Один сон на двоих - Татьяна Владимировна Корсакова

с тихой угрозой в голосе. – Не прошло и полгода!

– Торопился, как мог, Людмила Васильевна! Делал все, что в моих силах!

А вот входить в гостиную он как раз не спешил, в слабом свете торшера пытался получше рассмотреть Милочкино лицо, за потеками косметики заприметить что-то нечеловеческое, упыриное.

– Ну, так чего стоишь на пороге? – Она словно читала его мысли. – Заходи, я не кусаюсь.

– Вот насчет «не кусаюсь» хотелось бы побольше информации и каких-нибудь гарантий, Людмила Васильевна, – сказал Мирон максимально вежливым тоном и даже улыбнулся, чтобы подсластить пилюлю недоверия.

В ответ Милочка совершенно по-человечески, разве что самую малость истерично, расхохоталась.

– Узнаю нашего Мирона! – сказала она, отсмеявшись, и потянула вниз ворот блузки, обнажая шею и плечо. – Видишь следы укусов?

– Я видел мертвого упыря на дорожке, Людмила Васильевна. Восхищаюсь вашим мужеством, героизмом и крепкой рукой!

– Упырь – это не моих рук дело, – сказала она и отпила вино из бокала.

Мирон переступил порог, вышел на середину комнаты, остановившись в самом центре винтажного туркменского ковра, которым Харон очень дорожил.

– А чьих это рук дело, позвольте узнать?

– Моих, – послышался за его спиной до боли знакомый и до зубовного скрежета ненавистный голос.

Мирон поудобнее перехватил осиновый кол, развернулся. За его спиной – и когда только успела подкрасться?! – стояла Астра. Одета она была так, словно собиралась на деловую встречу. На ней был брючный костюм из какой-то неведомой, но очевидно очень дорогой ткани. Обута она была в туфли змеиной кожи на высоченных каблуках. Ее снежно-белые волосы были небрежно собраны на затылке в пучок, заколотый длинной, угрожающего вида серебряной спицей. Вот и нашлось орудие убийства! Торчит себе в прическе первородной твари Астры.

– Как я рада снова тебя видеть! – Накрашенные кроваво-красной помадой губы Астры растянулись в улыбке. В очень искренней, очень обаятельной улыбке. Вот же гадина!

– Не могу разделить вашу радость. – Мирон говорил, а сам примерялся, как бы половчее пульнуть в нее осиновый кол. В башку он вряд ли попадет, а вот в живот – очень даже. Тем более и опыт у него уже есть.

– Я бы не советовала, – промурлыкала Астра.

– Я бы тоже, – поддакнула с дивана Милочка и хихикнула. Стокгольмский синдром у нее что ли? – Она очень быстрая! Просто феноменально быстрая!

– Спасибо! – Астра послала ей воздушный поцелуй. Сюрр! Дикий, не укладывающийся в голове сюрр! Милочка и первородная тварь спелись и обмениваются воздушными поцелуями!

– Я все-таки попробую!

Мирон занес осиновый кол, но сделать ничего не успел, потому что между ним и Астрой вдруг нарисовался Харон. Был он такой же взъерошенный и расхристанный, как и Милочка, всех присутствующих в гостиной обводил ошалелым взглядом, отчего ощущение абсурдности происходящего усиливалось в разы.

– Харон, отойди, – попросил Мирон. – Это она!

– Это она! – Харон перевел взгляд на Астру и улыбнулся. Никогда раньше Мирон не видел у него такой светлой, такой радостной улыбки. – Это же ты?

Астра улыбнулась ему в ответ. Ее улыбка тоже была светлой и радостной. Умеют же некоторые притворяться белыми и пушистыми!

– Вот мы и встретились, мой мальчик!

Мальчиком эта знойная вампирская красотка назвала не Мирона, а Харона, который, на секундочку, выглядел старше ее. И руки раскинула, словно для объятий. Нет, точно для объятий! И Харон в эти объятия шагнул, а Мирон ничего не успел с этим поделать.

Он не успел, но ничего страшного и непоправимого не произошло. Астра обняла склонившего голову Харона с какой-то материнской нежностью, ласково провела ладонью по лысой макушке и поверх этой макушки подмигнула ошалевшему от происходящего Мирону.

– Хватит его мучить! – сказал Милочка строго и тоже подмигнула Мирону. – Давай уже все объяснять!

– Да, хотелось бы объяснений, – пробормотал Мирон. – А то, знаете ли, выглядите вы со стороны очень странно. Все трое! – добавил он, с укором глядя на Харона. – Что это за объятья с врагом?!

– Я не враг, – сказала Астра. – Никому из вас.

– Она не враг, – подтвердил Харон.

– Вообще не враг! – подала голос Милочка.

– А кто она в таком случае?

– Она ангел смерти. Тот самый, про которого я тебе рассказывал.

– Так уж и смерти, – усмехнулась Астра и легонько оттолкнула его от себя: – Дай-ка, я на тебя посмотрю, малыш! Какой же ты стал большой!

– И невыносимый, – снова подала голос Милочка. На Харона она бросила не предвещающий ничего хорошего взгляд.

– Прости, – сказал тот и сделал к Милочке робкий шаг.

– Ты должен был мне все рассказать! – Милочка сорвалась на крик, и стало очевидно, что она пьяна. Об этом красноречиво говорила и почти пустая бутылка вина, стоящая на кофейном столике. – Я же думала, что ты один из них!

– Я не один из них. – Харон сделал еще один осторожный шаг.

– Я, кстати, тоже, – сказала Астра и снова подмигнула Мирону, а потом шепнула заговорщицки: – Нужно дать им время. Предлагаю выйти покурить.

– Я не курю, – буркнул Мирон.

– Тогда я покурю, а ты подышишь свежим воздухом. Даю словно, что не стану на тебя нападать. – Астра улыбнулась.

– Я тоже даю слово, что не стану на вас нападать! – Мирон растерянно наблюдал, как Харон осторожно присел на диван рядом с разъяренной Милочкой. – И, пожалуй, выпью!

Прежде, чем выйти из гостиной вслед за Астрой, он прихватил со столика бутылку, сделал большой глоток прямо из горла.

Астра уже ждала его на террасе, в ее тонких пальцах дымилась тонкая сигарета.

– Ну, спрашивай, – сказала она, выдыхая идеально ровное колечко дыма.

Мирон сделал еще один глоток вина.

– Вы упырь?

– Мне не нравится это определение. – Астра поморщилась. – Упыри не обладают разумом и человеческой волей. Но я, определенно, больше не человек.

– Вы охотились на Леру! – Вот это было самый важный вопрос. И не вопрос, а утверждение!

– Я присматривала за Лерой. – Астра покачала головой, и ее кудри колыхнулись от этого легкого и изящного движения. – За ней и за вами всеми. Кстати, присматривать за тобой было сложнее всего, Мирон. Ты очень энергичный и очень смелый молодой человек.

– Даже не знаю, комплемент это или оскорбление.

– Это констатация факта.

– А как именно вы присматривали за Лерой? В перерывах между нападениями на меня и персонал усадьбы? – Мирон сделал еще один глоток вина.

– Умный, энергичный, обаятельный и очень похожий на своего… – Астра задумалась, но так и не договорила, взмахнула рукой с дымящейся сигаретой. – Я бы не причинила вреда никому из вас. Клянусь! – сказала она, наконец.

– А тогда в усадьбе вы просто играли со мной в прятки? – Мирон невесело усмехнулся. – А перед этим кем-то закусили. Астра, я же не слепой! Я видел кровь на ваших… – Он тоже не договорил, махнул с досадой рукой.

– Давай по порядку, – предложила она.

– Уж будьте так любезны! Начните с того, что вы делали в Гремучем ручье.

– Я ждала ее появления. – Астра улыбнулась каким-то своим мыслям. – И оказалась права. Гремучий ручей – уникальное место! Там все началось и там же должно закончиться. Оно притянуло вас всех.

– Вы ждали появление Леры?

– Да. А когда она, наконец, появилась, я оберегала ее от…

– От кого?! От кого вы, первородный вампир, могли оберегать обычную земную девчонку?!

– Во-первых, я не первородный вампир. – Астра раздраженно дернула плечом. – А во-вторых, Лера не обычная девчонка. Ты знаешь это лучше, чем кто бы то ни было.

– Вы не ответили на мой вопрос.

– Сначала за ней пришел мужчина. – Астра говорила медленно, словно думала о своем. – Тот самый, который пытался убить ее на заброшенной дороге. Мне пришлось его нейтрализовать.

– А потом скрутить в бараний рог и засунуть в котел в водонапорной башне? – спросил Мирон.

– Времени было мало, а место показалось мне достаточно укромным. Кто же мог подумать, что ты окажешься таким любопытным?!

– А потом тело исчезло. Почти сразу же, как я решил показать его Харону. Меня вызвали к вашей косметичке Машеньке, она сдуру наелась шоколада с орехами, хотя знала, что орехи ей нельзя. Это были вы? Силой мысли внушили бедной Машеньке непреодолимое желание съесть шоколадку?

– В медицинском учреждении Машеньке ничто не угрожало, а ты отвлекся. – Астра кивнула. – Этого времени мне хватило, чтобы разобраться с телом.

– Даже не буду спрашивать, как вы разбирались.

– Не надо. Побереги нервы. – Астра усмехнулась.

– А зачем вы напали на меня одним туманным утром?

– Это была не я, Мирон.

– А кто?

– Напарница Машеньки. К тому времени бедняжка уже превратилась в упыря. Пришлось решать вопрос и с ней.

– Я видел кровь на ваших губах. Чья это была кровь?

– Ее.

– Машенькиной напарницы?

– Да.

– Значит, это вы превратили ее в упыря.

– Нет, не я. Но особенности моей физиологии позволяют мне… – Астра нахмурилась, наверное, разговор этот был ей не очень приятен.

– Позволяют вам пить кровь упырей? – догадался Мирон.

– Это не самая