Тьма в твоих глазах - Евгений Фронтикович Гаглоев

– Он может оставить меня в этом теле! Он правда это может. Нужно лишь выполнить его приказ!

Внезапно пальцы Ларисы сомкнулись на увесистом бумажном пакете с солью. Она рванула пакет на себя, развернулась и практически швырнула его в лицо Олегу.

От удара пакет с треском лопнул. Белое соляное облако моментально окутало голову одержимого, соль попала ему в открытые глаза, в разинутый рот. Он издал дикий вопль, схватился за лицо, хрипя и кашляя, а затем вдруг резко дернулся, во весь рост рухнул на пол и замер.

А Тимофей Зверев, объятый ярким огнем, наступал на перепуганных Кади Блоншера и Мукеша. Вокруг его фигуры разливалось золотистое сияние, играл над головой чешуйчатыми кольцами гигантский огненный змей.

Мукеш выхватил из-под куртки пистолет и трясущейся рукой направил его на приближающегося Зверева.

– О, так теперь мы действуем по старинке, – ухмыльнулся Антон Василевский.

Он шевельнул рукой, и пистолет вылетел из дрожащих пальцев дворецкого.

– Так о какой шкатулке идет речь? – грозно спросил Тимофей у лежащего на полу доктора Блоншера. Огненный змей плавал кругами вокруг его головы. – Что в ней такого особенного?

– Артефакт, – с ненавистью просипел Кади Блоншер, не сводя глаз гигантского полыхающего змея – Глаз Равеля! Он принадлежит мне, а они украли его! Умыкнули из-под самого носа. Тогда, на набережной, Мукеш хотел прикончить всех троих, но погиб только один, а остальные умудрились скрыться… Пришлось воспользоваться другим артефактом, чтобы вернуть эту заблудшую душу обратно в тело и отправить на поиски украденного… Но Глаз Равеля мой, слышите? Мой! По праву собственности! Я честно купил его, отдав огромные деньги!

– Устинье Сатановской, – прошептал Тимофей.

– Не помню, как ее звали. Но полоумной старухе он был без надобности, а у меня уже тогда хранился второй элемент! Но теперь его нет! – истерично взвыл колдун, потрясая пухлыми кулаками. – Верните мне мой артефакт!

Антон Василевский повернулся к Ларисе, но увидел только Олега, слабо шевелящегося на полу мастерской. Парень, густо обсыпанный каменной солью, тихо что-то простонал и схватился за ушибленную голову.

А Лариса уже выбегала из здания.

– Черт! – крикнул Антон. – Тимофей, Темный попутчик уже в ней!

Резко сорвавшись с места, Василевский бросился вдогонку за девушкой. Тимофей смерил презрительным взглядом старого колдуна и его мрачного дворецкого и поспешил за Василевским. Огненный змей медленно растворился под потолком ангара.

Выбежав из здания, парни увидели Ларису, энергично роющуюся в большом мусорном контейнере. Над фигурой девушки вилась черная дымка. Она была отчетливо видна в морозном воздухе на фоне падающего снега.

– Нашел! – восторженно крикнула Лариса двумя голосами одновременно, мужским и женским, и обеими руками подняла над головой черный пластиковый пакет, который лишь недавно выбросила в контейнер.

С легкостью разорвав пакет, она вывалила себе под ноги обломки гипса, обрывки картона, несколько небольших мешков со строительным мусором.

Затем выхватила из этой кучи пыльный мешочек из черной ткани, разорвала его и бережно вытащила старинную черную шкатулку, покрытую резными узорами. Из рваного мешка к ее ногам выпало несколько прозрачных пластиковых пакетиков, туго набитых пачками денежных купюр и блестящими побрякушками.

Одержимая Темным попутчиком девушка развернулась и хмуро уставилась на подоспевших Зверева и Василевского. Тимофей уже прикидывал, как бы половчее выхватить у нее шкатулку с артефактом, но тут вдруг вещица сама вылетела из ее руки и плавно поднялась в воздух. Лариса, Тимофей и Антон изумленно следили за ее полетом. А шкатулка пролетела над пустырем и легла в протянутую руку доктора Кади Блоншера, только что вышедшего из мастерской. За спиной старика угрюмой тенью вырос дворецкий Мукеш. Он быстро подошел к мусорному контейнеру, не обращая внимания на застывших ребят, торопливо собрал рассыпавшиеся деньги и драгоценности и вернулся к хозяину.

– Наконец-то он снова в моих руках, – благоговейно прошептал доктор Блоншер.

Глава 35

Манипуляции

Алиса не любила, когда в библиотеке «Темных аллей» находился еще кто-то, кроме нее. К счастью, это случалось нечасто. Но сегодня ей не повезло. Когда она вошла в читальный зал, за ее любимым столом у окна сидел мальчишка лет шестнадцати. Тощий и слегка косоглазый, в такой же серой пижаме, как у нее, он энергично раскрашивал картинки в журнале мягкими восковыми мелками. Видимо, кто-то из новеньких. Она не видела его раньше.

Всего в библиотеке было шесть белых пластиковых столов с закругленными углами. И Алиса с удовольствием заняла бы любой из них, но собравшаяся здесь компания ее совсем не радовала.

Кроме косоглазого мальчишки, в читальном зале сидела полоумная старуха Софья, совершившая несколько убийств. Обычно ее не выпускали из камеры. Она любила кидаться изнутри на окошко в двери и выкрикивать проходящим мимо посетителям разные гадости. Но сегодня ее накачали таким количеством успокоительного, что Софья едва могла двигаться. Старуха сидела за пластиковым столом с совершенно отстраненным видом и то и дело задремывала, ее голова опускалась все ниже.

У самой двери устроился Казеин – тот самый жуткий альбинос с острыми подточенными зубами. На нем была устрашающего вида брезентовая смирительная рубашка, которую обычно надевали на самых буйных пациентов клиники. Ее длинные рукава были завернуты за спину Казеина и пристегнуты прочными кожаными ремнями. Алиса нерешительно замерла в дверях. Казеин пялился на девушку красными глазами и глумливо улыбался. Алиса уже хотела развернуться и уйти, но тут в библиотеку вошел уборщик Борис со шваброй и большим ведром, наполненным водой.

– Привет, – бросил он ей на ходу. – Ну как ты?

– Сама не знаю, – призналась Алиса. – Ко мне снова приходили какие-то специалисты… И я теперь сама не своя.

Борис молча кивнул и принялся за уборку помещения. Косоглазый парень лишь мельком взглянул на него и начал раскрашивать другую картинку. Старуха Софья тихо всхрапнула и невнятно что-то пробормотала, а Казеин довольно ухмыльнулся.

– Что он здесь делает? – спросила Алиса, с опаской покосившись на альбиноса.

– Его переводят в другую камеру, – ответил Борис. – А пока ее готовят, вывели погулять. Но ты не бойся. Связанный, он не опасен.

– Я бы не был так в этом уверен, – оскалил острые зубы Казеин. – Подойди ко мне, девочка, ослабь мои ремни, и я покажу тебе, насколько я безобиден.

Алиса не обратила на его слова внимания.

– А еще я что-то вспоминаю, – сообщила она Борису, орудовавшему шваброй. – Какие-то лица, необычные места…

– Но ведь это чудесно! – обрадовался парень. – Значит, ты идешь на поправку.

– Но я вижу очень странные вещи, – робко проговорила девушка. – Они пугают меня… Охваченные огнем здания, какие-то дремучие