Тьма и Пламя - Владимир Петрович Батаев

собственник, чтобы делиться. Если со мной, то больше ни с кем. А если с кем-то ещё, то со мной — всё.

— Очень красноречиво, Бернард, ты прямо прирождённый оратор, — хихикнула Ингрид. — Хоть прямо сейчас в коменданты Форта, а через недельку в Императоры.

— Ничего, руководителям речи пишут специально обученные люди, — отмахнулся я. — А тех, кто будет насмехаться, всегда можно казнить. Или хотя бы выпороть…

«Тётушка» покраснела. А Хлоя закатила глаза.

— Давайте вы вот это всё как-нибудь без меня. Или выставим отсюда этого болтливого мужлана. Он неприятно напоминает мне папеньку своим поведением и словами.

— Разлом! — воскликнула Эйлин, вскакивая на ноги и хватаясь за мечи.

Остальные последовали её примеру, только Хлоя обернулась через плечо и поморщилась. Но ничего сказать не успела. Вместо трогглов из Разлома вышел мужик в помятой широкополой шляпе с торчащими над плечами рукоятями парных мечей.

— Звала, дочурка? — спросил он у Хлои. Оглядев нашу компанию, задумчиво хмыкнул. — Интересно ты тут время проводишь… Очень интересно… В основном с девочками… Хм…

— Она не с нами, — тут же открестился я. — То есть, не со мной. То есть мы просто друзья… Коллеги…

Он окинул меня задумчивым взглядом, стянул с головы помятую шляпу и почесал в лохматом затылке. Усмехнулся. Эта усмешка мне не понравилась, было в ней что-то такое… Наверное, с такой же ухмылкой этот тип мог бы снести мне башку или выпустить кишки, а потом перешагнуть через труп и пойти дальше, насвистывая.

— Да ты не тушуйся, мужик. Бери от жизни всё, — он погрозил мне пальцем и добавил: — Но потом положи обратно.

— Мужик? — переспросил я.

Выгляжу-то я как парнишка девятнадцати лет…

Он окинул взглядом четвёрку моих женщин, снова хмыкнул. А, он в этом смысле…

— Да всё я вижу, Трижды Рождённый, — сказал он совсем не то, чего я ожидал. — И слышу чёрный ветер, который шумит у тебя в голове. Сам такой же.

— Джестер! — окликнула его высунувшаяся наполовину из Разлома рослая фигуристая блондинка. — Что ты там застрял? Забирай уже этот пр о клятый меч и пойдём!

— Куда идём мы? Туда, где светит солнце, — фальшиво напел он, забирая со стола чёрный меч коменданта.

Да, он точно из моего мира, как я и подозревал.

— Пр о клятый меч? — заинтересовалась «тётушка» Ингрид.

— Игрушка не вашего уровня, дамочка, — покачал головой Джестер. — Этой штукой машут те, кто убивает богов. Или объявляет войну демонам. Да, приятель?

Он постучал по лезвию ногтями, больше напоминающими когти. И меч в ответ завибрировал, загудел.

— Нет, себе не возьму, — покачал головой он, будто отвечая клинку.

— Да ты же опять потеряешь или сломаешь, как все остальные, — закатила глаза блондинка.

— Вообще не везёт мне с волшебными мечами, — развёл руками он. — Вон, пришлось освоить технику духовных клинков. Будто я китаец какой-то.

Только теперь я заметил, что мечи у него за спиной странно пульсируют и немного меняют размер и форму. А ещё висят без ножен, будто приклеенные. Как и у Хлои, только эти чёрные, сотканные из Тьмы, а у неё белый. И выглядящий более физическим.

— Не везёт? — фыркнула его спутница. — Это теперь так называется?

— А как? — с невинным видом уточнил он.

— Я тебе потом скажу, не при детях, — пообещала она.

— Ой, да пошла ты, — прошипела Хлоя.

— Ешь больше капусты, девочка, — посоветовала ей блондинка, ничуть не обидевшись.

Хлоя покраснела, а я не удержался и заржал.

— Вот, говорил же — наш человек, — криво усмехнулся Джестер.

А у меня от его ухмылки опять мурашки по спине побежали. Был бы тут Феликс, наверняка шипел бы на него и вздыбливал шерсть.

— Не, котики меня любят. И я их тоже. Особенно в шаурме.

Эй, он что, мои мысли читает?

— Это он так шутит, — успокоила блондинка. — Никто не любит его шутки. Но когда он становится серьёзным… Такое не каждый мир выдержит.

— Да уйдите вы уже, не позорьте меня, — простонала Хлоя, спрятав лицо в ладони.

— Уходим, уходим, — заверила блондинка, ухватив Джестера за шиворот и затаскивая в портал.

— Наступят времена почище! — успел выкрикнуть он. — И я ещё вернусь!

— Надеюсь, не раньше, чем лет через тридцать, а лучше пятьдесят, — проворчала Хлоя, когда портал закрылся. — Всё, леди, на сегодня наше заседание окончено. Давайте встретимся в другой раз. И без этого типа… С чёрным ветром в голове, — кивнула она на меня.

А чего я сделал-то⁈ Она сама папашу упомянула. Да и вообще, явился он совсем по другому поводу — за мечом коменданта. Мог бы прийти и пару дней назад, когда тут вообще никого не было. Но это-то он явно нарочно подгадал.

Странный тип всё же. На вид — как мой ровесник. Ну, не этого тела, конечно, а настоящего меня. Лет на тридцать пять смотрится. Хотя ощущения от него — бр-р… Прямо как от древнего чудовища, так что на самом деле ему наверняка уже сотни лет.

А вот его подружка ничего такая, в моём вкусе. И с нормальным чувством юмора, плоскодонку Хлою подколола насчёт капусты прямо в тему. И правильно, нечего хамить «мачехе»! Хотя сомневаюсь я, что подобные сверхчеловеческие сущности, странствующие по мирам и спокойно рассуждающие об убийстве богов, как-то формально оформляют свои отношения.

— Так, вот теперь я точно поседела, — пробормотала «тётушка» Ингрид.

— Ну так побрей всё, — флегматично отозвалась леди Сандра. — А меня вот этот тип возбудил… Он такой… И если наш Берн станет таким же…

— Всё, я пошла отсюда! — вскочила Хлоя. Не забыв, впрочем, прихватить на дорожку пару блинчиков. — Если вы собираетесь обсуждать моего папашу в таком тоне… Точно без меня!

Сэнди только звонко рассмеялась ей вслед. А я покачал головой. Никакой ревности к этому Джестеру у меня не возникло. Местные дамы — не его масштаб. И я вряд ли обрету мощь, позволяющую свободно создать портал в любой мир. Но мне и не надо. Я даже не особо расстроился, что меня мигом отшили из кандидатов в коменданты Форта. Зачем мне эта власть, от неё одна головная боль. Лучше буду наслаждаться жизнью, а глобальные вопросы управления дамы пусть решают без меня.

* * *

— Скажи, Вселенная, ответь,

Пока звенит монеты медь,

Что мне дано, что суждено,

Где в жизни светлое пятно?

Затянул я песню, взобравшись на сцену. Да, есть там пара строчек, которые местные могут и не понять. Но, в конце концов… Плевать! Я уже опрокинул пару кувшинов пива, так что тех, кто будет задавать глупые вопросы, просто пошлю к Предкам.

– Пока звенит монеты медь,

Мне дай ответ уразуметь,

Что за монету я куплю,

Иль равен выигрыш нулю?

Что мне дано, что суждено?

Не упаду ли я на дно?

Коль променяю медь на сталь,

То жизни станет мне не жаль.

Где в жизни светлое пятно?

С мечом приду я в казино,

И сталь побьёт шестёрку треф,

Коль жизнь не усмирит мой гнев.

А в этом мире есть карточные игры? Вот как-то я умудрился за несколько месяцев этого всё ещё не выяснить. Надо наверстать упущенное. Да и спросить уже есть кого. Число собеседниц для откровенных разговоров недавно расширилось… И все женщины, да уж. По-мужски потолковать не с кем… Да и зачем?

— Мне дай ответ уразуметь,

Мой голос должен прогреметь?

Иль лучше стоит мне молчать

И разучиться вмиг мечтать?

Что за монету я куплю,

Кого однажды полюблю,

Что мне дано, что суждено,

Кем в жизни всё предрешено?

Коль променяю медь на сталь,

То на коне умчусь я вдаль.

Не упаду ли я на дно,

Раз всё предрешено давно?

Раз равен выигрыш нулю,

То шут здесь равен королю,

И жизни станет мне не жаль,

Когда я разобью скрижаль.

И сталь побьёт шестёрку треф,

В тени густых эльфийских древ.

Пред кем мне здесь благоговеть?

Скажи,