Хтонь в пальто - Ирина Иванова

и спокойнее, тем более что новый печальный опыт не заставлял себя ждать. Нет ничего хуже неизвестности, и если эту неизвестность можно хоть немного развеять, то почему бы не попытаться?

Через полтора месяца среди просьб от заказчиков — так их называл про себя Гор — попалось сообщение от еще одной хтони: «Привет, ты правда показываешь людям хтонический облик? И они платят?» «Хочешь украсть мой способ заработка?:)» — посмеялся в ответ Гор. «Нет. Хочу предложить работать вместе».

Хтонь представилась Валерией. Пообщавшись в личке, они договорились о встрече в кофейне и там, засев в углу, долго обсуждали бизнес-план. Звучало неплохо: поскольку заказов много, их можно разделить по районам: Гору — север, Валерии — юг. Дальше каждый ездит по своим заказам и получает заработанное, а Гору как организатору достается еще и процент от заказов Валерии. На том и порешили.

Два месяца они работали по такой схеме, умудрились даже выйти на стабильный, пусть и небольшой, заработок. После одного из заказов Валерия придумала не только пить с людьми чай, но и пугать их; это вызвало ажиотаж на форуме, и количество желающих выросло раза в полтора.

В начале третьего месяца Валерия написала: «Давай откроем ИП и оформим все официально? Купим рекламу, наберем еще работников. Крутая же идея — хтонь по вызову!»

Прикинув, в какую головную боль это выльется, Гор согласился. В конце концов, кто не рискует, тот не пьет шампанского.

В комнате Денис опускается на кровать, прикрывает глаза. Бормочет:

— Садись куда хочешь, я сейчас, отдышусь чуть-чуть.

Гор, устроившись в кресле напротив, оглядывается. Стены увешаны плакатами с музыкальными группами и персонажами компьютерных игр, на столе рядом с ноутбуком свалены книги — кажется, фантастика. А на тумбочке у кровати стоят две упаковки апельсинового сока — в лучших традициях фильмов лечится витаминами?

Проследив за взглядом, Денис улыбается:

— Люблю апельсины, вот родители и покупают. Они вообще сказали: «Проси что угодно», и я сначала думал, что буду объедаться вредной фигней, но есть совсем не хочется. Вот пью сок.

Не хочется — или нет сил на то, чтобы жевать еду, глотать, переваривать?.. Чем же он питается, йогуртами?

Денис, вздохнув, садится, заворачивается в плед, будто в кокон. Хмурится:

— Только без сочувствия, надоело. «Ах, бедный мальчик, за что же тебе?» У меня оба дедушки от рака умерли, папа лечился, а я отмахивался от врачей, как дурак, пока поздно не стало. Вот за это, видимо. — Помолчав, он встряхивает головой и жадно просит: — Расскажи про смерть: это очень больно?

Спина покрывается мурашками. Никакого хождения вокруг да около, никаких лишних эмоций — только яркое желание узнать, что ждет дальше: ничего нет хуже неизвестности. Придется быть таким же откровенным: вопрос про боль — только начало, правда?

— Больно, — кивает Гор. — Для всех по-разному; обычно говорят: будто терзают железные зубы, перегрызая эдакую пуповину между тобой и миром. Но тебя, я думаю, болью уже не напугать.

— О да, — криво усмехается Денис и, поморщившись, плотнее кутается в плед. — А как оно вообще происходит? То есть ты, конечно… Но вдруг ты знаешь?

Привычно немеют кончики пальцев: не вспомнишь, как провожал, — и не расскажешь толком. Прочистив горло, Гор разводит руками:

— Я и правда знаю. Это… красиво, даже умиротворяюще. Слышал же про вещи, на которые можно смотреть вечно?

— Как горит вода и течет огонь? — ухмыляется Денис, и глаза у него вспыхивают в предвкушении.

— А третья — как умирает человек. Очень похоже, кстати: всей сутью перетекает в иное состояние, так что связь с миром истончается до прозрачности, пока не порвется, и — всё. Будто упала с крыши дождевая капля; или искра от костра взлетела в небо. Было бы видео, я бы смотрел и смотрел, но это, как понимаешь, не заснять.

Денис недоверчиво прищуривается:

— Как искра или капля? Так быстро?

— Нет, так же красиво. Но медленнее в тысячу раз, а то и больше. Все-таки у нас, помимо сути, есть материальное тело, и пока мы живы — мы материальны. А в смерть, как понимаешь, уходят сутью. И этот процесс перехода, вытекания из тела… он длинный, болезненный и страшный. Будь ты хоть чемпионом по эскапизму и завсегдатаем астрала, тело у тебя все равно остается, и вашей связи придется рваться. — Вспомнив, как провожал прабабушку, Гор прибавляет: — Иногда можно помочь умирающему уйти быстрее и легче. Погладить ледяной хтонической лапой, дыханием перегнать суть в состояние смерти, когтями разорвать связь… Если хочешь, могу тебя проводить. — Он улыбается, показывая: это шутка, ведь нужный момент еще поди подгадай, не буду же я дежурить у твоей кровати день и ночь.

Но Денис, нахмурившись, передергивает плечами:

— Нет, спасибо, я сам. А… — Помявшись и облизав губы, он все-таки спрашивает: — А после смерти ничего не будет, да? Черная пустота, отключение сознания? Или… загробная жизнь, перерождение, что-нибудь такое?

Такие вопросы задавал каждый, с кем приходилось говорить. Но еще знать бы ответы наверняка!

В задумчивости покрутив кольцо на безымянном пальце, Гор пожимает плечами:

— Как я говорил, в смерть уходят сутью, а не телом. Думаю, она вечна и для нее на этом моменте ничего не заканчивается.

— Религиозненько, — фыркает Денис, но, впрочем, не спорит. А Гор подмигивает:

— Может, религии не так уж и заблуждаются.

Название «Хтонь в пальто» придумал Гор — то есть попросту выгнал из популярного выражения несчастного коня. Нечего заставлять животное носить человеческую одежду! А вот хтонь вполне может и в пальто одеться.

Первую рекламу они разместили на форуме, с которого все началось, и оттуда пошли первые заказчики. Потом напечатали визитки, оставляли их где ни попадя; писали телефон мелками на стенах; просили рекомендовать свое агентство друзьям. Вложившись, арендовали маленький офис, провели связь, даже притащили кресла-мешки, чтобы коротать свободные часы. Мечтали, как однажды возьмут помещение побольше, из нескольких комнат, чтобы операторы и хтони сидели отдельно, а еще была кухня…

Через полгода удалось выйти в ноль. Скрестив пальцы на удачу, в новогоднюю ночь они с Валерией загадали вырасти до целой сети агентств.

Но тут вмешались недовольные: такая откровенная реклама чудовищ — это уже ни в какие рамки, хтони должны сидеть тише воды ниже травы, а не ездить по вызовам! В офисе поколотили окна, обрезали связь; спасибо хоть камеры все записали, но Гор и Валерия замучились бегать по судам и выбивать компенсацию.

«Может, это знак свыше? — в отчаянии бормотал Гор. — Сейчас людям нравится, пока идея свежая, а потом перестанет, и