Праведник - Сергей Савинков

нужно поговорить, — вместо приветствия произнесла девушка. — Джус, будь другом, оставь нас наедине.

— Вот ещё, и не подумаю.

— Джус…

— Хорошо, хорошо… Давай обойдёмся без рукоприкладства. Босс, если она станет скручивать тебе соски, кричи.

— Да иди уже, нам нужно поговорить наедине.

Енот сделал знак, что не спустит с нас глаз. Дождавшись, пока Джус исчезнет среди стеллажей, девушка едва слышно произнесла.

— Значит, это был ты?

— Ты о чём? — я удивлённо захлопал глазами.

— Это ты сбил этого парня.

— Какого еще парня? Настя, ты о чём?

— Не держи меня за дуру. Зачем ты это сделал? Почему нельзя было вызвать полицию и всё им рассказать?

— И кто бы мне поверил? Ты ведь тоже подняла меня на смех.

Соболева нахмурилась. Я же примирительно поднял руку.

— Ладно, хорошо. Я всё тебе расскажу.

— Когда ты узнал, что Анохин и есть наш маньяк? Мы же договаривались, что между нами не будет никаких тайн.

Я тяжело поднялся с дивана и уселся напротив девушки.

— Знаешь, почему я его убил? Просто я уже один раз поверил такому как этот Анохин. И знаешь, что? Этот урод в тот же вечер убил на жертвенном алтаре маленькую девочку. Так что, если ты собираешься взывать к моей совести, то будь добра, избавь меня от этого.

— Андрей, так нельзя. Ты хладнокровно убил человека…

— Настя, ты видела, что он совершил?

— Андрей, я смотрю на всё с точки зрения закона и считаю…

— Чихать мне на закон. Вот скажи мне, какой толк от того, что вы посадили бы его в тюрьму? Никакого. Этот ублюдок продолжал бы жить за решёткой, и, кто знает, в кого бы он превратился в конечном итоге.

— Хорошо, допустим, я тебе верю, и Анохин действительно был тем самым маньяком, которого мы искали.

— Обыщите его квартиру, там наверняка куча улик.

— Мы всё обыскали, там нет никаких следов.

— Значит, вы плохо искали, он сам мне во всём признался, и это он пырнул меня ножом в том переулке.

— Тогда почему ты сбежал из больницы? Перцев, конечно, тот ещё урод, но нужно было поставить его в известность. В конечном итоге нужно было позвонить мне, а не бросаться самому на поиски маньяка.

— У меня не было на это времени. Да и я не взял с собой телефон.

— Андрей, пойми, я на твоей стороне, но нельзя вот так просто убивать людей.

Что если ты ошибся?

— Исключено, я уверен, что Анохин и есть наш маньяк.

— Но улики говорят обратное, — продолжала упорствовать напарница.

— К чёрту улики.

— Андрей, так нельзя. Если ты станешь убивать всех направо и налево, то рано или поздно ты сам превратишься в такого же психа, как и они.

— Психа? Ты серьёзно? По-моему я сделал за тебя и твоих коллег всю грязную работу.

— Вот этого я и боялась, — Настя поджала губы. — Извини, но нам придётся прекратить наше сотрудничество.

— Ну и скатертью дорога. Помочь собрать вещички?

Настя бросила в мою сторону взгляд полной обиды, но мне было плевать.

— Чего молчишь? Язык проглотила?

Меня захлестнула волна ярости и злости. Несколько секунд Соболева смотрела мне в глаза, словно силилась что-то увидеть, а затем решительно встала и направилась в сторону своей комнаты. Прижавший уши Джус выглянул из-за одного из стеллажей, но, заметив мой злой взгляд, поспешно скрылся в глубине хранилища. Настя появилась через десяток минут с большим чемоданом на колёсиках.

— Счастливо оставаться, — бросила она мне и направилась к лифту. — Надеюсь, мы больше не увидимся.

— Катись-катись. Скатертью дорога.

— Босс…

— Заткнись, Джус, тебя это не касается.

— Пока, Джуси, — Настя помахала еноту рукой.

Спустя минуту девушка скрылась за дверями лифта. Джус укоризненно на меня посмотрел.

— Босс, ты, конечно, мужик авторитетный, но мог бы быть с ней и помягче.

Возможно, тот артефакт, который ты уничтожил, негативным образом повлиял на твои когнитивные способности.

— Не неси чушь, я в норме.

— Тогда будь мужиком и верни Соболеву обратно.

— И не подумаю.

— Ну что за упрямый баран? Ей-ей, вы оба себя ведёте как маленькие дети.

— Джус, а ты не задумывался, с чего это наша циничная Соболева так сильно изменилась? Куда делось её желание идти вверх по карьерной лестнице?

— А ты не пробовал с ней поговорить о чём-то, кроме работы? Может, Настя по-дружески хотела удержать тебя на краю пропасти, у которой ты оказался?

— Какой ещё пропасти? Джус, ты о чём? Она тут обвиняла меня в том, что я действовал в тайне от неё, а сама ни разу не сказала, кто её отец и какого чёрта такую обеспеченную девушку занесло в полицию.

— Босс, не обижайся, но с чего ты вообще взял, что она обязана тебе раскрывать своё прошлое? Ты ей никто. Коллега и не более, да и сам ты не слишком часто был с ней откровенен. Так что, как ни крути, вы квиты. Я не психолог, но налицо у вас с ней проблемы с доверием.

— Я спас ей жизнь, а она…

— А она прикрыла тебя от своих коллег, — вставил свои пять копеек Джус. — Она нарушила свои принципы ради тебя. Босс, не делай вид, что не понимаешь, о чём я толкую. Может просто ты испугался, что чувствуешь к Соболевой не мимолетную симпатию? Признайся. Ты ведь раскатал этого ублюдка не из-за тех, кого он убил. Ты боялся за Соболеву и хотел, во что бы то ни стало, помешать одержимому до неё добраться. Да и ты даже не пытался изгнать духа из этого парня. В чём дело? Или ты испугался, что всё опять выйдет из-под контроля, как тогда в Риме? Или может дело в том, что ты раскис и начал терять хватку? — продолжал наседать Джус.

— Ничего подобного.

— Ага, знаю я тебя. Может уже прекратишь прятаться от всех за маской циничного ублюдка?

— Да пошёл ты, Джус.

— Давай-давай, прячься от правды. Не сегодня-завтра ты снова выйдешь в город, нажрёшься как свинья и пойдёшь к продажным девкам.

— И что с того?

— Да просто ты за всем этим дерьмом не замечаешь очевидного.

— Джус, не лезь ко мне со