Наследие стражей. Иди... Том 1 и Том 2 - Алексей Климин

ближайшие дни, так что вина просто не будут подавать пока к столу.

Сказав это, он опять уткнулся в книгу. А есть он, так и вовсе, считай, не ел — на тарелке перед ним лежал всего один кусок сыра и два ломтика от нарезанного на восьмушки яблочка. От первого эльф изредка отщипывал по чуть-чуть и захрустывал это деликатно откусанными кусочками второго. Прям девица-птичка, а не здоровый мужик!

Я опять не удержался и зевнул.

— Так, не спать! — одернул меня отчего-то развоевавшийся гном, может он там, на той стороне стола, все же втихаря из-под скатерти подбухивает? Или наоборот, так злится на собственное решение о вмененной в обязаловку трезвости? — Тебе еще в мыльню. Как только Марна-то к себе допустила, такого грязного!

Мне ж на это только и оставалось, что руками развести:

— А я-то, откуда знаю.

— Ладно, — смилостивился Миха, — пойдем, провожу, пока ты за столом не уснул.

Я был с ним полностью согласен, так что подхватил чуть не свалившегося со стола обожратого Мелкого, и мы пошли.

Как мне объяснили по пути, семейные покои находились на двух верхних этажах. Меня потащили на последний.

Лестница, что начиналась, как двойная в фойе, над монументальной дверью в зал Совета соединялась на площадке, а уже оттуда вела выше, становясь одинарной, не особо широкой и помпезной. Коридор на этаже видно шел посередине здания и двери в него выходили с двух сторон, а своей узостью и теменью он напомнил мне чем-то общаговский.

Помню, бывал у приятелей по универу в гостях, так вот там тоже вечно по коридорам все лампочки не горели, а открывшейся дверью можно было невзначай в лобешник выхватить.

Здесь, конечно, электричества не было в принципе, но какие-то развешенные по стенам светящиеся камешки в банках вполне функцию тех лампочек выполняли. В смысле и по освещению, и по нежеланию все вместе гореть.

Заметил гному, что «лампочки» поменять бы надо, а то потухни еще хоть одна и продвигаться по коридору можно будет уже только на ощупь.

Тот лишь пожал плечами:

— Тебя ж не ждали так рано, а мы с Дулей живем этажом ниже. Ничего, вот, ближе к приезду других рекрутов и зарядим фонари. А вообще-то, ты со своим огнем можешь прекрасно себе и сам подсветить.

Ага, могу… вот, как только, так сразу!

В этом момент он распахнул одну из дверей, и стало понятно, что мы прибыли.

Гном прошел вперед, и принялся открывать уже там какие-то двери. При его появлении в помещениях вспыхивал свет тех же камешков, но уже в красивых баночках, которые уже можно было вполне плафонами обозвать.

— Кабинет, спальня, комната… гхм, с удобствами, — обозначал он, что мы имеем.

Я, заглядывая вслед за гномом, не мог отделаться от мысли, что вот именно в покоях «готичность» уже стилизованная. В спальне хоть и стояла кровать под резной рамой с откинутыми занавесями балдахина, но одежный шкаф, тоже вроде исполненный «под старину», упорно в антураж не вписывался. Что-то подсказывало мне, что настоящему средневековью он не свойственен.

Так же и в кабинете. Письменный стол с двумя тумбами и книжные шкафы, хоть и в завитушках, но уже своим наличием метили скорее в викторианскую эпоху. Хотя, конечно, всякие колбочки, каменные друзы и штучки-дрючки непонятного назначения таинственности помещению добавляли.

Ну, а мебель в первой, проходной комнате, и вовсе вполне могла принадлежать современному коттеджу, лишь с претензией в интерьере на готик — диван, кресла, кофейный столик перед камином.

И только низкий потолок, лежащий на потемневших балках, да тот же шлифованный темный камень стен и пола говорили, что я все еще в настоящем замке.

— Жень, потом разглядишь, бери чистое белье и пошли, — поторопил меня гном.

— А оно у меня есть, чистое-то? — удивился я.

— Что-то должно быть уже, вас же ждали. А вы вечно являетесь в своем, совершенно не думая, что носит народ в этом мире!

— Да вроде в деревне никто на меня сильно не таращился…

— В Подгоренке люди привычные к тому, что в замок постоянно приезжают иноземцы в странной одежде. А вот чуть дальше от крепости в тебя бы пальцем тыкали и пялились как на дурочка.

Ну, раз одежа есть, то лежать она должна…

Дернув одну дверцу, я увидел, что шкаф просто забит одеждой — внутри вполне цивильно развешаны пиджаки по плечикам и ниже на полках что-то разложено по стопкам.

— Это одежда твоего родственника, — сказал гном.

А-а, понятно теперь, откуда столько ее, при том, что меня ожидали только через две недели.

Не желая видно ждать, пока я допру, что к чему, Миха сам, чуть не прищемив мне пальцы, захлопнул створку и открыл передо мной другую.

Во втором отделении шкафа бархлишка имелось ровно столько, сколько обозначил гном — «что-то должно»: пустые вешалки и две невысокие стопки.

Я взял верхнюю вещь из одной и развернул.

— Это что? — недоумение мое было вполне искренним, потому как тряпочка у меня в руках по тонкости ткани и длине брючин до полноценных штанов не дотягивала, а для трусов, даже семейников, была длинновата. Еще и какие-то завязочки понизу… мда.

— Исподнее. Называется — брэ, — просветил меня гном. — Что тебя не устраивает?

— Длина… а дайка сюда твой кэнджал!

— Чего?

— Нож, говорю, дай.

Тот достал свой тесак, потом догнал, что я задумал, но возражать не стал, лишь глаза подкатил. И правильно — не ему это носить!

В результате надпиливания и надрывания через несколько минут я имел для себя несколько своеобразные, но вполне подходящие боксеры. То, что они были на вздежке, а не на резинке, можно было не считать. Простим местным, непрогрессивным, так сказать, отсутствие этого удивительного достижения цивилизации.

Тем более что рубаха, нашедшаяся в другой стопке, была вполне и ничего… кружавчики по вороту и рукавам я решил просто не замечать.

А вот штаны пришлось позаимствовать у деда, мне пока своих не пошили. Обувь я тоже выволок с его половины шкафа, приглядев там симпатичное и не очень тяжелое нечто, напоминающее мокасы.

— Все? Пошли, — команднул мне гном усталым голосом, видно и он нашастал сегодня своими короткими ножками лишнего, и теперь не чаял отделаться от меня и отправиться на боковую.

Мыльня оказалась расположена даже не в жилом строении, а в самом низу донжона, кажется даже в полуподвале, если судить по полукруглым маленьким окнам под самым потолком помещения.

Раздевалка, небольшая проходная комната, выглядела, как ей и положено — деревянные шкафы на две стороны вдоль прохода и лавка посередине.