Из отпуска в отпуск - Каори Треми

огромными от удивления глазами и не знала, что дальше делать, потом все же взяла себя в руки и спросила.

— Степочка, а ты когда-то моряком был?

— Нет, — наконец отвлекся чертенок, — просто песня хорошая, а тебе или не нравится?

— Нравится! — опешила бабушка и наконец заметила Машу, — Ой, внученька, а что это ты за окном стоишь? Ты в дом проходи, вот Степочка уже здесь сидит, пирожки ест!

— Да вижу я, какие у него здесь пирожки…

— Ты проходи, не стесняйся, я уже знаю, что ты спрашивать пришла!

В доме кажется ничего не изменилось, кроме весьма недовольного чертенка, который кажется был недоволен именно тем, что ему пришлось прекратить горланить свое безобразие. Хотя песня и казалась Маше знакомой, вспомнить ее она так и не смогла, как и понять, как и главное, где Степан ее нашел и услышал…

— Вот она, наша благодетельница, теперь она еще этого проходимца спасать собралась! — как только девушка вошла на кухню, заорал чертенок, — Нет бы мне, родному, помогла!

— Так ты из-за этого весь этот цирк устроил? Степа, тебе-то какая помощь нужна?

— Я человеком хочу снова стать!

— Хорошо, а мне тогда что делать? Отпустить тебя, или как я объясню мужу еще одного мужчину в нашем доме?

— У меня конечно есть идея, но она тебе не понравиться…

— Степан, твои идеи никому не нравятся, перестань девочку пугать! Ты вообще, я смотрю, обленился и работу свою не выполняешь! — вдруг сказала бабушка таким строгим голосом, что оба ее визитера выпрямились по струнке смирно.

— Ладно, понял, не дурак. Останусь на еще одну человеческую жизнь котом.

— Степа, прекращай, вы сюда ссориться пришли или вопрос решать?

— Точно, времени у нас не так и много, этот парень Денис, в общем я так посмотрела, я могу ему помочь…

— Можешь, да не можешь. Ты ему можешь подсказать, найти обряд, даже немного в нем поучаствовать, но полностью на себя всю помощь взять не можешь. Он должен научиться или сгинуть! — на этих словах лицо бабушки немного изменилось, но даже этого хватило, чтоб Мария испугалась.

— А как нам лучше это сделать?

— А карты-то что говорят?

— Церковная магия…

— Так вот и делайте церковной. Как все, что ей можно снять вычистите, так и за другие дела возьметесь, тогда и за ответами ко мне придешь, так как в церковной направленности я мало что знаю.

— Ну вот, а я надеялась, что ты нам подскажешь…

— Подскажу, как только более знакомыми мне методами работать будете, а то, что я знаю на эту тему, все в тетрадях записано. Но дам тебе пару советов, хоть ты их уже и слышала не раз. Не надейся ни на кого, кроме себя. Прежде чем что-то делать, проверяй. В особенности, если тебе этот обряд кто-то дает, смотри внимательно, люди разные бывают. Ну и самое главное, не бери всю работу на себя.

— Хорошо, бабушка! Ладно, пойду я тогда, а то у меня дел еще куча…

— Иди, внученька, и приходи, когда у тебя еще вопросы появятся.

— До свидания, бабушка! — в один голос сказали Степа и Маша. И оказались в совсем другом месте.

— Степ, а можно мне поспать спокойно? — начала ругаться Мария.

— Нет! — нам надо готовиться, а у тебя больше времени свободного нет, ты постоянно чем-то занята.

— Конечно занята, у нас то прием, то дома дела какие-то, да и на дочку я хочу посмотреть, поиграть с ней, мне порой кажется, что я ее только в выходные вижу!

— Маш, а как раньше жили, когда детей в ясли при предприятии в 1–3 месяца отдавали и выходили на работу, а еще не поверишь были сады круглосуточные, пятидневные!

— Степ, не напоминай мне об этом ужасе! Я хочу чтоб Василиса выросла с родителями и в семье, чтоб она знала, что ее любят!

— Она и так знает, а нам работать надо, если тебе с кукловодом повезло, то не факт что повезет еще раз!

— И что ты предлагаешь?

— Тренироваться! Или по крайней мере обсудить, что мы будем делать?

— Как что? Я там видела один обрядик хороший, ну конечно не настолько насколько хотелось бы, но все равно очень приятный, так вот проведем его, а потом посмотрим, что можно еще сделать.

— Уж не тот ли, где свечи и соль используются?

— Да, этот а как ты догадался?

— Машенька, а ты внимательно слова то читала? Или в мыслях своих витала пока его переписывала?

— А что такого?

— А то, что это банальный переклад и он не церковный!

— То есть это мы какому-то человеку сделаем гадость?

— Да! И не просто гадость, а основательно так навредим.

— Ну вот. А я думала вот сейчас сделаем, потом он сам повторит и все хорошо будет…

— У него-то может и будет, а у кого-то другого будет очень плохо, а человек без дара с таким может и не справиться загнуться за пару месяцев…

— Тогда что у нас есть в арсенале? Я ничего припомнить не могу…

— Ну помнишь с водичкой святой…

— ЭТО? Степ, это ж как ножом дерево пилить!

— Ну а что делать то? Другого то у нас нет.

— Может ему покаяться сходить?

Чертенок засмеялся, так что кажется даже слезы из глаз брызнули, хотя как такое могло произойти если он кот, Марии было не понятно.

— Не говори больше такого… Ему это точно не поможет. Это помогает лишь истинно верующим, и тем кто в своих грехах сильно раскаивается, а если просто прийти и перечислить свои злые дела, то они так с тобой и останутся на всю жизнь.

— Понятно, а думала…

— Ты вспомни как в каком-то там веке деньги церковь делала, продавая бумажку с индульгенцией, за безумные деньги.

— С чем? — не сразу поняла девушка.

— С прощением всех, даже смертных грехов, про крестовые походы во имя веры я вообще молчу.

— Вообще-то мы здесь собрались, чтобы обсудить что нам дальше делать, а не вспоминать старые времена, тогда вообще много всякого ужаса творили, но это же не повод это вспоминать…

— Повод! Ты же хочешь мои сказки слушать! А вообще, ты права. К нам еще Ксюша и Кристина придут на днях.

— А разве время?

— Время, тебе подготовиться дают, так вот им там немного еще дочистить надо и все, сообщить, что они могут начинать жить настоящей жизнью.

— Я помню и обряды для них уже готовы.

— А почему я не знал? — удивился чертенок.

— Потому что ты все проспал! А теперь дай мне поспать спокойно.

— Да, спи, я тебе не мешаю.