(Не)желанная истинная - Вера Добрая

Честно в Мишу невозможно не влюбиться. Он сильный, умный, заботливый. Каждый день дарит цветы и говорит комплименты, заставляя мои щеки гореть огнем от смущения. За всё время ни разу на меня не повысил голос, хотя иногда я, признаться честно, переходила грань дозволенного. Но у меня гормоны, поэтому я не особо сгораю от мук совести за свой прескверный характер. То ли ещё будет…

– Может, пригласишь своего ухажёра в дом, пока собираешься? – выглянув в окно, спросила Женька, совсем не одобряя мои действия. – Жалко мужика. Смотрит на тебя, как на восьмое чудо света, как на божество какое-то, а ты носом воротишь. Вот уйдёт к более покладистой, будешь знать.

– Не уйдёт, – пожала плечами, уже приняв окончательное решение касаемо Михаила.

Он мой мужчина, я это ощущала очень чётко. И знала, что ради меня и малыша он готов абсолютно на всё. Я очень ценила то, что он не отступил, а все-таки добился того, чтобы мне, несмотря на мою беременность от оборотня, позволили жить с родителями, которым, кстати, память стирать не пришлось.

Конечно после того, как Власова избрали представителем от лица оборотней медведей в совет, он стал реже бывать рядом, но это ведь нормально. Он мне не нянька, а будущий муж. Во всяком случае, мне бы этого очень хотелось.

Еще раз осмотрела себя в зеркало и, оставшись довольная своим внешним видом, направилась к выходу. Мама поспешила следом, чтобы помочь с обувью, ведь у меня живот вырос настолько, будто я не оборотня ношу под сердцем, а слоненка. Женька недовольно сопела рядом, но спорить с мамой не решалась. После моей липовой смерти они стали относится ко мне, да и друг к другу по-другому. Правильно говорят, что лишь потеряв, мы начинаем что-то ценить… Благо у нас всё сложилось вполне нормально, и судьба предоставила нам шанс исправить прошлые ошибки.

– Когда же ты уже замуж выйдешь, мелкая? – подставляя мне свой локоть, выдохнула сестра и, вышагивая будто на подиуме, повела меня к машине Власова, который в свою очередь уже вышел на улицу и галантно распахнул для нас дверцы. – Надеюсь на этом вечере будут свободные интересные мужчины?

Женька моя красивая молодая женщина и фигура закачаешься. А уж что она вытворяет на сцене во время танца – это просто шедеврально, но в личной жизни у моей сестрёнки глухомань полная. И что спрашивается этим мужикам надо? Иногда я даже обращалась к вселенной с просьбой найти для Жени какого-нибудь достойного оборотня. Поэтому не теряла надежды и по возможности везде таскала сестру с собой. Сначала Михаил был против и напрягался по этому поводу, боясь сболтнуть лишнего, но потом я решила эту проблему, посвятив сестру в страшную тайну о Сверхах. Меня конечно тогда едва не покусали, но всё же отделалась я легко – одним недовольным взглядом и обещанием хорошенько меня отшлёпать после родов. Теперь вот сгорала от нетерпения и ждала.

– Тебе вампира или демона? – пошутил Миша, поглядывая на Женьку, которая тут же фыркнула, не рассматривая всерьез подобные предложения.

– Хватит с меня и зятя медведя, – буркнула себе под нос и отвернулась к окну.

Вредничала, потому что завидовала мне. Я понимала ее, ведь я сама себе завидовала.

Хорошо всё-таки стало после того, как принцип работы совета изменился. Теперь узнавшего о Сверхах человека первым делом не тащили в департамент на прочистку мозгов, а беседовали с ним, выясняли степень опасности, а потом предлагали службу в новом филиале, где работают исключительно посвящённые в тайны темного мира люди. Все подписывают договор о неразглашении, правда кровью и при помощи магии, но это не так страшно, если честно. Благодаря такому договору у меня теперь с сестрой имелась общая тайна, которая без сомнения сближала нас, и это было здо́рово.

Ещё я познакомилась с Амалией и ее мужем Марком, который занял место в совете, представляя вампиров. Никогда бы не подумала, что у Дарткана может быть такая милая дочка-демоница, правда в тот момент, когда у нее отошли воды, она вспыхнула, как факел, и перепугала половину торгового центра, по которому мы гуляли в компании Малики. Магическому отделу департамента в сотрудничестве с Чёрным Ковеном пришлось вмешаться, чтобы не началась паника. Спустя какое-то время у Амалии и Марка родилась прекрасная девочка, Евочка. Ее-то мы и ехали поздравлять с рождением.

В общем, теперь я просто не представляла свою жизнь другой. Все такие разные, но я их всех безумно люблю. Даже Дарткана, хотя он так и не перестал играть роль эгоистичного мудака. В этом они зачастую соревнуются с Марком. Так смешно наблюдать…

– О, цветочки? Неужели для меня? – подала голос с заднего сидения сестра, уткнувшись носом в букет темно-бордовых роз, а я перевела взгляд на своего мужчину и снова в очередной раз влюбилась в него.

Красивый, но не ведёт себя как павлин, которого все должны уважать лишь за то, что он такой неотразимый.

– Спасибо, – сказала смущённо и, когда Миша коснулся моей лежащей на коленях ладони, переплела наши пальцы и прижала их к животу, где малыш похоже готовился к чемпионату мира по футболу.

Глава 54. Михаил

Я счастлив. На самом деле очень счастлив, даже несмотря на то, что наше общение с Василисой больше походило на дружбу подростков, нежели на отношения взрослых по уши влюблённых мужчины и женщины. Я хотел её. Хотел так, что каждый раз находясь рядом, яйца сводило от боли, но я держался из последних сил, чтобы не наброситься на неё. Я был готов завязать член в узел и подождать еще немного, пока наш малыш появится на свет, а потом… Потом моей истинной придётся несладко. Я намерен стребовать плату за каждую проведённую в одиночестве ночь и восполнить все упущенные моменты.

Василиса простила меня, я чувствовал это в каждом ее взгляде адресованном мне, в каждом тихом стоне, когда я сминал ее сладкие медовые губы в поцелуе, и понимал, что девушка готова перейти на новый уровень отношений, но упорно молчала из-за своего вредного характера. Я тоже не идеален, поэтому ждал, когда она признается в чувствах или попросит в очередной раз не прерывать поцелуй, озвучит то, что прекрасно читалось в ее тёмно-карих глазках, которые я безумно полюбил. Я не боялся взять на себя ответственность, нет, просто Василиса просила дать ей время и предоставить выбор, и я хотел, чтобы она сама приняла решение, сама поняла, что она моя женщина, а