Защитник Дворянок Том IV - Сентай Хорнин

Глава 21

(99). Блеск латуни

Терять сознание в попытке повысить аргу и при этом ничего так и не увидеть было странным. Я глядел в бесконечную черноту, в которой просто ничего не было. Там звучал лишь слабый голос, слова в котором было не разобрать, как ты не прислушивайся. Но он явно был чем-то недоволен и, как мне казалось, грустен.

Но вдруг, все озарилось светом огромной фиолетовой луны. Тьма рассеялась, оставшись лишь в одном месте, куда казалось сам свет боится попасть. Я встретил это с радостью, хоть какое-то разнообразие. Но, вскоре, эта луна затмилась огромным, выжигающим до дрожи немилосердным солнцем. Два светила плыли в этом видении раздельно, лишь на границе встречи их лучей стараясь победить друг друга. Казалось, что это может длиться бесконечно.

А потом что-то произошло. Черное место, луна и солнце начали закручиваться вместе, ужимаясь, а их начинал сковывать металл. Ослепительно-яркая латунь, покрытая множеством заклепок обернула все что я видел в себя, не оставив ничего иного кроме себя. От нее шел свет, но был он неестественно-холодный, он не приносил радости как предыдущие. Гигантский металлический шар висел теперь посреди тьмы, лениво разгоняя ее лишь на окраинах.

И тут я почувствовал страх. Точнее, чужой взгляд на себе. Посреди искусственного светила прошла трещина, обнажая острые клыки, и расщеперивая его рот. Один только выдох — и меня снесло потоком латунного пламени, что лип к телу, прожигая его насквозь, что забирался во внутренности своими парами, не оставляя им даже шанса.

Я проснулся от этого странного забытья рывком, почти тут же забывая все что произошло, зная что, все было очень и очень не так как надо, и тут же был заключен в объятия со словами «Слава богу!» Было, конечно, неплохо оказаться в груди, тем более большой и мягкой, однако, вскоре мне срочно понадобился воздух, о чем я тут же начал умолять, поняв что оттолкнуть девушку от себя просто не получается.

Она тут же с коротким писком, в котором еле слышались слова «извини», отстранилась и начала подтаскивать сумку с чем то, оставив меня одного буквально на пару секунд.

Тело раскалывалось так же как и голова. Астия хлопотала вокруг меня прямо как мама перед больным ребенком а я не понимал причину такой активности. А еще по причине того что у меня даже палец на руке не мог подняться, меня кормили с рук

— Все пошло не по плану, да? — с трудом заставляя свои голосовые связки работать, прохрипел я.

— Я думала что ты погибнешь! — Только сейчас я увидел дорожки слез на лице девушки и вообще то, насколько вокруг нас все завалено черте чем — какие-то таблетки, мази, тут можно хоть аптеку открывать товара хватит.

— Ну, не погибла. — Больше мне было сказать нечего. Я все думал о том что все-таки увидел. Это было странно и не как тогда, во время спасения княжны. Что-то было очень сильно не так и я не знал кого в этом винить — себя или же Астию с ее «чудотворной» водой.

Еда была пресной и максимально калорийной. Какое-то собрание всего что оставалось в холодильнике, которое еще потом спрессовали для удобства употребления. Но сейчас это казалось самым вкусным блюдом на свете. Я очень хотел жить а не сдохнуть от голода.

Запивал я тоже чем-то, что прямо кричало в лицо — будешь меня пить слишком много и раздашься в стороны в два счета. Тем более с таким уровнем подачи — девушка набирала его в рот а потом прикладывалась к моим губам, чтобы я наверное точно не подавился.

Постепенно, тело отходило от потрясения. Может еда такая, а может просто оно вспомнило, как же дальше жить и управляться. С огромным трудом и поддержкой девушки, поднялся на ноги, чуть не поцеловав в процессе своим носом пол.

— Не вставай так быстро, ты что творишь! — говорила она, хотя моим попыткам препятствовала слабо.

— Мне же нужно как-то дойти до Зенеллы? Она мне, конечно открутит голову, но лучше нее меня никто не сшивал.

— СТОЙ! — Резко вскрикнула она — Никакой посторонней помощи, мы справимся и так!

Я несколько скептично взглянул на нее, мол, ты вообще понимаешь,что говоришь? Из меня лекарь аховый из тебя еще хуже, чего ты упорствуешь?

Она лишь отвела взгляд от моего, не в силах выдавить еще чего-либо. Я, с трудом дойдя до скамьи одного из тренажеров, бухнулся на нее, и смотрел на девушку исподлобья.

— Там что-то запрещенное что ли было?

— Н-немного. — созналась девушка.

Внутри меня тут же поднялась буря, захотелось резко сунуть пальцы в рот чтобы выблевать все что я только что съел. Да только раз уж «приход» был, то какой в этом остается смысл? Но поступок этот я посчитал крайне паскудным.

— Да какой немного! За наркотики выгоняют на раз-два! Да даже не в этом проблема, я тебя об этом не просил! Сколько твое дерьмо будет из меня выветриваться? Ты вообще чем думала когда это делала?

— О тебе думала! Ты мне нужен живой, ты мне детей обещал, ты это помнишь? Не тебе с твоей слабенькой аргой давать такие обещания, но я поверила и хочу чтобы это стало правдой! — Быстро скатилась она после этого в полнейшую истерику.

— Ясно, пока что я чувствую себя не живым а скорее почти сдохшим — пробормотал я полушепотом.

Ну, исключаться я не хочу, а пользоваться отговоркой «мне подбросили» это как-то моветон. Злиться почему-то не получалось — такое здесь пусть и проходит по совсем нижней границе но все же считается нормой — баловаться запрещено в академии не потому что вредно а потому что они несут за нас отвественность — кому захочется разбираться с родителем нерадивого ученика, заблокировавшего себе химией все будущее?

Одно дело воздух сотрясать а другое — себя выкарабкивать. Придется по старинке, своими руками. Я попытался разжечь пламя и обернуть в него все тело, дабы поскорее избавиться от паскуднейших ощущений. Может, меня как раз от подсыпанной химии и колотит всего?

Пламя было каким-то совершенно не таким. Точнее сам процесс его извлечения. Оно немного сопротивлялось, будто растревоженная домашняя кошка, которая была не в настроении для игр.

А уж когда оно показалось на божий свет я в начале даже моргнул, подумав, что меня само мое зрение подводит. Но нет, она действительна была не такого цвета чем раньше. Пламя сменило оттенок желтого в серую сторону и обзавелось металлическим блеском.

Однако, это не все — Астия убежала от меня как ошпаренная, что было необычно.

— Ты чего творишь, я же тебя держала! — возмутилась она такому обращению.

Хотелось ответить что она за сегодняшнюю подставу это вполне заслужила, однако, меня заинтересовало, с чего ей больно — мое пламя было низкотемпературным вообще-то! Им даже воду не вскипятить.

Но спустя пару секунд и я почувствовал эту разительную перемену — оно прямо-таки жарило. Да так, что на лбу пошла испарина. Это был совершенно иной эффект, которого я просто не ожидал. Это скорее от фиолетовой арги стоило ожидать такой агрессии.

Стоило только о ней заикнуться как захотелось попробовать украдкой их сравнить. Да только сколько бы я не искал в себе, не активировал уже давно привычные механизмы — не было ровным счетом ни-чер-та. Я даже забил в панике на то что как бы это тайна и начал совсем в открытую заставить проявиться свои дополнительные силы, но все что выходило это лишь новые порции этого нового пламени. Ни знакомых ощущений вырывающейся из поводка бешеной псины как в случае с фиолетовой. Ни шипованного ядра, вызывающего смутную тревогу. Это все исчезло, будто бы растворившись без следа.

— Слушай. А ведь это нестандарт… — Глядела на меня задумчиво Астия. — Да, цвета могут отходить от идеального номинала, у меня например пламя не голубое, а небесное. Но чтобы оно имело металлический блеск. Черт, да как такое вообще возможно? — Взялась девушка за голову.

Я понимал еще меньше. Раз уж ей не понять происходящего то мне — тем более. Я просто завороженно глядел на это пламя, что было практически настоящим и стереотипным. Не плазмой, не напалмом, а именно ровным огоньком. И понемногу, не в пример хуже чем когда оно меня облепляло, оно возвращало забитым мышцам тонус, будто встраиваясь в них обратно, заставляли колокола в голове смениться на более мелкие.

Но не это было главным. Ведь наконец-то пришло крайне опоздалое просветление —