Проводник. Когда мертвые молчат - Екатерина Леснова

власть и могущество? А вы думали о людях, которые служили вам, у которых не было ни грамма дара? Посмотри на себя, ты взялся играть в бога, решив, что можешь взять искру энергии, дарованную людям, чтобы использовать ее в личных целях!

Меня тоже понесло на пафос, но нужно было что-то говорить, потому что я заметил, что, кажется, приготовления закончились и все участники готовятся к чему-то другому. Люди расставили непонятные приборы по углам пространства. Некоторые чертили символы. Мы все оказались внутри какой-то магической конструкции. Кажется, пора уходить.

— Они отняли у меня родной дар, дав взамен огрызок непонятно чего! Моя семья была сильнейшими некромантами! Тарвисы поднимали армии! Мы могли поспорить силой с императором.

— Парень, так каждый древний род говорит о себе! — Криво улыбнулся, лихорадочно соображая, как бы просто выйти в тот самый коридор, по которому мы пришли.

Карина осторожно коснулась плеча Тарвиса, прерывая его грандиозную речь, которую, видимо, он готовил заранее.

— Пора. — Девушка кивнула Освальду и отошла, заняв какое-то понятное только им место, как и остальные.

Я заозирался, они все словно внезапно остановились на одном месте. Люди просто стояли, будто застыли. Не было никакой последовательности или схемы. Точнее она была наверняка, но я ее не видел, не понимал, однако четко понял, что пора уходить. Освальд это тоже понял:

— Выхода нет, — теперь с его опущенных рук медленно капала кровь на пол. Карина снова подошла к нему и вручила небольшой костяной стилет, с резной рукоятью. — Один человек помог нам, устроил так, чтобы никто не смог помешать.

— Ты о чем?

— Коробки, — парень кивнул на окружающие нас ящики, — в них много сюрпризов. Кого нужно они пропустили, остальным очень не завидую. Я верю выдумке этого человека, совсем недавно он здорово насолил столичной полиции.

Он что сейчас говорит о той операции, в которой участвовала Лиа? Твари темных времен, спецгруппа ничего не знает! Они снова попадут в ту же ловушку! Нужно их предупредить, не дать начать захват. Кристалл! У меня есть кристалл! Демоны, но он же только записывает, не передает!

Я пытался одновременно думать и отвлекать Тарвиса. Нужно продолжать разговор. Боги, оказывается это так трудно. По спине скатилась капелька пота.

— В чем смысл ритуала? Зачем столько жизней? Ты же понимаешь, что работа на таком тонком уровне должна быть индивидуальна, а вас тут полно. Или Тарвисы настолько уникальны, что могут проводить тонкую настройку энергетических каналов сразу у десятка людей?

— Зачем копаться в энергетическом теле? — Освальд улыбнулся, словно говорил с несмышленым малышом. — Мы просто снесем печати с родовых каналов, а количество энергии наполнит энергетические тела магией до предела, она сама распределиться в полях, заполняя нужные и выжигая ненужные.

— Но это ж самоубийство, — поразился я, — это убьет вас всех! Энергия не имеет разума, вас просто разорвет.

— Нет, — покачал головой Освальд, — я ведь жив. Живу много лет. На мне этот эксперимент проводили десятки раз, правда энергии было всегда мало, только та, что оставалась от душ наших родственников, которые отдавали их добровольно артефакту, — он поднял в руке стилет, а затем принялся осторожно по уже разрезанным символам проводить лезвием, наново обозначая слова заклинаний. — Из-за этого силы всегда не хватало, чтобы совсем закрыть дар проводника, чтобы выжечь его и вдохнуть энергию в дар некромантии, который продолжал теплиться в моем энергетическом поле.

— Хорошо, — согласился я. Пока Освальд сосредоточенно снова резал себя, я в кармане пальто нажал на вызов визора. Надеюсь, что последними в списке звонков была или Лиа, или комиссар. Никогда не умел молиться богам, но сейчас их помощь мне бы пригодилась. — Но зачем тебе все они, — я показал на стоящих на своих местах людях, — зачем ты позвал меня? Убил бы парочку человек, тебе бы хватило на себя, если, как ты говоришь, способ работает. И никто бы не заметил. Сколько убивают на улицах каждый день.

— Эксперимент только тогда считается успешным, — поучительно начал парень, несмотря на меня. Карина заняла место позади него, точно так же застыв, как и другие. — Когда результат повторился несколько раз. А поскольку повторить его мне не дадут, то проще увеличить масштаб. Все мы нужны для массы, так сказать, — он неприятно усмехнулся, наконец, посмотрев на меня, то ли закончил, то ли обновлять порезы больше не было нужды. Обе руки кровоточили, парень побледнел сильнее прежнего. — И ты станешь одним из первых обновленных.

— Э, нет, спасибо! Пожалуй, я воздержусь. Проводите ваш эксперимент без моего участия. Вас даже группа захвата не будет беспокоить. Я РАССКАЖУ ИМ ПРО ЛОВУШКИ НА СКЛАДЕ, — куда громче, чем следовало, сказал, надеясь, что Лиа или Ферт услышат меня, — И ОНИ НЕ ПОЙДУТ СЮДА.

— Не трудись, — Освальд, развел руки и сделал два медленных оборота, очерчивая капельками крови круг вокруг себя, — он уже начался, и нам все равно никто не помешает. Здесь мощный щит, я хоть и слабый некромант, но наша семья поколениями училась работать с крупицами энергии, чтобы создавать мощные заклинания. Так что я многое могу, а не только проклинать предметы, — Освальд усмехнулся, словно слышал нашу недавнюю иронию про старую любовницу.

Не знаю, что меня дернуло, какая тварь укусила за зад, но внезапно я выхватил клинок и рванув к нему, захватывая Тарвиса за шею и прижимая тонкое лезвия клинка.

— А теперь, давай-ка просто выйдем отсюда. Никому не двигаться, иначе я перережу ему шею!

— Аарон, ты так и не понял, — парень даже не шевельнулся, стоял, как безвольная кукла, — эксперимент уже идет. Осталась пара секунд. Карина?

Девушка, оказавшаяся теперь сбоку от меня, вытащила из кармана сосуд в форме сердца, наполненный чем-то перламутрово-белым, или же он просто был из этого материала, слегка светившегося и пульсировавшего. Казалось, что сердце бьется, и нет, форма была не как красивый образ, а как настоящий орган, отчего пульсация вызывала скорее неприятные ассоциации, чем умиление. Девушка оставила сосуд у наших ног, слегка повернув его, словно точно устанавливая по каким-то только ей известным параметрам. А потом сделала шаг назад.

— Ну, вот и все, Аарон. Вся твоя болтовня была зря. Ты с первых секунд начал участие в моем опыте, как и все мы. Магия, которую ты не чувствуешь, уже начала пронизывать твое тело. Символы на мне, начертанные стилетом, переносились не только на мою кожу, но и на энергетическое тело каждого из нас, как до этого на тела тех, кто отдал нам души. И на тебя тоже, — Освальд неосторожно кивнул, отчего на его шее надулся кровью порез, но