Первые шаги - D. Wismurt

необходимо сбросить, для большей мобильности. Твое тело недостаточно упругое, недостаточно растянутое, недостаточно выносливое и неподготовленное к комплексным упражнениям. Прежде чем непосредственно переходить к обучению, придется хорошенько погонять. Уж не обессудь, десять потов с тебя выжму. Обычно в наше ведомство приходят с довольно неплохой физической подготовкой, да и основы боевых навыков почти у девяносто процентов будущих сотрудников уже заложены. Здесь же придется конкретно поработать. Не знаю, что у нас с тобой получится, но попробуем. Чувствую, придется разрабатывать для тебя индивидуальную программу. Эх, буду просить у Антипова прибавку к жалованию, а то подкидывает проблемы на мою голову, а премии зажимает. Ты иди, переоденься, — махнул Егор рукой в направлении небольшой дверцы, — там специально для тебя форма подготовлена. Посмотрим, на что ты способен.

Естественно, никакого оружия на первом занятии не было и в помине, да и рукопашным боем мы то же не занимались, и думается мне, не будем очень долго. Сначала мастер отправил меня на беговую дорожку для разогрева.

— Я бы тебя на наш стадион отправил, вместе со всеми, но Митин запретил. Поэтому, будем обходиться тем, что имеем в наличии.

Через полчаса пот струйками начал стекать по моему лбу, и мастер показал жестом, что можно сойти с тренажера. Я надеялся перевести дух, но куда там. Оказывается, бег был только небольшой разминкой перед тем, как Егор решил проверить мое тело на гибкость. Как он только не заставил меня гнуться и изворачиваться... Врагу не пожелаешь.

Уу-у, змей проклятый.

— Ты даже на шпагат сесть не можешь. Позор! — возмущался Калачев, — Тяни носок, бездарь!

Руки и ноги моментально заныли. Я почувствовал, что завтра не смогу встать с постели. Хотелось плюнуть на все и просто послать нага в задницу, но я терпел, понимая, что эти занятия в последствии могут спасти мне жизнь.

После растяжки начались еще упражнения, во время которых Егор проверял меня на выносливость, делая свои собственные, явно не лестные выводы. Через три часа я был вымотан так, как никогда в жизни.

Когда Калачев дал отмашку о том, что занятие закончилось, я просто-напросто растянулся на мате, не желая вставать.

— Поднимайся, лентяй, — усмехнулся наг, — План по твоему обучению я примерно составил, так что на сегодня можешь быть свободен. Завтра в это же время жду тебя здесь. Не опаздывай.

Кряхтя, поднялся на ноги.

— Я завтра ни рукой, ни ногой не смогу пошевелить.

— Сможешь. Погоди секунду, — Егор исчез в раздевалке и тут же появился, неся в руках пузырек с мутно-серой жидкостью, — Восстанавливающее зелье. Выпьешь утром после еды и будешь как новенький. Заряд энергии обеспечен на весь день.

— Класс! — восхитился я, надеясь, что Калачев станет снабжать меня подобным эликсиром постоянно.

— Даже не надейся, — словно услышав мои мысли, ответил наг, — это только на первый раз. Вещь хорошая, но вызывает привыкание. Лучше не рисковать. Раз в месяц можно, но не чаще.

— Жаль, — реально расстроился я.

— Чего нос повесил? Ты же ведун. Отключи болевые точки. Стимулируй организм изнутри.

— Это как? — совсем обалдел я от слов мастера.

— А я почем знаю? Я воин, а не кудесник. К тому же, боль закаляет и укрепляет силу духа. Запомни Стас, ничего в этом мире так просто не дается, а если и дается, то исчезает так же быстро.

Домой я приполз измотанный до крайности, что-то много у меня в последнее время через чур насыщенных дней.

На «последнем издыхании» забежал в магазин, купив пачку вареников и банку кабачковой икры. Только уселся ужинать, как до моих ушей донеслось еле слышное жужжание.

Я что, телефон на беззвучный поставил?

Говорить ни с кем не хотелось, но все же взглянул на адресата.

— Анна? Неужели вернулись?

Со всей этой суматохой чуть не пропустил приезд бывшей жены и дочери. Точно, завтра же первое сентября, как быстро летит время.

Почесал темечко. Теперь передо мной встала задача, как совместить новую работу и воспитание дочери. Времени катастрофически не хватало, чтобы успеть и то, и другое.

— Привет, Аня. — принял звонок в самый последний момент.

— Стас, ты где шляешься? — послышался недовольный голос, — Я тебе сегодня полдня звоню, а толку ноль. Надеюсь, больше ни в какую аварию не попал?

— Кажется, нет.

— Что значит кажется? — возмутилась бывшая жена, — Во что ты опять вляпался? Что с твоим голосом?

— А что с ним?

— Такое чувство словно с мертвецом разговариваю.

— Устал просто. Ань, давай без вот этого... Твоего... фанатизма. Ты своего муженька подобным образом допрашивай. Я тебе сказал — все хорошо, значит — все хорошо. Сбавляй обороты. Лучше расскажи, как Катюшка.

На удивление, бывшая жена не стала давить, а спокойно ответила на мой вопрос. Видимо здорово в Европе отдохнула или уже успела кого-то потроллить.

— Катюшка, замечательно, довольна и счастлива, как может быть счастлив ребенок, который знает, что скоро придется идти в школу. Кстати, о школе, — замялась Анна, а я понял, вот оно, то, почему она так быстро перестала меня доставать и переключилась на новую тему.

Даже занервничал, прикидывая новости, которые женщина собиралась вытряхнуть на мою бедную голову. Это могло быть все что угодно — от смены классного руководителя, до моего заочного согласия поехать с детьми в очередной туристический поход.

— Что опять случилось? Только не говори, что я должен одеться мальчиком-зайчиком и прыгать на сцене, поздравляя школьников и учителей, — произнес саркастично, так как с бывшей жены станется, она запросто может организовать нечто подобное, если решит, что ей это выгодно.

— Нет, никаких концертов. Просто... Как бы тебе лучше сказать. Короче, Мишаня договорился о месте для Катеньки в элитной школе, — и добавила после небольшой паузы, — в Европе. Завтра мы забираем документы и на следующей неделе она улетает в Англию.

— Что? — переспросил тупо.

— Катя на следующей неделе отправляется на обучение в элитную школу в Англии.

— А меня ты спросить забыла? Может я не согласен! Такие вопросы, дорогая моя, должны решать оба родителя.

Моему возмущению не было предела.

— Ну извини дорогой, что мы с Мишей думаем о благополучии нашей с тобой дочери.

— А я значит не думаю? Чем тебе не нравятся наши Российские школы? По-моему, в них образование нисколько не хуже, чем в