Гнев Империи III - Антон Романович Агафонов

Их сила больше похожа на силу подклятвенных, чем Истинных, но даже так те, кто принял эти таблетки, могут стать гораздо сильнее и быстрее простых солдат. Мои люди давно изучали эти таблетки и смогли выяснить, что большая часть ключевых ингредиентов этого препарата просто не растет у нас, а даже если бы мы их посадили, создав подходящие условия, то на выращивание некоторых образцов буквально уйдет больше ста лет. Цена этих пилюль огромна, и даже если Небесный Император или одна из подконтрольных сект решит нам их продавать в достаточном количестве, на это уйдет слишком много денег. Мы при всем желании не сможем обеспечить нашу армию достаточным количеством пилюль. И все же разработки в области расширения человеческих возможностей велись давно и наконец дали свой результат. Несколько десятилетий назад мой дорогой “друг” Инокентий Беспалов смог получить первый образец хладогеля, что перевернуло всю нашу промышленность. Теперь же я хочу вам представить нечто такое же удивительное.

Мальцев отступил чуть в сторону, и девушка в короткой юбке выкатила на сцену каталку, на которой лежал металлический кейс. Мужчина несколькими быстрыми движениями открыл замок кейса и извлек оттуда одну из нескольких металлических ампул со стеклянными вставками, демонстрирующими содержимое. И это самое содержимое мне не понравилось.

Внутри словно был кусочек бури. МОЕЙ БУРИ! Едва заметное багровое свечение с время от времени вспыхивающими вспышками молний.

Вне всякого сомнения, это микроскопический кусочек моей силы. Силы, которую каким-то неведомым мне способом смогли отделить и поместить в контейнер.

— Бурегель! — торжественно объявил Мальцев, поднимая ампулу и показывая её всем вокруг. Послышались обсуждения, перешептывания и всё в таком духе. И это лишь сильнее выводит меня из себя.

Святотатство!

Это уже даже не контракт, не создание других аватаров, что пусть и неприятно для меня лично, но естественно для Стремлений. Я не знаю, какую технологию или магию они использовали, но мне приходилось делать над собой неимоверные усилия, чтобы прямо сейчас не пойти и не оторвать голову этому человеку.

— Дима, успокойся… — Хильда взяла меня за руку. — Я не понимаю, что тебя так разозлило, но… перестань. Пожалуйста…

Пришлось сделать глубокий вдох и взять себя в руки. Она права. Если я сейчас выйду на сцену и начну задавать вопросы, это вызовет лишь проблемы. Но с Рубцовым я поговорю. Пусть Руслана я и вынужден был игнорировать, но вот эту штуку — нет.

— Как и хладогель, мы можем получать эту субстанцию в относительно большом количестве. Пока что не достаточном для промышленного применения в машинах, но его иное свойство позволит сделать наших солдат лучше, — объяснил Мальцев и жестом позвал кого-то из закулис.

На сцену вышел немолодой, побритый почти на лысо мужчина, худой как щепка, с кровавыми подтеками на лице.

— Этого человека зовут Семён Федосеев, и он преступник. Он с несколькими своими подельниками устроил ограбление, в ходе которого погибло два человека. Семён пытался бежать из Петрограда, но был пойман. У него был выбор: поучаствовать в нашем эксперименте на благо родине или отправиться в Королёв. Он выбрал первое.

Семён стоял, опустив глаза в пол, и наверное думал что-то вроде: “Быстрее бы это закончилось”.

— Ну что, Семён, ты готов?

Он нехотя кивнул, и Мальцев, довольно ухмыльнувшись, зашел ему за спину, одновременно доставая инъектор из чемодана с капсулами. Колол Мальцев куда-то между лопаток, да ещё длинной толстой иглой.

И в тот момент, когда бурегель оказался внутри заключенного, я ощутил отголоски грома, какие бывают при заключении контракта. Но… Это был не контракт, в этом я абсолютно уверен.

— Что ты видишь? — спросил я у Хильды.

— Он… Вначале я видела его смерть. Смерть от чахотки, но теперь… теперь я вижу только его, но внутри него словно вспыхивают алые молнии. Никогда ничего подобного не видела.

— Это неправильно, — почти прорычал я. — Так не должно быть!

Через несколько секунд после укола мужчина рухнул на колени, и его выгнуло дугой. Он то хватался за голову, то за грудь, словно та горела. А может, именно это он и чувствовал? Но одно точно — ему больно.

Всё закончилось внезапно.

Его тело при этом словно стало чуть более красным, как будто кровь прилила к коже при жаре.

Мальцев на всякий случай отошел, а часть солдат взяла на мушку заключенного, а не демона.

— Встань, Семён, и скажи, что чувствуешь!

Мужчина ответил не сразу. Он ещё какое-то время просто сидел, скребя пальцами свою макушку.

— Я… Я чувствую себя странно… Чувствую силу… И… Чувствую вас…

— Всё хорошо, — заверил его Мальцев. — Бурегель раскрывает внутренние резервы человеческого тела. Повышаются не только сила, скорость и выносливость, но также болевой порог и регенеративные свойства тела. Он может пережить даже смертельно ранение.

Он врал. Никакие резервы тут не использовались. Этому человеку просто ввели в тело фрагмент божественной энергии, и чудо, что при этом сила не разорвала его изнутри. Рубцов не удержался и все-таки бросил на меня короткий взгляд, проверяя мою реакцию на увиденное.

— А теперь, Семён, если ты сможешь одолеть демона голыми руками, то обретешь свободу. Всё как мы и договаривались. Одна схватка, и ты получишь амнистию.

Мальцев поспешил сойти со сцены, освобождая место, а Истинный, что наблюдал за зрелищем без особой радости, быстро сформировал вокруг демона и заключенного большой силовой барьер. Теперь, если что-то пойдет не так, то никто пострадать не должен.

— Теперь же мы проведем небольшую демонстрацию. Человек против демона. Кто победит?

И рассмеявшись, словно речь была о какой-то мелочи, а не о чьей-то жизни, Мальцев дал знак подчиненному. Замок на клетке с демоном был не простой, а дистанционный, и для его открытия даже не нужно было подходить к клетке.

Створка неторопливо отворилась, и демон, скалясь, сделал шаг вперед. Первое впечатление о том, что у него повреждена нога, оказалось правильным — демон сильно прихрамывал, но не стоит недооценивать этих тварей. Их тела те же аватары, наподобии моего, разве что управляет им не нечто могущественное, а низший демон, который оказавшись в этом мире сгорел бы заживо из-за частиц Света в воздухе. Так что погибнув они просто вернуться в Инферно. Им не страшно умирать, и они будут сражаться