Проклятый Врач. Том I - Дмитрий Бурдин
— Убедиться? В чём? Да в каком смысле важно⁈ — он почти перешёл на визг. — Ты хирург, а не патологоанатом! Тебе что, своих пациентов не хватает? У тебя Фертман в палате, Вика эта чумная… а ты в морг собрался! На труп с татуировками! Ты аху… доктор Ким?
— Выдохни, — я поднялся, отряхивая халат. — Лёх, мне нужно на это посмотреть. Вживую. Мне кажется, я знаю, кто это.
Разумеется, я врал. Ну а что я ему скажу? У типа такие тату, как и у меня? Нет! Проще сделать вид, словно я могу опознать тело, и тогда вопросов будет куда меньше.
Примечательно, что Лёха редко матерился. Вообще редко. А если матерился, значит, реально ловил клин.
— Лёх, — я положил ему руку на плечо. — Просто помоги мне туда попасть. У тебя же есть связи с тем моргом? Ты же с кем-то ещё из экспертов в сауне парился?
— В бане, Саня, в бане! И это было один раз, семь лет назад! — он покраснел. — И при чём тут…
— Позвони им. Узнай, когда вскрытие, скажи, что я, возможно, знаю, кто это.
Лёха замялся. Он смотрел на меня, и в его глазах читалась борьба: желание помочь другу боролось с пониманием того, что друг окончательно слетел с катушек.
— Я… я позвоню, — наконец выдохнул он. — Но на кой хер тебе это⁈
— Лёш, — я кивнул. — Звони.
Он не стал спорить. Подумал с минуту, затем направился на выход, бормоча что-то себе под нос. Я же остался один… ну, как один? Был ещё «голос», который в моменте активизировался:
«Любопытная вещь, сосуд, — захихикал Старик. — Был хирургом, а теперь будешь трупы вскрывать! Ты не чумной ли доктор, часом? Чума, вон, у тебя как раз есть! Не можешь живым спасать, — тараторил тот. — Решил мёртвых резать⁈».
— Заткнись, — буркнул я, посмотрев на свою ладонь. — Мне нужно знать, что это. И почему он умер.
«А что тут непонятного? — голос в голове стал серьёзнее. — Сосуд не выдержал. Наполнился чрез меру — и лопнул. Ты и сам так лопнешь, ежели осколки собирать будешь, да меры не знать».
— Это я и сам понял. Мне нужны детали! Давай, тужься, рассказывай!
Но Старик лишь хмыкнул и замолчал, оставив меня наедине с таймером и мыслью о том, что я, возможно, продлю себе жизнь.
* * *
С доступом, само собой, вышла загвоздка. Лёха-то пробил, куда труп увезли: в областное бюро судмедэкспертизы. Только вот так просто туда не сунешься. Пропуска, разрешения, подписи прокурора…
У меня всего этого добра отродясь не водилось. Зато в запасе имелся один мощный козырь: генерал-майор в отставке с обострённым геморроем и предраковым полипом в придачу.
Застал я Петра Семёновича за любимым делом. Восседал он на больничной койке и с аппетитом уплетал куриный бульон. Выглядел бодрячком, честное слово, будто на парад готовился, а не к резекции прямой кишки.
— Александр Сергеевич! — пробасил он, едва я переступил порог. — Завтра режем?
— Завтра, Пётр Семёнович, — я пододвинул стул и сел. — Но мне от вас помощь нужна.
Ложка замерла на полпути ко рту. Старик прищурился, взгляд стал колючим.
— Излагай.
— Мне нужно попасть на вскрытие. В областное СМЭ. Тот самый труп из канализации… без лица, весь в рисунках. Очень надо на него глянуть своими глазами.
Генерал выдержал паузу. Секунд тридцать просто молчал, сверля меня взглядом, потом неспешно кивнул.
— Это из-за того, что у тебя на руке? — он кивком указал на мою правую ладонь, которую я, разумеется, машинально уже успел запрятать в карман халата.
Я вздрогнул. Откуда он…
— Дорогой мой доктор, — генерал усмехнулся в усы, — я тридцать лет прослужил в ГРУ. Я вижу вещи, которые обычные люди не замечают. Ты постоянно трёшь правую ладонь. Рисунок как у того трупа. Вы из секты? Или служили вместе? Рисунок-то сложный!
Что ж, отрицать бессмысленно.
— Да, Пётр Семёнович. Это из-за этого.
Он вытащил из-под подушки старый потрёпанный телефон, набрал номер и рявкнул в трубку:
— Подполковник Синицын? Басманов. Мне нужен пропуск в областное СМЭ. На сегодня. На имя Ким Александр Сергеевич. Да, хирург. Пусть пройдёт куда угодно. Выполнять!
Он бросил трубку и посмотрел на меня.
— Через час тебя будет ждать капитан у входа. Не благодари. Лучше режь так, чтоб я мог потом на параде сидеть без боли.
— Сделаю, Пётр Семёнович, — я встал. — Спасибо.
— Иди, — он махнул рукой и снова взялся за бульон. — И аккуратнее там.
* * *
Областное бюро судмедэкспертизы — это не то место, куда хочется ехать в свой выходной. Да или… вообще туда ехать⁈ Зачем, как говорится.
В общем, оно представляло собой мрачное здание из красного кирпича, построенное ещё при Брежневе. Так что от него просто воняло казённой бюрократией. Встретил меня некто капитан Синицын. Мужичок курил, нервно переминался с ноги на ногу и постоянно мотал башкой, словно его кто-то подслушивал. Но, увидев меня, он вроде как успокоился. Тут же протянул руку и спросил:
— Ким? — как только я кивнул, он, наконец, расслабился. — Генерал сказал, что вы прибудете раньше.
— Пробки, — пожав плечами, ответил я. — Так, ну что, пойдём⁈
— Ага, — он махнул рукой. — Только… вы это… должны, хотя… — он опять замялся. — В общем, всё, что вы увидите, должно оставаться только здесь! Пока идёт следствие нельзя распространяться…
Я хмыкнул. Правила прекрасно знал и понимал.
Мы спустились в подвал, и, если честно, морг при СМЭ ничем не отличался от любого другого морга любой поликлиники. Был гул холодильных камер, все потолочные светильники работали через раз, ну и запах…
Воняло хлоркой и тем, что не очень хочется описывать. Но!
Тут были ещё одни гости из органов власти. У стола, куда меня повёл капитан, был ещё один человек. Которого, к слову, я вообще никак не ожидал увидеть здесь!
Старший лейтенант Морозов! Та самая знакомая рожа… очень неприятная, так сказать. Это был тот мент, который допрашивал меня после операции Зуева. Тот самый, что угрожал ордером и смотрел на меня как на грязь под ногтями. Сейчас он стоял в синем халате, надетом поверх дешёвого
