то прежде в этой семье вся надежда была лишь на меня, а теперь на нас двоих с Яном.

Александр снисходительно глянул на Владимира. А потом мы залпом опустошили стопки и начался настоящий допрос…

Братья буквально закидали меня вопросами. Им всё было интересно: и какого уровня у меня дар, и как восприняли в университете новость о том, что я пробудил в себе магические способности. И прочее, прочее…

Я видел на их лицах неподдельный интерес и участие. И чем дольше я отвечал на их вопросы, тем радостнее становились братья. На обычно хмурой, как кирпич со шрамом, физиономии Александра даже появилась улыбка. Он будто помолодел и словно проснулся после долгой спячки. Если бы он улыбался почаще, то не казался бы таким угрюмым, как лысый грач на кладбище.

Признаться, в какой-то миг я ощутил некое братское единение, хотя прежде воспринимал Владимира с Александром чуть ли не как чужих людей. А они вон даже не заикнулись, что я мог бы продать «синьку», получить деньги и погасить наш долг Иванову. Шанс открыть дар был невелик. Гораздо вероятнее было то, что я впустую потрачу такой дорогостоящий актив, как «синька».

На фоне этих размышлений мне даже стало стыдно, что приходится кривить душой, сплетая правду и ложь. Однако я не мог открыться братьям. По крайней мере, пока. Так и сидел, мучимый совестью.

Благо, наши посиделки не продлились долго. Уже через час Александр приказным тоном отправил нас с Владимиром по кроватям. Правда, я лёг не сразу, а сперва быстро постирал в ванной сюртук, повесил его сушиться и лишь затем забрался на второй ярус двуспальной кровати.

Первый ярус облюбовал Владимир. А на диване улёгся Александр, сделавший перед сном штук сто отжиманий. И он даже не вспотел.

Глава 19

Ночь прошла музыкально. Александр храпел мощно и раскатисто, как лев. А средний брат всё больше тоненько и жалобно подвывал, как заяц на луну. Так что нормально выспаться мне не удалось. Да и вставать пришлось ни свет ни заря, поскольку Александр отвратительно бодрым голосом поднял нас с Владимиром аж в шесть часов. Даже солнце за окном ещё сонно зевало.

Благо, холодный душ привёл меня в относительный порядок, а плотный завтрак дополнил дело. Настроение поднялось. Впрочем, оно так же быстро и упало, стоило мне проверить свой запас маны. Её осталось маловато. А ведь мне сегодня надо ехать на охоту.

Мда-а, следовало ещё вчера наворовать маны. Что-то я опростоволосился. Не подумал об этом. Наверное, из-за того, что все мои мысли занимало открытие очередной грани дара.

И что теперь делать? Попробовать побродить по району? Вдруг кто-то из мающихся бессонницей магов встретится мне в такую рань?

— Братья, никто не против, ежели я пройдусь по свежему воздуху? Мозги прочищу, — спросил я, допив остатки чая без сахара.

— Иди, утренние прогулки полезны, — коротко разрешил Александр, поглядывая на хмурого среднего брата. Тот надулся из-за того, что ему не позволили опохмелиться. — Мы с Владимиром и без тебя управимся. Но чтоб через полчаса стоял у подъезда, как штык.

— Хорошо, — кивнул я и подошёл к сюртуку, висящему на двери.

Тот был ещё немного влажным, но я все равно накинул его на плечи и вышел из квартиры. Миновал ступени, толкнул дверь и очутился на улице, укрытой лёгкой туманной дымкой, извивающейся, точно живое аморфное существо.

Воздух оказался прохладным, но вполне себе терпимым. Я втянул его носом и принялся энергичной походкой бродить по району.

К моему счастью, кое-какие люди уже ходили по улицам.