Наследие Древнего. Том 2 - А. Никл

Скорпиона, — протянул он. — Эта магия считается самой тёмной и страшной, и её постижение является настоящим испытанием.

— Хочешь меня проверить?

— Это моя обязанность, — уважительно склонил голову Барбул, но в его глазах горело упрямство. — А ваш фамилиар как раз потренируется в телепортации. Насколько я знаю, у вас эта магия считается утерянной.

— С чего бы это я должен напрягаться? — возмутился Борис. — Я — купец, а не воин! Пусть лысая обезьяна тренируется, а я понаблюдаю. Так уж и быть, могу расцарапать ему физиономию, если будет филонить.

— Странный ты фамилиар, — Барбул тяжко вздохнул, ловким движением схватил его за шкирку и швырнул на небольшой огороженный участок зала. Когда Борис пролетал над заборчиком, воздух зарябил, а в следующее мгновение пушистый котяра исчез.

— С ним всё будет в порядке? — уточнил я.

— Ничего с ним не станется. Разве что слегка потрепают, — махнул небрежно Барбул, а потом указал чуть дальше, на невысокий шалаш. — Вам туда.

То, что я принял за шалаш, оказалось покосившейся и полуразрушенной хижиной. Я нашёл вход и, пригнувшись, шагнул внутрь. Пространство вокруг меня крутанулось, и я очутился на опушке леса, а справа от меня стоял Золотой Император собственной персоной и задумчиво смотрел в чащу.

— Я хочу, чтобы ты учился на моих ошибках, — проговорил он. — Умирая, я отдал всю энергию и растворился в мировом эфире, узнал всё, что было раньше, и даже немного заглянул в будущее. Знаешь, я ведь искренне считал себя отличным Императором. Думал, что забочусь о Вавилонии. Но я ошибался. На каждом тренировочном полигоне ты столкнёшься с моими ошибками, и тебе придётся их исправить. Если справишься — усилишься. Если нет — умрёшь.

— Класс, — пробормотал я. — И какая ошибка будет первой?

— Какой-то чернокнижник создал магического кровожадного зверя такой мощи, что обычные колдуны не смогли его победить. Жители деревни, которую терроризировал зверь, взмолились о помощи, и к ним на спасение приехал я, — начал рассказ Золотой Император. — Но я был так поглощён государственными делами, что забыл две вещи. Во-первых, если чернокнижник вселяется в тварь, которую создал, то он использует Кокон Подобия, а Кокон Подобия надо обязательно уничтожить, иначе кони начнут петь, как соловьи, а голуби возомнят себя орлами. Этот артефакт наводит на живых существ морок и внушает им чужеродные повадки.

— Весело, наверное, в той деревне было, — хмыкнул я.

— Лучше оценить это лично, — Золотой Император искоса на меня взглянул, и меня неожиданно подхватил сильнейший ветер и потащил в глубокую лесную чащу. С треском ломались ветки, хрустела листва, и очень скоро меня выбросило на овальную поляну. Сомнений быть не могло — странную магию, жестоко подшутившую над всей деревней, источал дохлый вепрь, как раз и лежащий на этой поляне. Я склонился над трупом и отпустил магию, чтобы она его просканировала.

В груди вепря билось магическое зелёное сердце — наверное, тот самый чернокнижный артефакт. Я выпустил цепи и ударил, расплющивая гнилое тело и уничтожая Кокон Подобия. Слишком просто. На этом всё? Словно в ответ на мой вопрос, внезапно очень и очень близко раздался утробный голодный вой. Я вздрогнул. Волки за своё бытиё птичками и зайчиками сильно проголодались и явно приближались сюда.

Я осторожно отступил в кусты, и вовремя — на поляну выпрыгнул первый волк. Некрупный — не крупнее обычной дворняги. В этой местности не водилось больших хищников, но и они без проблем разорвут меня на сотни маленьких кусочков, потому что я чувствовал исходящую от них магию смерти. В моём мире Созвездие Скорпиона сильно ограничивали, о его разрушительности ходили легенды. Но здесь… Волки явно пропитались этой проклятой магией, их глаза пылали потусторонним сиянием. А что самое паршивое — цепи вдруг втянулись в тело и отказывались вновь появляться, а моя магия не откликалась.

— Только Созвездие Скорпиона, — рассмеялся невидимый Золотой Император.

Я негромко выругался. К первому волку присоединился второй, а затем — третий. Мне повезло — вонь от трупа перекрывала мой запах, и поэтому волки меня не учуяли. Но и убираться отсюда они не планировали — чуяли, что где-то совсем рядом прячется добыча. Ходили кругами, склонив морды к земле и принюхиваясь.

Затаив дыхание, я попятился.

Хруст!

Как в лучших остросюжетных фильмах, я наступил на сухую ветку, и все волки разом повернули морды в мою сторону. Их глаза горели жёлтым злым огнём в темноте, бликуя под лунным светом. Пару секунд мы не двигались и смотрели друг на друга, а потом события понеслись с бешеной скоростью.

Стоило мне шелохнуться, как волки разом рванули ко мне.

Ф-ф-фыщ!

Десятки маленьких огоньков вспыхнули перед оскаленными пастями. На самом деле ерунда — максимум подпалили бы шерсть и усы. Но все дикие звери боятся пламени, поэтому волки инстинктивно отшатнулись, и это подарило мне несколько спасительных мгновений. Я прыгнул к ближайшему дереву и вскарабкался на него, обдирая ладони о сухую кору. Магия будто насмехалась надо мной — огненная Кассиопея пришла мне на помощь в смертельно опасный момент, но тут же исчезла.

Клац!

Волчья пасть сомкнулась в двух сантиметрах от моей стопы, и я поторопился взобраться выше. Минут десять зверьё упорно бросалось на дерево и пыталось забраться на сучья, но каждая попытка заканчивалась неудачей. Волки бесились, рычали и выли — добыча же рядом! Вот она — её даже видно сквозь просветы в ветвях! Но не достать. Они кружили вокруг и щерили зубы, но в конце концов осознали, что остались без свежего мяса.

И тогда случилось страшное.

Оголодавшие волки решили перекусить падалью. Я не знал точно, но интуиция орала, что зверью ни в коем случае нельзя жрать дохлого вепря.

— Эй, ко мне! — заорал я во всё горло и начал прыгать так, что всё дерево затряслось. — Вы же меня сожрать хотели! Бегом ко мне! Быстро!

Один волк вернулся, но и он вскоре потерял ко мне интерес и поспешил к остальной стае. Сколько бы я ни вопил, никто больше не пытался меня сожрать. Волки обступили разлагающуюся тушу вепря. Конечно, я уничтожил Кокон Подобия, но… Вепрь — создание чернокнижника. Мёртвая материя, в которую злобный разум вдохнул новую жизнь.

— Не ешьте! Эй, слышите? Не смейте! — ещё раз попытался я, прекрасно понимая, что мои крики бессмысленны. Быстро пересчитываю зверьё — двенадцать штук. Их надо будет