Время ведьм - Александр Харламов

– Может это и не она,– прошептала журналистка. Наблюдая за моей тещей во все глаза.

Одежда изрядно на ней истряпалась. Красный пуховик был испачкан в какой-то глине. Бордовый берет лихо сбился на бок, а в руках у женщины была какая-то неопрятная расческа. Она уверенно шагала к сошедшему с ума строителю, поигрывая расческой, как револьвером.

– Здравствуйте!– вежливо поздоровалась она с рабочим. Тот встрепенулся, глаза его вспыхнули синим огнем, все тело несколько раз содрогнулось. Он медленно поднялся с колен, взяв лопату наперевес, как весло, явно намериваясь огреть Эльвиру Олеговну ею по голове.

– Пора вступать в бой тяжелой артиллерии…– буркнул я, но тут же остановился. Теща легко взмахнула этой самой расческой, задев черный, лихо зачесанный чуб строителя. Тот замер, бессмысленно злопая глазами, а потом неожиданно для всех вспыхнул огненным факелом, взметнувшись в небо клубами черного дыма. Запахло горелой курицей. Света рядом смощилась, а Янка даже попыталась сфотографировать происходящее на телефон.

– Ничего себе, мама…– прошептала ошарашенно жена,покусывая нижнюю губу от удивления. Если честно, то я и сам не ожидал от моей тещи таких магических способностей. Раньше за ней такого не замечалось. Значит ее кто-то этим наделил, но кто?

Эльвира Олеговна замерла перед затухающими углями, в которые превратился рабочий, а потом сделала неловкий шаг ко входу. На первой ступеньки замерла и оглянулась,окинув двор проницательным взором. Она нас чувствовала! Я был практически в этом уверен, потому что моего сознания коснулся липкий щупалец чьего-то поиска, а потом тут же вернулся к хозяйке, удовлетворенный полученой информацией.

– Дворкин!– позвала она меня негромко, уперевшись взгялдом именно в ту кучу, за которой мы и спрятались.

Осторожно я вышел во двор, беспрестанно оглядываясь, опасаясь какого-нибудь подвоха, боясь как бы встреча с тещей не была быловушкой Миланы. Уж больно необычно вела себя Светкина мама.

– Эльвира Олеговна, а где Миша?– осторожно спросил я.

– Мама!– Светка выбежала из укрытия следом за мной и кинулась теще на шею. – Где Мишка? Что с ним ? Я чуть с ума не сошла,когда вас дома не обнаружила! Где вы были?– вопросы посыпались градом, но Олеговна отвечать на них не спешила. Вместо этого она подошла ко мне, скромно стоящим в сторонке и не спешащим выражать счастливые эмоции.

– Нам надо спасти Ковен,– проговорила она, глядя мне прямо в глаза,– тогда есть шанс спасти Мишку…

Перед моими глазами возник унылый призрак моего прадеда. Он грустно качал осуждающе головой и явно советовал мне не ввязываться во все это. Он потратил всю свою жизнь на борьбу с ведьмами, практически извел их на нашей планете, погиб от рук одной из них, навсегда искалечив судьбу моей бабушки, жившей сиротой в тяжелые годы войны. В голове прозвучал его настойчивый голос:

– Не надо…

Мишка…Мишенька…сынок… А Света? Она мне никогда этого не простит. Я не мог пожертвовать сыном ради благополучия всего мира, ну не герой я, не герой…И никогда им мне не стать, потому что жизнь и здоровье близких для меня намного важнее, чем судьба остального человечества. Мне плевать на них, лишь бы…

– Что надо делать?– быстро спросил я у тещи, ждущей моего решения.

– Когда Мишка закроет портал, надо открыть его вновь, тогда Алаида вместе с Ковеном вернется обратно…– пояснила Эльвира Олеговна, а жена непонимающе уставилась на нас, будто мы разговаривали сейчас с тещей на другом языке. Янка притихла за спиной, словно губка впитывая происходящее.

– Я сделаю это, ради Мишки, ради нас…

– Спасибо!– теплая рука женщины благодарно пожала мою вспотевшую ладонь, и в этом прикосновении я ощутил прикосновение всего Ковена ведьм.

– Пошли…– позвала меня теща, следом медленно побрели Красовская со Светой. Журналистка попытаалсь включить свой айфон, но тот отказывался снимать. Она громко ругнулась, потрясла его, постукала о ладошку, но нужного эффекта не добилась, когда наша печальная процессия обернулась на нее, то она виновата пожала плечами, угрюмо спрятав его в сумку.

– Опять никто мне не поверит…– опустила голову она, грустно улыбнувшись.

В бутусовом доме царила полумрак. Лишь там в большом зале , где слышались негромкие голоса, на каменных стенах играли отблески свечей и две тени. Мы не скрывались, даже не пробывали. В этом не было никакого смысла, Милана давно почуяла чужое присутствие.

Вошли в зал. Мишка стоял перед странной обезглавленной скульптурой, закрыв глаза. Его губы слегка шевелились, а лицо было бледное. Глаза впали и под ними образовались почти черные круги. Бедный сынок…Ему тяжело давалась такая сильная магия.

Милана торчала неподалеку. На ее губах играла зловещая ухмылка, а руки нетерпеливо перебирали край платья. Она явно волновалась, ведь до ее триумфа оставалось каких-то пару минут. Увидев нас, она ничуть не расстроилась. Улыбнулась и прижала большой палец к губам, призывая Мишке не мешать. Можно было бы броситься вперед, толкнуть сына, сорвать обряд, но я почему-то был уверен, что сделать это мне не удасться. Уж слишком спокойна была ведьма, слишком уверена, что даже наше присутствие ей не помешает.

– Начинай!– коротко скомандовала она сыну, и в тот же миг стена напротив него начала терять свои очертания, расплываясь туманом. Потом этот туман начал сворачиваться в тугую спираль, а после бешено крутиться,меняя цвета с синего на желтый и обратно, напоминая юлу. Раздался треск, бешено раскручивалось колесо времен. В нем мелькали лица, события, диковенные животные, планеты, звезды – это было что-то невообразимое, словно сошедший с ума бармен смешивал в дикий коктейль несовместимое.

– Хватит!– закричала Милана, что-то почувствовав. С громким хлопком портал исчез. Стена снова стала стеной, а перед глазами еще плясали разноцветные круги. Мишка упал на колени, тяжело выдохнув. Бедный ребенок– он держал и так вход открытым слишком долго. Светка бросилась к нему. Подбежала. Обняла. Погладила по чубатой головке, шепча на ухо что-то ласковое.

– Вот и все…– проговорила Милана, победно усмехаясь.– Ковен погиб! Теперь я – самая главная ведьма на Земле!

– Поздравляю,– хмуро кивнула Эльвира Олеговна, выбросив из рук бесполезный гребешок.

– А как насчет интервью?– улыбнулась Красовская, доставая свой айфон.

Милана презрительно скривила губы и прошла ко мне.

– Тебе не удалось меня остановить, товарищ Дворкин,– проговорила она мне зло прямо в лицо, обдав ароматом каких-то дорогих травяных духов.

– Да что ты говоришь!– притворно изумился я.– Глянь-ка назад…

Милана резко развернулась на пятках настолько быстро насколько позволили туфли на высоком каблуке. Позади нее стояли весь Ковен, все три великие колдуньи – живые и здоровые.

      Алаида Шпиц держалась чуть впереди с грустью глядя на свою ученицу.