Проклятие - Вера Добрая

сейчас Армина и в порядке ли она. Если хоть кто-то только посмеет…

– Прекрати строить из себя идиота, Дамир! – рявкнул Альфа, обошёл стол и подошёл к нам. – Я могу понять поступок нашего сына, его околдовали, но ты, моя ванильная луна… как могла ТЫ наплевать на всё, что было, и вступить в сговор с этой девкой? – провел костяшками по влажным от слез щекам Вилмы, и женщина всхлипнула в ответ.

– Аргон… – произнесла еле слышно, но слова будто застряли у матери в горле.

– Где книга? – отдёрнул руку и даже не попытался услышать оправдания, не хотел увидеть то, что было отчетливо написано в глазах его истинной.

– Отец, никакого сговора не было, и быть не могло! Армина прекрасная добрая девушка, и она моя истинная, хочешь ты этого или нет. Нас всех долгое время умело водили за нос, воплощая коварный план нашими руками, но этому пришел конец. Эзерпинна мертва и…

– Эзерпинна? Конечно, она мертва! Эта тварь давно изжарилась на костре, оставив после себя прощальный подарок в виде этого гнусного проклятия! – отмахнулся от меня, не желая верить моим словам.

– Сгорело лишь ее тело, – снова подала голос мама. – Ты должен верить нам, Альфа. Ты должен верить мне, мой любимый. Я всё ещё помню твой запах… Такой горьковато-терпкий, пряный, с легкими нотками лесного ореха, когда сердишься и примесью шоколада, когда счастлив… Столько лет прошло, но я помню. Мне не нужна магическая сила оборотня, чтобы быть уверенной в том, что ты моя любовь, моя судьба и моя жизнь.

– Вилма, к чему все это… – произнес Аргон, стараясь оставаться непробиваемым главой Ордена, но на глазах мужчины заблестели слезы, выдавая его истинное состояние.

– Я так виновата… за каждый седой волос на твоей голове и за каждую морщинку на твоем красивом лице. Долгие годы, находясь рядом с тобой, я кричала, кричала до хрипоты, но ты не слышал… Каждое твое прикосновение, которое безжалостно отнимала Эзерпинна, убивало меня, доводило до дикого исступления, но я находила в себе силы бороться дальше, потому что знала – однажды мы встретимся. Сотни тысяч раз представляла нашу встречу, Аргон, но не в одной из них я не стояла в браслетах, а ты не обвинял меня в предательстве! – голос Вилмы стал громче, и каждое слово было пропитано болью обиды, потому что она надеялась, что ее истинный поймёт, догадается, что делит постель с другой, но этого, увы, не произошло.

Уверен, мама так же винила себя в смерти всех, кого не без подачи Эзерпинны лишили жизни. Множество невинных девушек и женщин, в чьих жилах присутствовала хоть капля магии, были жестоко убиты, потому что Верховная подобно мерзкому паразиту питалась их энергией, жила за счет других…

– Я не понимаю… – Аргон стал бледным, словно мел и отшатнулся назад, схватившись за волосы. – Не верю… Нет!

– Аргон, не вини себя. Давай, ты отпустишь охрану, и мы спокойно поговорим? – Вилма говорила, а я не мог не смотреть на нее, потому что словно возвратился в детство, когда мама вот таким же голосом разговаривала со мной, читала сказки на ночь и даже ругала, когда я баловался.

Прочистил горло, прогнав подкатывающие слезы, потому что это уже ни в какие ворота не лезло. Не хватало перед охраной и Альфой разрыдаться!

– Прочь! Пошли прочь! – рявкнул мужчина, и оборотни поспешно удалились, недовольно сопя при этом.

Любопытство… Оно многих сгубило…

– Отец, посмотри на неё! Неужели ты не видишь изменений?

– Нет… нет… – продолжал ошарашенно мотать головой в разные стороны оборотень.

– Аргон, я простила и ты прости. Этот путь не приведёт ни к чему хорошему. Времена, когда ведьмы обладали могуществом и жаждали бросить всех к свои ногам ушли. За воротами огромный новый мир, в котором всем хватит места, – мама нерешительно сделала шаг в сторону своего мужа и, не услышав возмущений на этот счет, подошла еще ближе, а затем положила голову ему на плечо.

Я, конечно, очень хотел, чтобы родители помирились, и всё у них стало, как прежде, но сейчас мне нужно было свою любимую спасать. А еще найти одного придурка и наказать за то, что он посмел дотронуться до Армины.

– Не буду вам мешать! – выкрикнул и бросился к выходу, надеясь, что у одного из стоящих в коридоре мужчин найдется ключ от удерживающих волка кандалов.

Уверен, мой лохматый находился просто в ярости от того, что его снова посадили на цепь, причем в этот раз это сделали его же сородичи.

Глава 55. Армина

Насыщенные ароматы хвои и вишни переплелись между собой и приятно щекотали ноздри. Не думала, что в загробном мире может так пахнуть… А ещё тело слегка потрясывало, будто я сейчас лежала на заднем сидении автомобиля, который мало того мчался на запредельной скорости, так еще и по ухабистой дороге!

Так стоп!

Распахнула глаза и увидела перед собой кожаную обивку автомобильного салона.

Что за… Это ад такой? Я так буду свои грехи отрабатывать?

– С добрым утром, спящая красавица! – весёлый голос Семена окончательно возвратил меня в реальность, и я с удивлением посмотрела на мужчину, а потом перевела взгляд на сидящую рядом с ним Владлену. – Держитесь, девочки!

Машину резко бросило в юз, но Семен вовремя выкрутил руль и возвратился на нужную траекторию.

– Кто тебя водить учил? – взвизгнула Владлена, когда на очередной кочке нас подбросило в воздух.

– Сладкая, я программист, а не гонщик, забыла? – продолжал скалиться в улыбке оборотень, и от меня не ускользнуло то, что эти двое бросали друг на друга страстные взгляды.

– Угораздило же меня… – хихикнула девушка, и ее щеки залились румянцем, будто она школьница-отличница, которая влюбилась в своего одноклассника-хулигана.

– Я прошу прощения, но что, черт возьми, происходит? – крикнула, уже ощущая то, что меня хорошенько укачало. – Где Дамир? А Вилма?

– Они остались в Ордене, – вмиг погрустнев, ответила Влади, и мое сердечко почувствовало неладное.

– Все будет хорошо, милая, – поспешил успокоить девушку Семён и нежно погладил ее по плечу, на радость хоть немного сбавив скорость.

– Почему мы не в Ордене? – нервно озвучила ещё один вопрос, потому что эти двое не горели желанием что-либо объяснять самостоятельно.

– Там сейчас находиться опасно, Армина, тем более тебе, – выдохнула оборотка.

– Почему? Не сработало да? – на душе стало так грустно, что плакать захотелось.

Я ведь правда хотела помочь, снять это дурацкое проклятие, и мне даже казалось, что получилось. Я буквально чувствовала, как чары рушатся, возвращаясь к той,